Жаль, что он не мог доверять ей.

Она помешала суп, вздохнув, и медленно кивнула.

— Так тому и быть.

— Сорча, я не злюсь на тебя.

— Нет, скорее всего. Но ты все еще далекий. И был таким с тех пор, как я вернулась сюда.

— Я не знаю, как это изменить.

— Проводи со мной время.

Эмонн бросил утварь на стол с громким стуком.

— У меня много занятий. Я едва успеваю спать. А ты хочешь, чтобы я проводил больше времени с тобой? Я один, Сорча. А день ограничен во времени.

— Тогда бери меня с собой. Займи делом, чтобы я докладывала о своих успехах. Тогда мы хоть будем работать вместе!

— Я…

Двери зала открылись, перебивая Эмонна. Циан прошел, размахивая руками, поспешил к их столу.

— Господин! Гости!

— Кто? — Эмонн встал.

Он расправил плечи, его ноги были широко расставлены. Он скрестил руки на широкой груди, мышцы выпирали от напряжения. Сорча поежилась, он из ее возлюбленного стал высшим королем, который поддерживал войну.

— Не знаю, — Циан сглотнул. — Они мне незнакомы.

— Пусть пройдут.

— А если они хотят зла?

— Пусть приходят.

Она смотрела, как Эмонн опустил ладонь на Меч Света. Он редко был без меча, хотя не брал его, пока помогал дворфам с ремонтом. Сорча не знала, где он его оставлял.

Сорча поймала кулак, сжавший рукоять меча.

— Без жестокости.

— Если они пришли, задумав зло, я не остановлюсь.

— Остановишься. Может, гости ищут укрытия, и они не знают тебя. Репутация, что ты убиваешь, опережает тебя. Не давай им повода разослать слухи дальше.

— Они должны меня бояться.

— Только в бою. Дома должен быть мир.

Она ждала, пока он не расслабил пальцы, а потом отпустила его руку.

В зал вошел маленький отряд фейри. Их лбы были очень высокими, а огромные глаза отражали свет. Их тела были тонкими и гибкими. Волосы, похожие на прутья, были зализаны назад, ниспадали на спины. Мох рос на их плечах и руках, листья покрывали тела вместо одежды. Цветы были на некоторых. Сорча решила, что то были женщины.

— Торфяные фейри, — поразилась она. — Я не знала, что они еще существуют.

— Их нет в твоем мире. Люди убили их вместе с блуждающими огнями. Их виды воевали веками.

— Они красивые.

— Они опасны. Многие из них стали Неблагими.

— Это личный выбор, ты сам говорил. Виды не разделяются сразу на Благих и Неблагих. Они выбирают, чьи традиции поддерживают.

— Это не означает, что им можно доверять.

Она хмуро посмотрела на него и встала. Она повернулась к фейри, замершим у их стола, и заставила себя улыбнуться.

— Здравствуйте и добро пожаловать, путники.

— Благодарю, леди, — сказала одна из фейри с цветами. Она шагнула вперед, большие глаза быстро моргали. — Мы пришли в поисках убежища.

— От кого?

— От того короля. Мы не ходим, чтобы наши дома и дальше топтали Высшие фейри.

Она подозревала, что это произойдет, и была рада, что угадала. Новости быстро разнесли, что Высший король вернулся и принимал подданных. Чтобы доказать это, она спросила:

— Как вы нашли это место?

— В легендах говорится о Каменном короле, который дает убежище тем, кто его ищет. Мы далеко прошли, чтобы понять правду этой легенды, — женщина посмотрела на землю. — Вижу, слухи о его яростной натуре не преувеличены.

Сорча оглянулась на мрачного Эмонна. Он пытался запугать их, и успешно. Она закатила глаза, чтобы видел только он, и повернулась к фейри.

— Он яростный на поле боя, лучше всех воинов, но он и защищает своих.

— Мы хотели бы присягнуть ему.

Она снова оглянулась на короля за собой. Она спросила, понизив голос:

— Ты этого хочешь?

Эмонн ответил напрямую торфяной фейри.

— Твой народ воевал со многими. Среди моих сражений не будет.

— Мы не хотим биться дальше.

— Ловлю на слове. Первый, кто поднимет палец в гневе, будет осужден мною.

Дрожь пробежала по фейри. Их листья повернулись, стало видно серебряные вены под зеленью.

— Мы понимаем и признаем предупреждение.

— Хорошо. Тогда можете остаться в стенах замка.

— При всем уважении, — сказала фейри, — мы предпочли бы остаться на торфяниках за мостом. Мы будем рады протрубить тревогу, если кто-то приблизится.

Она видела, что Эмонн обдумывал это.

— Это может пригодиться, — прошептала она. — Полезно знать, что кто-то близко, чем узнавать об этом, когда они уже у моста.

— Все фейри тут полезны, — громко заявил он. — Если будете для нас дозором, мы с радостью предоставим вам еду. Моя армия дворфов обеспечит вам безопасность, если возникнет необходимость.

— Благодарю, Высший король, торфяная фейри и ее народ низко поклонились. — Вы щедры.

— Не забывайте мое предупреждение, потому что я не забуду.

— Благодарим, — сказали они в унисон.

Они повернулись уходить на дрожащих ногах. Сорча смотрела на их спины с тревогой.

— Что? — буркнул Эмонн, садясь. — Я знаю это лицо, ты думаешь, что что-то не так.

— Вряд ли тебе нужно править страхом.

— Как еще мне править?

Она пожала плечами.

— Я никогда не была королевой. Я не знаю.

— Тогда сядь, Сорча. Я стараюсь.

