Наклонившись к стеклу, я подышала на него. Оно тотчас запотело, проявив на себе незаметные цифры. От счастья я даже рассмеялась. И все-таки Найджел остается Найджелом! Выдохнув на стекло весь воздух, я, наконец, увидела его надпись: «Я знаю, что ты найдешь мое послание. Вот мой номер, звони, когда хочешь». Я быстренько записала цифры, прежде чем запотевшее пятнышко испарилось, возвращая окну прежний вид.

Собираясь по пути, я набрала номер, оставленный Вонсом, закрепив трубку между плечом и ухом, и села в «форд».

— Алло? — послышался сонный голос на другом конце.

— Найджел, привет, это Челси.

— Челси! — в трубке что-то загремело, и Найджел куда-то пропал, но спустя несколько секунд я вновь его услышала: — Привет! Не думал, что так быстро меня раскроешь.

— Нам надо серьезно поговорить, — сказала я, выезжая на дорогу. — Знаешь какое-нибудь укромное место, где нас не подслушают?

— М-м-м, — промычал парень, собираясь с мыслями, — да, есть одно. Знаешь бар «Три сосны» в пригороде?

— Да.

— Давай встретимся там через десять минут, идет?

— Идет.

Я отключилась и прибавила газу: однако, через весь город тащиться. Посмотрев на часы, с досадой обнаружила, что мое время, за которое я пообещала Роберту как штык быть в школе, вышло. И осталось всего минута-две, после чего парень броситься искать меня. Осознав, что я обманула его, он будет разгневан. На лице появилась коварная улыбка и не исчезала до тех пор, пока я не остановилась у небольшого заведения с яркой вывеской «Три сосны», последние две буквы которой выгорели.

Подозрительно окинув здание взглядом, я вошла в бар. Внутри было накурено — я едва могла вдохнуть, чтобы не зайтись кашлем; за барной стойкой сидело пятеро мужчин, соревновавшихся «кто больше выпьет пива», а на дубовых стоиках то тут, то там спали толстенькие пьяные мужики. Промелькнула мысль, туда ли я вообще попала?

— Эй! — Найджел помахал рукой с другого конца бара.

Я двинулась к нему, протискиваясь и стараясь не тревожить разума лишенных толстячков. Барменша, протирая бокалы, уставилась на меня так, словно с рождения не видела девушек.

— Ты называешь это место, — я брезгливо выделила слово «это», — местом, где «можно поговорить»?

— Я понимаю твою неприязнь, но это проверенное место, и посетители ничего не расслышат, — усмехнулся парень, кивая на дядьку, который заснул, уткнувшись лицом в салат.

— Поверить не могу, что сижу тут. От дыма мне становиться плохо, — фыркнула я, раздвинув шторки в клеточку и открыв окно. Прокуренный воздух над нами сразу же улетучился, дышать стало легче. — Так-то лучше.

— Ладно, — подытожил Найджел, положив руки на стол, — о чем хотела поговорить?

Я бросила на него испепеляющий взгляд.

— У меня мало времени, — сказала я напрямую, — поэтому не буду задерживаться на вступлении, а перейду к делу.

Парень сдержанно кивнул, однако по его взгляду было ясно, что он без слов догадался, о чем я хочу его спросить.

— Итак, — я глубоко вдохнула, — ты охотник за вампирами?

Найджел дернулся, будто слово «вампир» было для него нечто неординарным.

— Ты знаешь о них.

Это не был вопрос, однако я все же ответила:

— Да.

— Если это так, тогда как ты можешь встречаться с ним?! — юноша ударил кулаком по столу.

— Я не намерена обсуждать сейчас Роберта. Я…

Найджел не дал закончить:

— Роберта! — парень словно выплюнул его имя. — У них даже имена есть!

— Найджел, — прикрикнула я, озираясь по сторонам. Несколько мужичков смотрели в нашу сторону, — говори тише! И Роберт тоже человек, почему у него не должно быть имени?

— Человек… — прошипел он. — Он уже давно не человек, Челс. Все они не люди!

— Роберт не стал вампиром, он родился им.

— Мормо?..

— Нет, он не мормо. Его мать обратили, но она может иметь детей — это ее дар. Роберт и его сестры — Стефани и Александрина — вампиры неизвестной расы.

— Он всё равно не человек, — прошипел парень и отвернулся, — я ненавижу их.

