Из воды вынырнула Айне и старательно брызнула на негодную девчонку. Та с испугу шарахнулась назад, пару раз перекувыркнувшись в воздухе, а затем сыпанула на обидчицу пучок ярких искорок.

– Чтоб тебе нектаром объесться! Чуть не утопила, противная великанша, – пожаловалась Лот ярлу и уселась ему на плечо, чувствуя себя под надежной защитой.

Аэлирне помимо своей воли улыбнулась.

– Мам, давай и ты перед ужином. Вода в самый раз!

Волшебница пожала плечами:

– А почему бы и нет, – и, совершенно непринужденно раздевшись, разбежалась и с визгом прыгнула в воду.

– Ого! Где ты только таких злобных красоток набрал? – буркнула Лот прямо в ухо ярлу.

– Завидуешь?

– Вот еще! – фыркнула негодница, отвернувшись и задрав свой носик от возмущения. Но через пару мигов уже заинтересованно обернулась. – Но эти сестры и правда симпатяшки. Особенно старшая. К тому же она на тебя так смотрит… Да и у тебя от ее взгляда сердечко постукивает. Ято чую. А, хозяин?

– Ох, Лот, не сглазь… К тому же не сестры, а мать и дочь.

– Ах, ну да, эти нахалки же из леани. Вечная весна и все такое. Значит, я угадала? – Внезапно взлетев, она стукнула и ярла по голове своей крохотной палочкой. Затем изобразила неприличный жест и умчалась в сторону дома.

Ярл собрался было рассердиться, но потом улыбнулся и тоже полез купаться.

В сумерках все трое подошли к дому. Ярл положил ладонь на металлическую пластину справа от входной двери, вделанную прямо в камень, постоял пару мигов. Затем предложил сделать то же и дамам. Во время их прикосновения неугомонная Лот стучала поверх женских рук по пластине своей волшебной палочкой, при этом чтото щебетала. Айне, а затем и Аэлирне почувствовали, что в доме чтото изменилось и он вроде бы улыбнулся им. Дружелюбно и тихо.

– Вот и все. Теперь он вас знает и под хвост перца не насыплет, – сказал ярл и открыл дверь. – Прошу.

– Как ты сказал, хозяин? – покатилась от хохота Лот, роняя искорки света. – Перца под хвост? Ой, не могу, это же надо быть таким садистом!

Ужин был накрыт на веранде. Под навесом светилась дюжина шариков, иногда налетал легкий нежный ветерок с ароматом сирени. Управительнице ярл предложил умерить воздушное хулиганство, так что прием пищи на свежем воздухе прошел без эксцессов. Сама Лот сидела на столе у чайного блюдечка и снимала прямо рукой крем с торта, которым ее одарила Аэлирне. Волшебница уже разобралась, что за заклинание наложила на нее несносная девчонка. Так, слабенькие любовные чары до утра. У ярла тоже полыхали щеки, когда он ненароком касался руки или одежды волшебницы. Про Айне, которой доставались эмоции с обеих сторон, и вовсе нечего говорить – алела, как маков цвет, да торопила всех.

Но Аэлирне – ох, мудрая волшебница! – предложила после ужина погулять по саду.

– Нагуляем аппетит. И не делай умоляющие глаза, дочь наша!

Вволю наслушавшись необычных, но чарующих песен цветочных эльфов и насмотревшись на их летучие танцы под светом луны, которая казалась почемуто вдвое больше, отправились спать.

В доме, где пахло вощеным деревом и свежим сеном, Лот распорядилась:

– Вам, леди Айне, сюда, – и указала на дверь. – А вам, голубки, постелено здесь, – кивнула на главную спальню и вдруг опрокинула на них сверху корзинку с лепестками роз. Впрочем, при росточке Лот корзинка казалась просто неподъемной.

Спустя какоето время к нетерпеливо целующейся парочке через все окна, открытые в сад, донесся возмущенный вопль Айне:

– Да погодите чуть! Дайте раздеться и лечь в кровать!

Утром сад цвел великолепным белым цветом. То, что вчера сладкие вишенки висели на каждой плодоножке, очевидно, не противоречило здешним законам природы. То, что попрежнему цвела сирень, тоже. Пчелы носились меж ветвей роем, иногда сами, иногда под присмотром порхающих цветочных эльфов. В раскрытое окно залетела Лот и уселась на грудь Аэлирне, как на великолепную мягкую подушку.

– Нахалка, – не открывая глаз, в блаженной полудреме мурлыкнула волшебница. Головка ее покоилась на плече ярла.

