Он вздохнул.

— Я говорил вам об этом, но есть еще один факт, о котором я умолчал и скрыл от вас. В субботу, в день драмы, когда я обнаружил исчезновение Молли после того, как окончательно проснулся, я был просто в отчаянии. Я бродил из одной комнаты в другую, как потерянный. Неожиданно я принял решение отправиться к отелю «Блантон», чтобы подождать ее. И в то время как я наблюдал за дверью отеля, знаете, кого я увидел выходящим из нее? Вирла Томаса. Он очень торопился и старался пройти как можно скорее и незаметнее.

— В котором часу это было?

— Когда я доехал до отеля, мои часы показывали половину третьего. Я довольно долго ждал Вирла, и мне кажется, что тогда должно было быть не менее трех часов.

— И вы уверены, что то был действительно Вирл Томас?

— Разумеется. Я знаю его со времен колледжа и не мог ошибиться.

— Что же вы сделали потом?

— Я стал ждать, когда выйдет моя жена. Вид Вирла привел меня в бешенство, и я готов был объясниться с Молли. Но в пять часов, не дождавшись ее, я решил войти в отель и спросить о ней у дежурного. Меня уверили, что никто под таким именем у них не проживает.

— Вы спросили Молли Уат или Молли Голден?

— Конечно, Молли Уат. Мне и в голову не пришло, что она может зарегистрироваться там под девичьей фамилией.

— А потом?

— Янис чем вернулся домой. Остальное вам известно. Молли не вернулась ни в субботу, ни в воскресенье, и я стал тревожиться. В понедельник утром я переговорил с Феликсом и по его совету обратился к вам.

— Значит вы наблюдали за отелем «Блантон» в течение двух с половиной часов, до семи вечера?

— Даже больше.

— И вы обо всем этом рассказали полиции?

— Я сказал им то, что теперь рассказал вам.

— В том числе и о присутствии Вирла Томаса?

— Да.

— Когда полицейские опознали вашу жену и когда они сообщили вам о ее смерти? Газеты ведь не дают точного ответа на эти вопросы.

— Служащий отеля известил полицию после того, как обнаружил тело. Полицейские опознали Молли благодаря бумагам, находящимся в ее сумочке. Там было еще и немного денег, и они решили, что убийство не могло быть совершено с целью ограбления... Из бумаг они узнали адрес, и один' из инспекторов пришел известить меня вчера, в десять часов вечера.

— А вы сами ходили опознавать тело?

Воспоминание об этом заставило Уата позеленеть.

— Да,— прошептал он.— Это действительно Молли.

— Вы ее видели в отеле или в морге?

— Уже в морге. Я позвонил по телефону Феликсу, и он немедленно явился. Полицейские допрашивали меня до полуночи. Я должен вернуться в Центральное полицейское бюро сегодня днем, чтобы подписать свои показания.

Повернувшись к Каваногу, я спросил:

— Кто ведет следствие?

— Ханк Спикер.

Я хорошо знал Ханка. Мы с ним пришли в полицию Аркенты на следующий день после окончания второй мировой войны. Но я не мог выносить всю эту бумажную волокиту и приспосабливаться к политиканам, тогда как Ханку это прекрасно удавалось. И вот результат налицо: он был уже в чине лейтенанта уголовной бригады.

— Это Ханк определил час смерти? — спросил я.

— Нет. Он лишь смог определить, что пуля была выпущена в субботу, между часом дня и девятью часами вечера.

— А Вирл Томас в это время находился в месте совершения преступления...

— Я тоже указал на это Ханку,— вмешался Феликс,— но лейтенант прекрасно знает о могущественном влиянии Камерона Поувера и совсем не торопится наложить лапу на его зятя. С этой стороны он будет подходить на цыпочках. Он первым делом возразил мне, что Джаспер тоже был в это время в том же месте. Нет, Уат будет фигурировать в списке подозреваемых до тех пор, пока не будет обнаружен настоящий убийца.

— Судя по газетам, Молли Уат была убита пулей из пистолета калибра тридцать восемь. Полиция располагает этим оружием?