— Только это и просят, — она притихла, поймала взглядом яркую краску на полу.

Она покинула стол бездумно. Ноги шелестели по каменному полу. Толпа притихла, пока она выходила в центр комнаты. Она ощутила взгляды сотен дворфов на спине как физический вес.

Сорча опустилась на колени и подняла розовый цветок, пахнущий солнцем и сладким вином. Большие лепестки опустились на ее пальцы, обмякшие и забытые.

Одна из торфяных фейри будет скучать по цветку, она знала сердцем, что цветок был частью их, как их лозы. Она обхватила его как можно нежнее и поднялась на ноги.

Тихий звук заставил ее поднять голову.

Самая маленькая из торфяных фейри стояла перед ней, заламывая руки, глядя на цветок.

— Это твое? — спросила Сорча.

Крохотная женщина кивнула.

— Не бойся. Я не оставлю его себе, — Сорча протянула ей цветок. — Это самый красивый цветок из всех, что я видела.

— Спасибо, друид.

От этого слова зрение Сорчи исказилось. Она видела все нити вокруг торфяной фейри. Золотые узы семьи тянулись дальше поля зрения Сорчи. Нить, за которую Сорча легко могла потянуть и раскрыть все тайны.

Она не потянула, решив сохранить тайны фейри.

— Ты тут в безопасности, — сказала Сорча. — Все вы в безопасности.

— Этого мы и желали.

— К этому мы стремимся каждый день. Если что-то нужно, попроси у меня.

— Спасибо, леди.

Она проводила фейри взглядом. Кроха прикрепила цветок над своим сердцем. Главная женщина похлопала ее по голове и оглянулась на Сорчу с нежной улыбкой.

Все будет хорошо. Сорча ощущала это костями.

Она повернулась к Эмонну и вздохнула от мрака на его лице. С ним придется много спорить. Фейри все еще были опасны для ее и его народа. Но ему нужно было понять, что это был путь к росту.

Она решила, что он одумается.

Она подошла к их столу и села.

— Они будут хорошим дополнением.

— Уверена?

— Да.

Он поднял кубок к губам и кивнул.

— Тогда они останутся.

— Вот так?

— У тебя золотое сердце, mo chroí. Я доверяю твоим суждениям больше, чем своим.

Она расслабилась.

— Из-за тебя я переживала.

— Что я не приму их? — Эмонн пожал плечами. — Чем больше ты говоришь, тем больше я вижу свет. Ты многому меня научила, Солнце, и было бы глупо не слушать.

* * *

Звон молотков по камню звенел по замку. Голова Сорчи болела, пульсируя во лбу.

— Мне нужно идти, — сказала она Уне. — Не могу терпеть и дальше этот шум.

— Ты заболела, милая? — Уна прижала ладонь ко лбу Сорчи. — Ты стала теплее.

— Я в порядке.

— Ты хорошо спала? Знаю, время тяжелое для всех нас.

— Я в порядке. Мне нужно просто уйти от шума.

Иначе головная боль за ее глазами взорвется. Она не могла терпеть постоянное движение в замке, внимательные взгляды фейри, шутки дворфов. Они были чудесны в небольших дозах, но Сорча хотела хоть миг полной тишины.

— Сад за замком нуждается в уходе, — сказала Уна. — Не думаю, что его проверяли. Лозы натворили там бардака, и там вполне можно спрятаться человеку.

— Спасибо, — Сорча скрипнула стулом, быстро встав.

— Я понимаю желание свободы, милая. Насладись тишиной.

— Тебе что-то нужно, пока я не ушла.

Уна улыбнулась ей, подняла два куска хлопка и сунула в свои уши.

Это помогало.

Сорча улыбнулась и покинула кухню, направилась в одно место, где могла отыскать покой. Она знала, какой это был сад. Они все видели зловещее заросшее место. Оно было непроницаемым, топоры не могли разбить спутанные корни и сорняки.

Тропа вела в центр. Несколько юных дворфов бегали в центр, бросая друг другу вызов. Сорча смотрела, как они суетились, но никто не осмеливался на пугающее приключение.

Теперь настал ее черед, она отказывалась мешкать.

Дверь древнего замка со скрипом открылась, когда она толкнула. Дикий запах осеннего воздуха щипал ее за руки, трепал волосы. Она скучала по этому больше всего. Сорче нравилось быть снаружи, подальше от душного спертого воздуха замка.

Шорох был музыкой для ее ушей, а сверчки заглушали стук молотков.

— Слава богине, — сказала Сорча, радуясь прохладе тишины.

Наконец, она смогла услышать свои мысли. Она ценила короткие мгновения, когда могла остаться одна.

Отодвинув плющ, она посмотрела на тени. Идеальное место для свидания любовников, или чтобы фоморианец скрылся.

Прутья хрустели под ее ногами, треща, пока она шагала вперед. Свет пропал, шипы и лозы выгибались над головой. Чаща была темной, хоть солнце было в зените.

Ладонь прижалась к ее спине, призрачная и гладкая. Прикосновение было приятным.

Сорча не была уверена, когда привыкла к душам друидов, которые окружали ее в любой миг. Они стали частью ее повседневной жизни, как дворфы. Она была рада их присутствию, как и фейри, которые ходили по замку.

В центре дикого сада рос естественный алтарь. Лиловый аметист и кристаллы кварца торчали из земли. Каждая вершина была плоской, и вместе они были столом для подношений.

Ее сердце колотилось с болью. Алтарь не должен был оставаться без ухода. Это напоминало ей о фейри, которых забыл ее народ, и как страдала земля.