Она просто держала Сашу в резерве. Про запас. Чтобы не остаться с носом, если Дамир от неё откажется.

Но парень услышал только то, что Ева испытывает нежные чувства к отцу. Это сыграло решающую роль. Его ярость взяла верх.

– Ты – ужасная стерва! Ты привыкла получать своё. Ты привыкла управлять и командовать, но не сейчас. Ты – избалованный ребёнок и не понимаешь этого. Тогда, два года назад, я был для тебя обычной игрушкой. Средством для весёлого отдыха, чтобы было чем похвастаться перед подружками. Ты не думала о моих чувствах. Ты не думала, что я серьёзно… жить без тебя не могу! – Он подался вперёд и прокричал последнюю фразу. Даже ветер не смог приглушить его голос. – Ты играешься со мной. И сейчас… – Он замолчал. Немного успокоившись, продолжил: – Ты думаешь только о себе.

Ей стало вдвойне обидней от этих слов, потому что она сама понимала, что изменилась. Изменилась из-за него, неужели он не заметил?

– Ты корыстная бессердечная маленькая сучка с наполеоновскими замашками. Я ненавижу тебя. Ненавижу всё, что с тобой связанно, ненавижу твои капризы, указы. Ненавижу!!! Я не могу! Я не знаю, как вести себя, когда ты рядом. Я ужасно, безумно люблю только тебя. Я не вижу ни одной женщины, кроме тебя, ты у меня вот здесь. – Он указал пальцем себе в висок. – Ты везде, куда я ни взгляну, а ему… – он приложил руку к своему истерзанному сердцу. – А ему я не могу доказать, что тебя нельзя любить. Твои чувства фальшивые.

– Хватит мне это говорить, Дамир! Я завтра уезжаю.

Он молчал. Только крепче сжал губы.

– Я не фальшивая! Я действительно тебя люблю. И не боюсь в этом признаваться. Но я обещаю тебе: если ты меня не остановишь, если ты ничего не сделаешь, я выйду за него замуж! И буду счастлива. Буду купаться в деньгах и наслаждаться заботой, которую мне будет дарить мой муж. А ты будешь кусать локти. Потому что оттолкнул меня! – Она говорила повышенным тоном. – Я прошу, выбери меня, а не свою гордость.

– Если бы это был кто угодно, я бы ни секунды не размышлял. Даже если бы ты в открытую говорила, что деньги для тебя – главное. Я бы убедил тебя. Я бы заработал их для тебя. Но это он. С тобой сейчас именно он!

Ему больно было произносить эти слова.

Ева всё поняла.

– Мы ещё когда-нибудь увидимся? – Она безнадёжно опустила голову.

– Нет.

Одинокая фигурка на огромном пустом пляже, а рядом бушует шторм. Никого нет. Такое ненастье разыгралось. Песок бьёт по ногам. Можно почувствовать каждую песчинку. Странное, болезненное чувство. Будто кто-то хлестает тебя миллионами маленьких кнутов. Капли от падающих на пляж пенных волн намочили его с ног до головы. Всё проносилось перед глазами. Песок, вода, растения, мусор, ненароком залетевший на этот дорогой пляж. Всё кружилось, летело, утекало. Огромные волны жадно загребали всё, что попадалось на пути. Словно нападали на добычу и утягивали в глубины. Уносили глыбы песка, камни с пляжа.

Его ноги стали проваливаться во влажный берег. Вода омывала ступни. Как бы волны хотели затянуть и его в пучину. Но он был слишком далеко. Перед глазами всё кружилось. Страшная боль не давала дышать. Но Дамир не останавливался. Он шёл дальше, в поисках непонятно чего.

Ненастье творилось в его душе. Теперь он не может вернуться к своей пещере. Ему там никогда не будет спокойно. Она осквернила это место своим присутствием. Находясь там, он не сможет не вспоминать их ночи. Возможно, завтра он пойдёт туда, чтобы попрощаться с пещерой, пляжем. Но не сегодня.

Ужасная пустота. Он вырвал её из сердца. Но рана никогда не затянется. Как же Дамир её любит! Казалось, такое бывает только в фильмах. Но разве мог он когда-нибудь подумать, что вернётся его пропавший отец. Парень думал, что никогда не увидит его. Что тот будет ему предлагать всё. Но Дамир никогда и ничего у него не попросил бы. Слишком унизительно. И это бы значило, что он прощает своего непутёвого папашу. А это никогда не произойдёт! И Ева. Его любимая, милая маленькая девочка, пройдёт через его руки. Даже если бы Ева убедила его, и осталась с ним, невзирая на достаток Александра, как себя чувствовать, зная, что она спала с отцом? Как они все будут смотреть друг другу в глаза? Это мерзко. А так об этом никто не узнает.

