- А мы как же? – растерялись охотники. - Нам тоже тут дежурить неизвестно сколько придётся. Велели отлавливать всех перебежчиков, невзирая на возраст и магическую принадлежность и отправлять в инквизицию. Для установления личности и проведения следствия.

Наблюдатели помрачнели: за весьма приличное время, проведённое вблизи границы, они прекрасно поняли, что большинство тёмных – обычные ремесленники. Те же колдуны-заклинатели, в основном, работали в деревнях, помогая сохранять посевы, сберегая дома и леса от пожаров. Ведьмы большей частью врачевали, зная множество всяческих травяных составов. Оборотни занимались выделкой кожи и меха, шили обувь и одежду. Вот теперь с этой охотой, в светлых землях не останется ни одного заклинателя. И что будет с полями? Ах, да, тогда всех призывали щедро заплатить жрецу, чтобы он возвёл восхваления и таким образом отогнал грозовые тучи с градом.

Старший снова поморщился. Незваное пополнение он не боялся, и вполне мог себе позволить выпроводить их за порог. В давние времена чуть было не был назначен Главой инквизиции за умение организации работы и непревзойдённые боевые навыки. Да и даром был не обижен. Именно чуть, поскольку стремление докопаться до истины и желание находить настоящих преступников не всегда шло на пользу самой инквизиции и императорскому дому. В результате этот пост занял лорд Харсий, выходец из аристократической семьи, хитрый и изворотливый, не стесняющийся в средствах для достижения цели. Его немного подержали в охотниках и отправили с глаз долой, на границу.

- Понятия не имею, как вы будете, - Тиналь кивнул под топчан, где оставался небольшой мешок крупы, с полведра. - Это всё что у нас осталось. Можете на границу переместиться, а потом по первому зову охоту начать.

- Нет, мы не можем покидать нейтральную полосу, - решительно выдвинулся вперёд русоволосый парень. - Нам велено ждать здесь.

Он попытался пройти дальше, но споткнулся о раскиданную обувь и полетел на пол, больно приложившись коленом о топчан.

- Здесь – это где? – раздался ещё один голос из угла. - Вас прямо-таки к нам на постой отправили? Мы распоряжения о гостях не получали, и о предоставлении им крыши над головой тоже. Да и не вместитесь вы здесь. Если хотите, берите свои мечи, лопаты, что у вас там есть… и копайте себе жилище самостоятельно. И очаг не забудьте камнями обложить, и провиант лично добыть.

Парни зароптали – перспектива остаться без крыши над головой не прибавляла уверенности в будущем. Да и сколько придётся ждать беглецов, тоже было неизвестным. Растолкав молодых охотников, в дверь пробрался последний наблюдатель, его смена закончилась. Другой поднялся и молча вышел, заступая на свой пост в башне.

Тот, что только что пришёл, с наслаждением плюхнулся на освободившийся топчан и вытянул затёкшие от долгого сидения ноги. Посмотрел на хмурых сотоварищей, на озадаченную неприветливой встречей молодёжь и усмехнулся:

- А кто вам сказал, что беглецы пойдут через границу именно здесь? Нейтральная полоса большая, и выскочить они могут где угодно. Хоть там, - он показал пальцем куда-то за спину, - хоть там… Мы об этом ничего не знаем и не узнаем. Наше дело следить за пропускным пунктом, что и выполняем со всей старательностью.

Наблюдатель лукавил, вообще-то в их обязанности входило докладывать и о всяческих странных перемещениях. Ну и передавать новости от лазутчиков. Но на душе последнее время было откровенно тяжело. Посмотрев на первую колонну беглецов, мужчина откровенно пожалел о том, что родился со светлым даром. Вот такие гонения на детей, он никогда не принимал и старался даже в бытность своего участия в охоте держаться от семейных подальше. Да и после ранений ему приходилось втайне бегать к тёмной травнице за мазью, чтобы раны заживали быстрее.

