– Ещё как! Ариа с Василисом старались со мной больше времени проводить, – Катарина снова улыбнулась. – Ариа еду приносила… У тебя, говорит, депрессия, Катариночка. А я каждую неделю в город ходила, тебя искать. Как же хорошо, что ты вернулся, Марко.

– Разве я мог не вернуться? – засмеялся я. – Поживем ещё. А на тебя, значит, тоже сходил Дух?

Катарина кивнула головой:

– И не раз. В общей сложности десятка два на тот свет отправила, прямым рейсом. Правда, это были не одержимые…

– Наемники, – закончил фразу за Катарину я, – твари, хуже одержимых.

– Скажи, Марко… – девушка положила голову ко мне на грудь и внимательно посмотрела в глаза, – а там, в Соборе, кто именно тебя встретил?

– Помнишь, я тебе сон рассказывал из своего детства?

– Помню.

– То же самое и было, только в этот раз ему не удалось меня напугать.

На губах Катарины играла счастливая детская улыбка: – Значит, ты теперь самый сильный?

Я засмеялся: – Увы, моя маленькая, далеко не самый. Ты и представить себе не можешь, какие существуют силы… Если бы Бог позволил им обрушить свою ярость на нас, мы бы умерли, не успев даже понять, что происходит.

– Хорошо, что Он не позволяет.

В коридоре послышались шаги, и в дверь нашей комнаты постучали. Не успели мы открыть рот, чтобы сказать «войдите», как дверь приоткрылась, и в комнату осторожно заглянула Ариа.

– Вы как тут, ребятки? Пришла сообщить вам, что вечером будет ужин. Дичь, вино, словом, все как надо, – нубийка облизала толстые губы. – Наши союзники угощают.

– Начнем со всеми, а закончим в узком кругу.

Нубийка подмигнула: – Дело говоришь, Марко, – вдруг Ариа нахмурилась, втянула носом воздух и сморщилась: – Катариночка, это что у вас, новое оружие против нечисти? Давай-ка мне сюда свою рубашку и штаны, и ты, Марко, тоже давай. Надеюсь, я не упаду в обморок, пока буду это всё нести.

Когда мы подошли к костру, майор говорил Василису про ангела, который явился ему неделю назад и рассказал обо мне.

– Иди, говорит, к приморским каменоломням и встреть одного человека по имени Марко. Иди за ним, и спасетесь. Он, говорит, и его спутница Катарина – последние судьи, защитники людей в войне с демонами.

– А вот и они пожаловали, – перебила Фархада нубийка.

– Если не хотите остаться без ужина, присоединяйтесь немедленно, – подмигнул Василис, – одна темнокожая особа скоро всю дичь прикончит, и вино, кстати, тоже.

Ариа захохотала: – Не слушай его, Марко, это мой муженек так шутит. Антийский юмор, он, как бы это сказать… специфический!

– Может, он и специфический, но у нас он хотя бы есть, в отличие от диких нубийских народов.

Нубийка шутливо надула губы и, по-боксерски подняв руки, несколько раз ткнула мужа в плечо.

– Слушай, Марко, а что там внизу было? Расскажи про подземные ходы, – спросил Василис, когда закончилась супружеская баталия.

– Подземных ходов под Багрой действительно много, настоящий голландский сыр. Некоторые тоннели широкие с высокими сводами, другие – узкие и тесные. Иногда ощущается чье-то присутствие, как будто за тобой постоянно следят, иногда без всякой на то причины охватывает чувство ужаса. На нижних уровнях реальность меняется, и уже не ясно, что из увиденного тобой существует на самом деле, а что лишь плод воображения…

– Если ходы такие древние, там наверняка должны быть тайные комнаты с сокровищами, – мечтательно прикрыл глаза Василис.

– Наверняка, – согласился я, – только кому они теперь нужны?

– Не знаю о сокровищах, друзья, – присоединился к разговору майор, – но где-то под Багрой есть бункеры с последней атлантической войны, настоящие подземные города с автономной системой жизнеобеспечения.

– Интересно, кто там сейчас живет… – задумчиво произнесла Ариа.

– Нечисть, не иначе. Может быть, там и есть их база, иначе как объяснить, что они каждый раз появляются непонятно откуда и исчезают непонятно куда?