– А что, не понравилось? – беспечно хохотнула проказница.

– Теперь я понимаю, почему любовные чары запрещены во всех Мирах, – сладко потянулся ярл с закрытыми глазами. – Поспатьто нам так и не удалось.

– Да что вы? – до такой степени возмутилась Лот, что скатилась в ложбинку между холмиков и ей пришлось срочно взлететь. – К полуночи все должно было рассеяться!

– Глупышка, – Аэлирне лениво открыла один глаз, глянула на эльфочку и улыбнулась. – Мы ведь и так… А ты еще добавила. От такого и умереть можно.

– Ох, простите! Как я раскаиваюсь! – поклонилась Лот, но ни у кого не возникло ни малейших сомнений в ее неискренности.

– Негодяйка. – Ярл улыбнулся тоже. Привлек к себе Аэлирне и стал нежно целовать в нос, лоб, щеки. – А распорядиська, Лот, насчет завтрака.

– Через квадранс, а лучше два, – вмешалась Аэлирне, решительно подставив ярлу губки. – Улетай, бесстыдница. – Она уже потянулась к любимому всем своим прекрасным телом.

– А фиг вам. Сар! Летика, дорогой, сюда!

Спустя несколько мгновений на соседнюю подушку спикировала еще парочка любовников, только с маленькими блестящими крылышками.

Айне устроила себе послеобеденный сон и дремала в раскладном кресле прямо в саду, вся усыпанная лепестками цветов. Рядом, под соседним деревом, устроились ярл и Аэлирне, и ярл рисовал в воздухе длинные, разворачивающиеся цепочки заклинаний.

– Стоп. – Волшебница ткнула прелестным пальчиком в одну из цепочек. – В целом я поняла. Но если вот сюда, дорогой, добавить вот это…

Яркосиние строчки вплелись в рисунок. Ярл несколько мигов разглядывал результат, а затем тихо позвал:

– Лот!

С ветки слетели Лот и Сар, которые все это время хихикали и шушукались на дереве.

– Да, хозяин?

– Тут мэм предлагает изменить немного. Нука, не вертись… Готово.

Лот оглядела себя, махнула палочкой:

– Да ничего не изменилось!

– Жасмин и черемуха, – указал на нее Сар.

– Ой, точно! – принюхалась Лот.

– Да, сработало, – улыбнулась волшебница.

– А ты будешь меня любить? – Лот уже положила ручки на шею своему дружку.

– Еще больше и чаще! – И парочка с хохотом унеслась обратно на ветку.

Аэлирне вздохнула.

– Беззаботные, как дети.

– И счастливы, как бывают только дети, – серьезно заметил ярл. – Но вот я подумал: а не открыли ли мы один из секретов мэтра Рубини? Нука, мэм, что тут надо поменять, чтоб получилось кедр и лаванда?

Волшебница поменяла в рисунке несколько рун, проговорила ключевые места заклинания и коснулась себя. Красивое золотистое свечение охватило ее, но ярл вдруг отпрыгнул, как кот, зажимая нос.

Под соседним деревом сонно заворочалась Айне.

– Мам, ты разлила свои духи?

Волшебница сняла с себя заклинание, проверила еще раз надписи в воздухе, а затем ткнула пальцем в верхние строки, выписанные еще ярлом.

– Ага! Вот почему оно так вышло… Размеры тоже учесть надо.

Заменила одну руну здесь, другую там. Подумав, дописала коечто внизу.

– А это не лишнее? – усомнился ярл. – Такими эликсирами только в Веселых кварталах торговать – настоящее приворотное зелье.

Волшебница задумалась. Затем стерла коечто и медленно, тщательно подбирая руны, начала писать. Когда закончила, кивнула ярлу. Тот внимательно смотрел и разбирался, шевеля губами, затем втиснул в середину одну свою руну.

– Ого! – проговорили оба и глянули друг на друга с улыбкой.

Ярл покопался в воздухе.

– Куда ж я его засунул?.. Лот, смотайся в мою комнату, посмотри там «Справочник по Магии взаимодействия».

Лот кувырком свалилась с ветки в обнимку со своим дружком, и только в воздухе они разъединились. Подруга выпорхнула в окно второго этажа, а Сар шлепнулся на подставленную ладонь ярла и только очумело вертел головой.

– Не ушибся? – озабоченно спросила его волшебница.

Тот неуверенно взлетел.

– Хозяин, вас теперь наши девчонки замучают! К тому же – каждой свой аромат захочется. Да еще и каждый день разный.