Анализ годовых капиталовложений в народное хозяйство показывает, что в последние пять лет они в целом достигли примерно 90% американс­кого уровня, причем уже сейчас в сферу матери­ального производства мы вкладываем инвестиций на 30% больше, чем США, тогда как в непроиз­водственную сферу приблизительно вдвое меньше.

Судя по прогнозируемой динамике капитало­вложений, тенденция к усиленному, в сравнении с США, инвестированию в производственную сферу, причем в те отрасли, где они и без того выше, чем в США, сохранится. В результате к 2010 г. объ­ем основных производственных фондов в нашей стране превысит американский уровень в 1,2 раза, в том числе в сельском хозяйстве — в 2,2 раза, в машиностроении — в 2,6 раза, в металлургии — в 2,1 раза, тогда как непроизводственные фонды будут составлять лишь 43—45% от американского уровня, в том числе жилой фонд — 40%.

Несмотря на предполагаемое удвоение коэффи­циента выбытия (с 1,7 в 1981—85 гг. до 3,4—3,6% к 2010 г.) и повышение интенсивности обновле­ния основных производственных фондов (соответ­ственно с 20 до 46—85%) даже при самом благо­приятном, социально-ориентировочном варианте экономического развития СССР к концу прогноз­ного периода, очевидно, не достигнет по этим по­казателям нынешнего уровня США, где в 1981— 85 гг. коэффициент выбытия основных производ­ственных фондов составлял 3,9%, а коэффициент интенсивности обновления — 64%.

Это означает, что и на перспективу мы, делая упор на дальнейшее количественное наращивание фондов, заранее планируем консервацию отстава­ния по их техническому уровню и качеству. При этом в социально-ориентированный прогноз воспроиз­водственной структуры основных фондов СССР за­кладываются элементы серьезных межотраслевых диспропорций. В машиностроении, например, долю капитальных вложений на возмещение выбытия устаревших фондов предполагается повысить с 14 до 73% (в США в 1981-1985 гг. - 30-40%), а в строи­тельстве — лишь до 40%, в сельском хозяйстве — до 59%, в электроэнергетике — до 34%, тогда как в США в 1984—85 гг. аналогичный показатель в этих отраслях составлял, соответственно, 80, 79 и 50%. Тем самым с точки зрения модернизации и техни­ческого перевооружения многих ключевых секторов хозяйства мы и к 2010 г. не приблизимся к тому, что происходит в развитых капиталистических странах уже в настоящее время.

Инвестиционная политика на перспективу не предполагает существенного изменения сложив­шихся у нас пропорций между производством ко­нечного и промежуточного продукта. Производство предметов труда — топлива, энергии, материалов, полуфабрикатов — и средств труда растет в СССР примерно параллельно, составляя, соответственно, 80 и 20% промышленной продукции.

В перспективе у нас предполагается сохранение высокого удельного веса в инвестициях и дальней­шее наращивание производства топливно-энерге­тических и материалопроизводящих отраслей.

В США пропорция между производством пред­метов и средств труда составляет 70 и 30%, причем в последнее десятилетие увеличение производства конечного продукта — машин, оборудования, по­требительских товаров — по существу, не сопро­вождалось ростом вовлечения в хозяйственный оборот важнейших видов природных ресурсов. Не ожидается в США и других развитых капиталисти­ческих странах сколь-либо существенного прирос­та производства и потребления топливно-энергети­ческих ресурсов, черных и цветных металлов и в период до 2010 г.

Без серьезных сдвигов в инвестиционной поли­тике в пользу интенсивных факторов экономичес­кого роста нам углубляющийся разрыв в фондо-, энерго- и материалоемкости общественного произ­водства не преодолеть.

Научно-технический прогресс и качество.

Возмож­ности ускорения НТП и повышения качества про­дукции будут зависеть от конкретных направлений государственной политики, с одной стороны, и пе­рестройки хозяйственного механизма — с другой.

Обновление основных фондов на новой техни­ческой основе, которое служит одновременно и ре­зультатом и предпосылкой НТП, идет в большин­стве отраслей народного хозяйства СССР пока еще недостаточно быстро для того, чтобы переломить тенденцию нашего прогрессирующего отставания по техническому уровню, производительности и на­дежности оборудования и приборов от США и дру­гих развитых капиталистических стран.