— Так ты — охотник? — еще раз задала я свой вопрос.

— Ты меня осуждаешь? — вопросом на вопрос ответил он.

— Нет, просто хочу знать — это правда или ложь.

— Об этом тебе твой дружок рассказал? — съязвил парень, криво улыбнувшись. — Вчера он был не в духе. Небось уговаривал, чтобы ты перестала со мной общаться, я угадал?

— Я пришла сюда не за тем, чтобы о Роберте говорить, — напомнила я, — а за тем, чтобы узнать от тебя, кем ты являешься.

— Кем являюсь? — парень истерически рассмеялся. — Да, я охотник, да, меня отправили сюда узнать, что происходит в Бенде, а заодно понаблюдать за знакомой мне семейкой — ты это хотела узнать?

— Я в курсе, что вы сталкивались в прошлом, но они не убивают людей, почему тогда ты к ним плохо относишься?

— И что с того? Они всё равно убийцы, Челс. Никогда не знаешь, когда они захотят человеческой крови.

— Они уже долгое время придерживаются животных.

— Можно подумать, твой Роберт, — Найджел притворно-ласково произнес его имя, — в прошлом не убивал людей.

— Это было давно, нас с тобой еще в помине не было!

— И всё-таки он делал это, я не могу простить его. Вампиры, оборотни, ведьмы — это вирус, ошибка природы. Стоит только найти лекарство, и жизнь на Земле станет безопаснее.

— И ты считаешь себя лекарством от этого «вируса»? — спросила я, морща нос, точно съела что-то отвратительное.

— А ты их заступница, что ли?

Разговор складывался куда хуже, чем когда-либо. Я понимала: если так пойдет и дальше, то мы вскоре разругаемся.

Однако уступать ему я не намерена:

— Оглянись вокруг, Най, наш мир и так рушиться. Войны, конфликты подвергли людской мир в хаос. Жадность и безразличие поглотило людей, мы забыли, что Земля не вечна, и все качаем нефть, и все загрязняем воздух, которым же и дышим, а где-то в Антарктиде и Гренландии льды тают.

— И ты считаешь, вампирята это остановят?

— Я говорю: чем они хуже нас?

Парень откинулся на спинку стула. Он молчал, поэтому я решила спросить первой:

— Как ты стал охотником, как узнал о вампирах?

— Мою семью убил вампир, — прохрипел парень, не смотря на меня. — Тот вечер ничем не отличался от других: мама смотрела телевизор в гостиной, Эмили уже спала, а я играл в PSP у себя. Слышу, как кто-то ворвался в дом, крики, бегу вниз вместе с Эмили, — голос Найджела задрожал, глаза были закрыты, словно он мысленно возвратился в тот день, — вижу: женщина в черном плаще высасывает из тела матери кровь. Я никогда не забуду ее глаза, сверкающие красным, в которых горел огонь жажды убийств. Потом, наевшись вдоволь, она бросила ее на пол и направилась к нам, но кто-то из соседей успел вызвать полицию, и убийца, оставив нас, сбежала. После смерти бабушки родственников не осталось, потому нас зачислили в детдом. Мы всех убеждали, что нашу маму убил «человек, который высосал кровь», но никто не верил. Спустя некоторое время в детский дом пришли семейная пара, Джулия и Рафаэль Дафф, которым стало известно, что тут есть брат с сестрой, рассказывающие «странные вещи». Они взяли нас к себе и открыли, что тот убийца — вампир, и кроме их есть еще оборотни и ведьмы, а сами они — охотники. Мы поначалу не верили, но когда на наш дом напала банда вампирят и оборотней, то уже не могли отнекиваться от истины. Джулия и Рафаэль были одними из лучших охотников, они обучили и нас своему искусству, готовя себе замену. Когда мне было семнадцать, а Эми — пятнадцать, они отправились на сложное задание и не вернулись. Позже нам сказали, что их убили. И их смерть — доказательство того, что мы должны покончить с Ночными раз и навсегда. — Найджел открыл глаза и посмотрел на меня. — Вот моя история.

— Я сожалею о твоих потерях… — начала было я.

— И после того, что я тебе рассказал, ты еще утверждаешь, что они не причиняют людям боль? — не унимался парень.

— Понимаю, тебе больно, но и я пострадала от них не меньше: на моих родителей также напал вампир, но Роберт не убийца.