Он широко развёл руки и встал навстречу ветру.

Саша спешил. Стал каким-то измотанным, немного нервным.

– Любимая, собирай вещи, нам пора. Ещё столько всего нужно подготовить к свадьбе. Я тебе не смогу угодить. Видишь, тебе всё не нравится. У тебя будет свой водитель, охранник и помощник. – Усердно заморгал глазами и добавил: – Гей. Он поможет с организацией торжества. Свадьба совсем скоро. – «Обрадовал» он её.

Ева вяло бродила по комнатам, закидывала одежду в чемодан. Даже не удосужившись аккуратно сложить.

– Гей так гей, – грустно подтвердила она и почесала затылок.

В дверь постучали и вошёл Герк. Он наклонился и что-то усердно прошептал на ухо хозяину. Девушка поправила криво завязанную на макушке гульку и попыталась подслушать, о чём они секретничают?

– Ангел мой, я на минутку. Скоро вернусь. Чтобы ты была готова, – нежно сказал он и поцеловал её в лобик. Поспешил удалиться. Охранник демонстративно вышел из комнаты.

«Куда это он? Я сейчас всё узнаю. Надумали, секреты от меня держать! Не выйдет!» – заинтригованно думала она. Но пока натянула на себя первую попавшуюся одежду, Саша вернулся. Как-то слишком быстро. Девушка не успела привести план слежки в действие.

Мужчина пришёл ещё более озадаченный. Он присел за стол и попытался принять непринуждённый вид, но она всё равно догадалась.

– Что случилось? Где ты был? – не выдержала она.

– Я говорил с Дамиром. Я ему говорю: «Сын, я сделаю всё, что ты попросишь. Лишь бы ты простил меня. Хочешь, я отдам свою фирму, все деньги, всё. Только бы ты перестал меня ненавидеть». А он: «У тебя нет ничего, что бы могло меня заинтересовать. Твои деньги не смогут заставить меня забыть то, что ты сделал, а точнее, не сделал». – На этом наш разговор закончился. Он ушёл. Ничего не получилось.

«Он здесь!» – закрутилось у неё в голове. Она бросила Александра и побежала догонять Дамира. Быть может, есть ещё шанс.

Она выбежала на пляж. Горячий песок обжигал ноги, солнце слепило глаза и пекло голову, раскалённый воздух заставлял гореть всё внутри.

Сегодня слишком много солнца.

Она осмотрела пляж. Куча людей носились туда-сюда. Его здесь нет. Девушка поспешила к пещере. «Он там. Он точно там!»

Её глаза стали совсем темными. Зелёными. Их застилала пелена слёз. Она увидела его. Медленно подошла поближе.

Его греческий профиль. Тело, будто статуя, вырезано из мрамора. Как Ева хотела, чтобы он её не отпускал. Никогда. Она откажется от роскоши. От всего, что предлагает Саша.

Дамир заметил её. Ну почему он молчит? Её подбородок подрагивал, она хотела расплакаться. Горько стало на душе. А он молчал. Он такой же холодный, как камень. У него иммунитет к солнцу. Его принципы, обещания и обиды дороже, чем она сама. Как это пережить?

– Зачем ты пришла? – грубо спросил он.

– Я… Я не могу. Не могу уйти, не попрощавшись.

– Я облегчу твою задачу. Я тебя использовал. Чтобы отомстить отцу. Ты для меня ничего не значишь.

– Я не верю тебе, – её сердце разбилось. Она, кажется, услышала звон.

Ева посмотрела ему в глаза, они всё рассказали. Ева отвернулась от него и пошла в отель. Решила ничего ему не говорить. Оставить в покое. «Ну, останови же меня, ну скажи хоть что-нибудь, и я останусь. Скажи, что ты врёшь!» – Сердце стучало с удвоенной скоростью, ноги не слушались, но она продолжала идти.

Дамир смотрел ей вслед.

«Я не могу так просто уйти. После всего, что он наговорил прошлый раз! Сколько всяких гадостей… Но ведь он ещё сказал, что любит меня… Или всё-таки ненавидит?»