Узким местом в обеспечении экономически це­лесообразного обновления производственного ап­парата остается машиностроение. По большинству видов машин и оборудования существующий парк в 25—30 раз превышает объемы их годового выпус­ка машиностроением СССР.

В сложившихся условиях даже при последова­тельной и энергичной реализации курса на уско­ренное развитие машиностроения и повышение качества его продукции вряд ли можно ожидать быстрого ощутимого эффекта в плане техническо­го перевооружения других отраслей народного хозяйства и, соответственно, вывода выпускаемой ими продукции на уровень требований мирового научно-технического прогресса.

Между тем сами по себе возможности успеш­ной реализации указанного курса вызывают со­мнения. Очевидно, что эти возможности в ре­шающей степени будут зависеть от того, будет ли советское машиностроение выпускать технически передовую и совершенную продукцию. Однако по расходам на НИОКР в машиностроении мы сей­час заметно отстаем от развитых капиталистиче­ских стран. В США указанные расходы на про­тяжении последних 20 лет заметно (на 10—20%) превышают среднегодовые объемы капиталовло­жений. В машиностроении же СССР затраты на НИОКР в 1985 г. составляли лишь не более 10% объема капиталовложений, то есть были в 5— 10 раз ниже американских. Подобные пропорции планируются и на перспективу. Трудно предста­вить, как при подобном положении можно выйти на мировой уровень и обеспечить адекватное за­падным странам обновление продукции машино­строения.

В. Фалин

Приложение 9

Докладная записка В.М. Фалина М.С. Горбачеву.

14 апреля 1988 года

Уважаемый Михаил Сергеевич!

Ни о каком предмете, ни о какой истине нельзя высказаться полно, если не произнести о них два противоположных суждения. Так полагал человек неординарный по имени Гегель, которому многим обязана диалектика. Марксистская, добавлю, ибо возникли еще теологическая, вульгарная и другие разновидности диалектики, ставящие свои собст­венные задачи и цели.

Недавно мы с вами имели возможность лице­зреть пример контрастно разных подходов, казалось бы, в одном совместном деле. Кое-кто хотел даже постфактум уверить — в одном общем строю. По­звольте на сей счет собственный взгляд иметь и без излишней драматизации, ненужного сгущения кра­сок откровенно поделиться с Вами некоторыми мыслями.

«Искренность в политике, то есть в той области человеческих отношений, которая имеет дело не с единицами, а с миллионами, — отмечал В.И. Ле­нин, — искренность в политике есть вполне до­ступное проверке соответствие между словом и де­лом» (ПСС, т. 32, с. 259). Это верно особенно се­годня. Это безошибочный метод для оценки всего, что было вчера. Это безотказный критерий для вы­верки курса в день грядущий. Нет, не только кур­са, но каждого конкретного шага.

Начиная революцию в революции, мы четко по­нимали — работа предстоит адовая. Каждый, кто присягал перестройке сознательно и честно, брал на себя частицу ответственности за исторические без преувеличения решения, за сделанный беском­промиссный выбор. Да, в определенном смысле проверялись и проверяются моральные, политиче­ские и деловые качества каждого партийца. Кто и что стоит? Где глаза у него, на лбу или на затыл­ке? Насколько открыто его сердце заботам и боли ближнего? Вступил человек в партию, чтобы слу­жить народу или по карьерным, а может быть, хуже того — корыстным мотивам?

Заранее было ясно — не у всех достанет убеж­денности, выдержки и характера, чтобы твердо пройти отмеренную реалиями дистанцию. Немало, наверное, будет и впредь таких, кто отвернется от перестройки при столкновении его личных удобств с социальной справедливостью на практике. Еще долго будут давать себя знать въевшаяся привычка двигаться по наезженной колее, скверный обычай хвататься за административный рычаг, когда возни­кает дефицит права и аргументов, или самое затра­пезное малодушие, вызывающее дрожь в коленях в ожидании грозы и жгучее стремление обкорнать пе­рестройку, свести ее к перестановке слагаемых.