— Ханк не выказал себя болтливым, но все же признался, что его люди еще не нашли пистолет. Они прочесывают весь отель частым гребнем, чтобы только найти его.

— Ты видишь, Келл, в каком навозе мы находимся,— вмешался Каваног.— Когда вчера вечером допрашивали Джаспера, он еще не знал об исчезновении его револьвера и ни слова не сказал об этом Ханку. Теперь же это произведет очень плохое впечатление, когда лейтенант узнает об этом.

— Мистер Уат собирается известить об этом полицию?

— Но ведь необходимо поступить именно так. Если мы будем молчать, а полицейские найдут оружие преступления и установят, что оно принадлежало Джасперу, они не станут копать дальше. Его немедленно арестуют за убийство жены.

— Но если мистер Уат заговорит, он станет подозреваемым номер один.

— Согласен. Он уже и так подозреваемый, а исчезновение его револьвера еще более ухудшит дело. Но его не задержат раньше, чем будет обнаружено оружие. А за это время ты найдешь настоящего преступника, что и докажет невиновность Джаспера.

Я понимал, что Феликс требовал невозможного, но мог сделать только одно: немедленно взяться за дело.

Да уж, сидя на стуле, убийцу не обнаружишь. 

Выйдя от Феликса Каванога, я сел в машину и отправился в Центральное полицейское бюро. В подвале за ларьком с кока-колой и кофе я обнаружил телефонную будку и позвонил Холли.

Сообщив ей, что мы по-прежнему занимаемся делом Уата, я попросил позвонить в фирму «Электроник По-увер», чтобы договориться о моей встрече с Вирлом Томасом.

После этого я поднялся в комнату детективов. Здороваясь с людьми, сидящими за первыми тремя столами, я прошел в глубину зала к столу Билла Бархарда.

— Привет, Билл,— сказал я.— Ханк у себя в кабинете?

Билл провел лет пять своей жизни на ринге. Апперкоты и выпады правой оставили на его губах шрамы, которые создавали впечатление постоянной беспокойной улыбки.

— Вот оно что! — бросил он.— Это оказывается старый бродяга Келл!.. Ты только тогда бываешь доволен, когда у тебя на руках очень грязное дело? Теперь ты стал нападать на авторитеты?

— Дермонд подал на меня жалобу? — спросил я.

— Он ходил к большому начальству в первый же час, но Бентон мне ничего не сказал.

— Ханк у себя?

— Его поставили на дело Уата. Похоже на то, что ты разыскивал эту несчастную женщину тогда, когда она уже остыла.

— Ее муж поручил мне выяснить кое-что, и я хотел бы знать две вещи... Во-первых, какого рода отношения были между умершей и Вирлом Томасом, и, во-вторых, где обретается маленькая гадина по имени Отто Канзас.

— Эта ржавая селедка? Что ты от него хочешь?

— Вчера вечером он вытащил нож, когда я задал ему несколько вопросов. Он, разумеется, не ответил на них. И чтобы немного поприжать его, мне необходимо знать, где он прячется.

— Не слишком прижимай этого подонка. Мне было бы весьма огорчительно зарегистрировать жалобу на тебя, особенно принесенную публично! Официально, когда в последний раз я задерживал его, он дал мне адрес отеля «Блантон»...

Бархард внезапно запнулся и после секундного молчания воскликнул:

— Бог мой! Как это мне раньше в голову не пришло! Ты думаешь, что Канзас замешан в убийстве Молли Уат, да?

— До свидания, Билл,— бросил я.— Спасибо за сведения.

Обернувшись, я увидел, как он в задумчивости скреб затылок.

Вернувшись к своему «форду», я стал обдумывать сведения, полученные от Билла. Отто Канзас был ночной птицей, и если он находился в отеле «Блантон» днем в субботу, это уже ставило под подозрение в преступлении трех персон, которые меня крайне интересовали. Чем больше будет подозреваемых, тем менее Уат рискует быть задержанным немедленно и тем больше у меня времени для того, чтобы найти доказательства его невиновности. .

Следующим этапом моего расследования стало длинное серое здание примерно в километре от Центрального полицейского бюро. В глубине дома находился морг, а с фасада расположилось бюро Рида Кутлера, коронера Аркенты.