– Ну, объяснить-то можно, – возразила Катарина, – но вот один из наемников мне любопытную вещь перед смертью рассказал, будто бы бесы глубоко под землей живут.

– С чего это он с тобой, Катариночка, разоткровенничался, – удивилась Ариа.

Катарина мрачно усмехнулась: – Со сломанными руками и отрезанным ухом, любой наемник заговорит. Правда, знал он не многим больше нашего. Как я поняла, их командование заключило с бесами сделку, согласно которой они получают право на жизнь, продовольствие и оружие в обмен на верную службу.

– Это правда, – подтвердил слова девушки майор, – я то же самое слышал от тех, что мы сегодня в плен взяли. Про сделку и про то, что демоны живут под землей.

– А если ты проведешь над пленными отчитку, может, они больше скажут, а, Марко? – задумался антиец.

– Они ведь не одержимы, друг мой, – возразил я. – Кого из них изгонять? Да и не знают они ничего. Рядовые знаю только то, что им знать положено, ни больше, ни меньше. Правильно я говорю, майор?

– Правильно, – согласился со мной Фархад. – Если бы из их командиров кого взять, то и разговор бы поинтереснее вышел.

Проснулся я достаточно рано, около восьми часов утра. Катарина лежала рядом, прижавшись ко мне боком. Осторожно, чтобы не разбудить девушку, я переложил ее руку со своей груди на подушку и сел. «Здорово все-таки, что я выбрался из этого проклятого лабиринта и вернулся», – подумал я и широко зевнул. В следующее мгновение кровать скрипнула, и на мои плечи легли руки Катарины.

– Снилось тебе что-нибудь? – спросила девушка и прикоснулась к моей щеке губами.

– Ничего, маленькая. Спал как убитый.

– И мне ничего, – вздохнула моя спутница и тоже зевнула.

– Как себя чувствует твой бок? – не дожидаясь ответа, я приподнял майку Катарины. Огромный синяк от вчерашнего удара практически полностью рассосался, а сломанные ребра срослись.

– Как видишь, – улыбнулась Катарина, – я по-прежнему могу исцелять и… исцеляться. Чувствую себя отлично, только… очень проголодалась.

Я посадил девушку к себе на колени и обнял за плечи:

– Ну, тогда пойдем, посмотрим, что наша нубийская подруга приготовила. Надо тебя откармливать, а то от Катарины скоро совсем ничего не останется.

Моя спутница засмеялась: – Сильно похудела, да? Твоя правда, похудела, но слабости не чувствую, скорее даже наоборот, стала сильнее! Вот потрогай, – выпрямив руку, девушка напрягла трицепс. Мышцы у Катарины были словно из стали.

– Очень сильная, – подтвердил я и поцеловал свою спутницу в губы. – Одевайся скорее и пошли, а то мой желудок уже начинает со мной разговаривать.

– Уже идем, мой хороший, – Катарина соскочила с кровати и бросилась одеваться. Меньше, чем через минуту, мы покинули комнату.

Ариа реквизировала у бойцов «ССС» несколько банок тушенки и приготовила потрясающее жаркое со свежей зеленью.

– У моей жены вообще-то много недостатков, мой друг, – произнес Василис с набитым ртом, – но готовит она поистине божественно.

– А как же мой ангельский голос и кошачья грация, а, муженек? – засмеялась нубийка. – Катариночка, ты, я смотрю, сегодня в ударе, третью тарелку накладываешь.

– Что-то проголодалась, – улыбнулась моя спутница.

Василис украдкой посмотрел на Арию и заговорщицким шепотом произнес, обращаясь к Катарине:

– Моя женушка просто боится, что ей не хватит.

Нубийка забавно надула губы и взглянула на мужа:

– Кстати, дорогой, в числе моих достоинств еще острый слух и великолепный хук справа.

– Видишь, мой друг, – толкнул меня в бок Василис, – и у нубийки можно развить чувство юмора, при большом желании. На ее родине подобная шутка сделала бы ее королевой острот.

Мы дружно рассмеялись, и «королева острот» с удовольствием к нам присоединилась.

– Марко, я не могу с ними есть, – задыхаясь от смеха, произнесла Катарина, – у меня сейчас всё, что съела, обратно выйдет.