На востоке завийей называют значительно более скромные места для отправления молитв, а также уединенные кельи дервишей. Как уже говорилось, эквивалентные термины для обозначения обители или института, сложившегося вокруг гробницы, — это ханака в Средней Азии и Индии и текке[512] или даргах[513] в османской Турции. В Индии также встречались названия джама'ат-хана и дайра. И если в Египте и Сирии ханака не были специализированными центрами, то в Индии с самого их основания и в Средней Азии с XIV в. они сделались эквивалентом завийи арабского мира, поскольку с течением времени ханаку все чаще связывают с именем определенного шейха и его потомков. К. А. Низами следующим образом объясняет смысловое различие между терминами, употреблявшимися в Индии:

Индийская форма общины с ее отчетливо выраженными региональными особенностями также могла быть всеобъемлющим институтом, несмотря на то что в основе ее необязательно лежат одни и те же доктрины. А. В. Садлер описывает[515] свое посещение в 1961 г. гробницы Гулам Му'инаддина Халуша (ум. 1872), основавшего в XIX в. наследственную общину чишти в Хайдарабаде (Андхра-Прадеш, Декан), и связанной с ней ханаки.

В этом же комплексе находится мечеть, связанная с гробницей и резиденцией пира, правнука основателя, а "рядом с гробницей дорожка, которая ведет через виноградник к большому помещению для собраний, где ежегодно происходят церемонии, посвященные годовщине смерти святого ('урс)". Ханака расположена в другой части города, где она примыкает к главной мечети (джами'). В ней жили двадцать членов ордена чишти с семьями, "составляющие особо обученную элиту в дервишеской общине". Каввали ("моления"), или, более точно, сама' отправляются здесь 13-го числа каждого лунного месяца.

Д'Оссон сообщает нам о турецких текке XVIII в. Каждое текке обычно вмещало от двадцати до сорока дервишей. Они жили на пожертвования, которые обеспечивали их содержание, а также пищу и кров приходящим дервишам. Каждый, как правило, ел в своей келье, но разрешали совместную трапезу втроем или вчетвером. Женатым дозволялось иметь отдельное жилье, но раз или два в неделю они обязаны были ночевать в текке, особенно в ночь перед ритуальными танцами. Исключение составляла обитель ордена мавлави, где женатым дервишам не разрешалось оставаться на ночь[517].

Как уже говорилось, орден или таифа начинали свое существование как местная завийа, шейх которой назначает региональных халифа, чьи дома становятся дочерними завийа. Таифа проходят стадии расцвета, застоя, упадка и, наконец, смерти. Во времена Ибн Баттуты завийа рифа'итов были весьма распространены среди тюрков в Анатолии. Затем они почти совершенно исчезают, и в этих районах их, очевидно, сменили турецкие ордены. В значительно меньшем масштабе учение ар-Рифа'и и по сей день остается популярной тарикой, столь же распространенной, как и кадирийа. То что называют сухравардийа, никогда не было единым орденом, а всегда только тарикой, как бы пунктом приписки многих сотен таифа. Так же обстояло дело с кадирийа: кадириты в Багдаде не признают над собой верховенство ни одной арабской таифы 'Абдалкадира. Даже тиджанийа в XIX в. по мере роста постепенно теряла централизованное управление. Шейху главной даркавитской завийи были неподвластны многие из ее ответвлений. Однако более узкие, замкнутые или локальные ордены, как насирийа, ваззанийа и каттанийа в Магрибе, а также многочисленные "семейные" ордены в Нилотском Судане, Египте и Сирии оказываются достаточно спаянными. Связь между центром и филиалами или отпочковавшимися группами поддерживалась визитами шейха или его эмиссаров (причем они посещали обители, не находившиеся под их непосредственным контролем), во время которых они собирали приношения, нередко улаживали споры и устраивали молитвенные собрания, чтобы поддержать религиозное рвение верующих.

Исключением из общего правила был орден мавлавийа. Орден этот, в основе городской и сложный по своим воззрениям, всегда отличался централизованным построением, несмотря на то что главным районом распространения была Турция, его общины были разбросаны повсюду. Но все они, включая некоторое число обителей в арабоязычных районах (Дамаск, Алеппо, Триполи и Хомс), признавали главенство Челеби из Коньи, сохранявшего право санкционировать вступление на пост главы местной общины.

Кубба (купольная гробница) основателя — центр организации, главное место поклонения, куда совершались паломничества (зийарат). Сюда регулярно поступают подарки натурой и денежные приношения каждый раз в связи с тем, что необходимо заступничество вали перед Богом или как приношение в благодарность за благодеяние, полученное свыше. Гробница и вся территория вокруг нее священны (харам, или хурм), и там могут найти убежище беглецы от мести или правосудия.

Церемония приближения к могиле (адаб аз-зийара) описана в руководствах ордена, и ее надлежит соблюдать, хотя бы в общих чертах. Как уже говорилось, многие стремятся пройти инициацию у определенного шейха из-за популярности его бараки (ли-т-табаррук), другими словами, чтобы установить отношения с источником божественной силы. То же самое можно сказать и об отношении паломников к гробнице святого. Первым делом паломник становится перед гробницей и читает "Фатиху"; которую он подкрепляет символическим воздеванием рук ладонями кверху, а затем, опуская руки, проводит ими по лицу. Существует много процедур, чтобы через святого обратиться к заступничеству Бога. Мухаммад ал-Каттани описывает некоторые из них в предисловии к своей книге "Салват ал-анфас", посвященной выдающимся людям Феса. В частности, он пишет: ""Сахих" ал-Бухари, как говорят, обладает некоей удивительной особенностью: всякому, кто откроет эту книгу или один из ее разделов перед гробницей святого и прочтет первый попавшийся ему на глаза хадис, вручая себя Богу через посредство наставников своей ветви, восходящей прямо к Пророку, и в то же время изложит просьбу свою, Бог может ее исполнить (если на то будет Божья воля)"[518].