По описании кары Божией Седекии пророк опять возвращается к греху его, о котором ранее так много сказано. У древних, по отношению к врагам (каким был Навуходоносор для Иудеи) вообще нравственные обязанности не были так строги, как к друзьям. И если пророк такое значение придает неверности Седекии, то по особенным основаниям, о которых и говорит в 19 ст. т.о. в 18-21 ст. грех Седекии рассматривается с новой, увеличивающей его тягость, точки зрения: как нарушение клятвы именем Божиим. — "Дал руку свою", т. е. фараону. Договаривающиеся давали друг другу руку: Иер. L:15; Езд. X:19; Гал II:9 и др.

Неверность Седекии Навуходоносору была преступна тем, что сопровождалась нарушением клятвы, принесенной во имя Божие; благодаря этой клятве и союз Седекии с Навуходоносором был союзом (слав. "заветом") Божиим. За это оскорбление святейшего имени Иеговы Седекия и будет сурово наказан. Следовательно, "взгляд Иезекииля на грех Седекии более религиозный, чем этический" (Берт.).

Пока грех Седекии рассматривался по его отношению к Навуходоносору, этот последний изображался и мстителем (ст. 16). Теперь, когда этот грех рассматривается по отношению к Богу, сам Бог является и карателем. В ст. 16 предсказана Седекии смерть в Вавилоне; употребленный здесь образ — охотника — позволяет пророку вырисовать и взятие в плен Седекии. Второй половины стиха (от: "и приведу…") и начала 21. ст. нет во многих греч. кодексах.

Судьба войска Седекии, на которое он так надеялся. — "Беглецы". Таргун и Пешито, читая еврейское слово с перестановкой букв (вместо "миврахав" "мивхарав"), переводят "храбрые". Слав. одно и тоже слово переводит дважды в том и другом чтении: "и вси избегши его и вси иэбраннии" (дуплет). О беглецах дальше речь: "будут рассеяны"; посему чтение Таргума и Пешито оправдывается контекстом.

Несмотря на постигший Седекию и с ним весь дом Давидов удар, Бог не забыл своих обетований этому дому и возобновляет их здесь, пользуясь прежним иносказанием. Неудачной посадке; со стороны Навуходоносора низкой и незначительной виноградной лозы Бог противопоставляет имеющую быть в будущем Им произведенною посадку кедра на высокой горе, под которым явно разумеется Мессия (иудеи разумели Зоровавеля). — "С верхних побегов его оторву". Верхним побегом кедра в ст. 4 назван Иехония. Бог обещает в лице Мессии восстановить род Иехонии: Христос действительно из сыновей Иосии происходил по прямой линии от Иехонии. Ср. объясн. в I:4 "Иехония". — "Нежную (букв. "тощую") отрасль". Садить можно только молодую ветку. Указание на приниженное состояние дома Давидова (слав.: "сердца их оструж") и уничижение Христа. — "На высокой и величественной горе" — Сионе; ср. пророчество Ис. II:2, которое мог иметь в виду Иезекииль здесь. Кедр растет на горах; противоположность виноградной лозе ст. 5 и 6. — "Величественной", букв. "превознесенной", т. е. не от природы высокой, а вознесенной обстоятельствами. Блаж. Феодорит: "пригвожу ко кресту Христа на горе Голгофе".

"И принесет плод". Поэтическая вольность: кедр бесплодное дерево. — "Всякие птицы" — разные народы. Вселенскость царства Мессии; ср. Дан II:35; Мф. XIII:32.

"Дерева полевые" — языческие народы. — "Высокое дерево понижаю", "зеленеющее дерево иссушаю" — царство Седекии. "Низкое дерево", "сухое дерево" — Иехония и происходящий от него Мессия.

Представив в XVII гл. вероломство Сирии такою же причиною падения Иерусалима, какою было и все историческое прошлое Израиля (гл. XVI), пророк в XVIII гл. обосновывает эту мысль XVII гл. (как XV гл. обосновывает XVI) на строгой божественной правде, которая не может допустить, чтобы кто-либо страдал за чужие грехи, и, следовательно, чтобы нынешнее поколение евреев было наказано за прежние грехи Израиля. Ст. 1-4 составляют введение или тему: провозглашение нравственной свободы и ответственности каждого пред Богом — в связи с одной народной пословицей; в ст. 5-20 эта мысль разъясняется на трех примерах; в ст. 21-29 поясняется, что развиваемое начало личной нравственной вменяемости приложимо не ко всему прежнему поведению человека, а к его нравственному состоянию при наступлении суда Божия; ст. 30-32 — увещательное заключение.

"Отцы ели кислый виноград, а у детей на зубах оскомина". О такой же поговорке упоминает и пророка Иеремия (XXXI:29; ср. Плач V:7). Незрелый виноград и теперь в Сирии кушается в громадном количестве; (Делич, Hiob XV, 33). Оскомина является тотчас по вкушении кислых ягод и скоро проходит: поэтому является совершенно невозможным предположение, чтобы она передавалась от отцов детям (adductio ad absurdum). Между тем, по мнению тогдашних иудеев, выраженному в этой пословице, действия Иеговы, наказывающего их настоящими бедствиями Иудеи за грехи отцов, напоминает наследственную передачу оскомины. Легко догадаться, как могла возникнуть эта пословица, от которой веет сомнением в правде Божией и самопревозношением потомков над предками. Пословица имела для себя видимые основания и в Св. Писании: Бог говорит Моисею, что Он наказывает детей за вину отцов до третьего и четвертого рода (Исх. XX:5; Лев. XXVI:39, 40, но добавляя: "ненавидящих Меня", какое определение по грамматическому построению можно относить и к детям, и к отцам). И вот 3-й и 4-й род от нечестивого Манассии (Иоахаз, Иехония, Седекия — внуки и правнуки Манассии) караются. Даже Иосия, несмотря на свое благочестие, находит печальный конец в сражении у Мегиддо. И пророки возвещали, что за грехи Манассии Господь отвергнет от лица Своего Иуду (4 Цар. XXIV:3; Иер. XV:4); со времени Манассии, действительно, Иудее приходилось все хуже и хуже, несмотря на некоторые старания умилостивить Иегову (ср. Иер. ХLIV:18; XIV:20; XVIII:12).

"Живу Я" — клятва свидетельствует о важности предмета: дело идет о чести имени Божия. — "Не будут вперед говорить пословицу эту в Израиле". Бог убедит своими судами в правде Своего мироправления. Пророк Иеремия обещает уничтожение этой пословицы только в дни нового завета (XXXI:29, 31).

"Все души — Мои". Следовательно, Богу не представляется необходимости мстить на одном грехи другого: Он всегда может покарать грехи каждого и на самом виновнике их. "Самоценность души человеческой здесь выражена, как никогда ранее: каждая душа принадлежит Богу, т. е. Бог стоит к каждой душе в одинаковом отношении и относится к ней, как она относится к нему" (Берт.). — "Душа согрешающая, та умрет". См. обьясн. III:18. Смерть составляет противоположность той жизни, которая обещана праведнику в ст. 9 (см. там), следовательно, означает главным образом погибель в предстоящей катастрофе; и связанное с нею исключение из будущего мессианского царства. Здесь впервые в В. З. речь о душевной смерти, но под душою разумеется скорее вообще человек, живой человек.