Молодёжь затопталась на месте активнее, в словах старого воина была очень весомая доля правды. Сидя на одном месте, или просто гуляя около поста, заметить что-то нужное было просто нереально. К тому же, а где гарантия, что двое тёмных, на которых им указали в Инквизиции, как на самых опасных преступников, не воспользуются порталом? Такой гарантии никто дать не мог. По всему получалось, что сидеть у наблюдателей резона не оставалось. Да и места, собственно, для их размещения тут тоже не было, а самим копать себе землянку, идти рубить деревья для ската крыши, драть кору и мох, чтобы покрыть эту крышу сверху, - желания не возникло.

Вывалившись из душного жилища, боевики дружной толпой отправились к границе светлой империи, за которой всегда можно было найти приличную гостиницу в одном из близлежащих фортов.

Наблюдатели, переглянувшись, вздохнули и почти одновременно бросили короткие взгляды в сторону передающего кристалла. Стоило ли передать, что боевые маги самовольно покинули нейтральную полосу? Нет, не стоило. В конце концов, наблюдение за своими не поручали, как и распоряжения об оказании им всяческой поддержки.

Как только недавние адепты школы магии скрылись за деревьями, в полуоткрытую дверь снова постучались. Тиналь с проклятиями подскочил к входу и тут же замер – на пороге стояла девчушка, протягивающая старым боевикам двух зайцев и каравай ржаного хлеба. Оборотница, совсем ещё ребёнок, но уже полноправная охотница за мелкой добычей для своей семьи.

- Спасибо, Заринка! Только больше не приходи пока, - маг сунул ей пару заранее заготовленных монет и выглянул наружу. Активированное ночное зрение не заметило ничего подозрительного. Ну, а чуть более старшего подростка-волчонка, который ждал свою сестру немного поодаль, можно было и не брать в расчёт.

Дети шустро припустили к границе. Не к посту, нет, к лазу, который прекрасно просматривался стражниками. Те, заметив оборотней, тут же демонстративно отвернулись, занявшись каким-то пустячным разговором. Постовым на границе было намного проще, еду могли доставить и из таверны, да и из собственного дома тоже приносили и обед, и ужин. И своим же тёмным наблюдателям провизия всегда пересылалась вовремя и отличного качества. А вот светлых, старых вояк, списанных из охотников по возрасту или по каким другим причинам, временами становилось откровенно жалко. Поэтому, пока те не брались за оружие, пограничники позволяли подкинуть что-то со своей стороны и беспрепятственно пропускали ненадолго в тёмную империю.

Пока мужчины обдирали шкурки и разделывали тушки, запиликал артефакт связи. В этот раз пришёл не разговор, а указание - передать лазутчикам, что их сообщение передано в самые верха. Переглянувшись и одновременно нахмурившись, наблюдатели продолжили заниматься своими делами.

Кира проснулась ночью от щемящего чувства одиночества. В окошко с незадёрнутыми шторами ярко светил месяц. Поднявшись с постели, на которую она просто упала после своего возвращения со «свидания», девушка переоделась, расплела волосы и села обратно, завернувшись в лоскутное покрывало. Как там Дамир? Жив ли? К горлу подкатил комок, а на глаза навернулись слёзы.

Пометавшись по кровати, Кира решительно встала, накинула на ночную рубашку халат и потихоньку побрела в хозяйскую спальню. Пусть колдуна не было на месте, но там она чувствовала себя намного спокойнее. Девчонка даже не стала зажигать магические лампы, света от луны вполне хватало. Взбив ту подушку, на которой ей удалось проспать две ночи, она обняла вторую, прижав её к груди, и задремала.

Кира так и проспала, обнявшись с подушкой Дамира и боясь выпустить её из рук. Открыла глаза уже утром и тоскливым взором обвела хозяйскую спальню. Её «рабовладелец» за ночь не появился, и неведение о его судьбе снова навалилось тяжёлой плитой.

Внизу в кухне зазвякали чашки. Девушка нехотя поднялась, поправляя смятую постель, накинула халат и, зевая, двинулась вниз в свою комнату. Настроение – настроением, а нужно было переодеться и появиться за завтраком.

В кухне обнаружился нежданный гость. Спиной к входной двери сидел высокий парень с роскошными каштановыми волосами, забранными в низкий хвост. Голос показался знакомым, а вот лицо Кира пока никак не могла разглядеть.