– Да, Сэм. Я тебе уже ничего не должен.

– Не должен? Это еще как посмотреть! – воскликнул Сэм. – И именно поэтому я с тобой прощаюсь. Твое время вышло, парень!

С этими словами он быстро достал из-за спины пистолет, направил дуло прямо в голову Дики, и с нечеловеческим хохотом нажал на курок.

Эдик ехал за рулем своей старенькой «пятерки», которую он недавно купил на честным трудом заработанные деньги. Весь учебный год в университете он совмещал с работой охранником в магазине, который находился рядом с домом, что оказалось нелегким занятием и приходилось иногда жертвовать парами. Но парень знал, на что идет, когда устраивался на работу, у него была цель – купить автомобиль. И вот теперь эта цель достигнута. Машина, хоть и была старая-престарая, зато могла дать фору некоторым отечественным моделям. Эдик был вполне доволен, потому что знал, что это авто – не последнее в его жизни. Он, насвистывая песенку и ощущая себя счастливым, ехал к родителям.

Припарковав машину у подъезда девятиэтажного дома, в котором жили отец с матерью, он поднялся на нужный этаж и позвонил в дверь. Открыл отец.

– Здорово, папань!

– Привет, – удивленно пожал руку сыну худощавый мужчина.

– Что? Не ожидал? Да я ненадолго, мне кое-что нужно у вас.

– Заходи, заходи. Мы как раз ужинаем.

Эдик разулся, снял осеннюю курточку и прошел на кухню, поздоровался с ужинающей матерью и присел на табурет. Отец сел на свое место.

– Ну как твой автомобиль? – спросил мужчина. – Еще живой?

Мать в это время встала, чтобы наложить еду сыну.

– Папань, ну ты чего? Ездит, конечно! На первое время мне пойдет, – довольно улыбнулся Эдик.

– Ты нас когда покатаешь? – спросила мать, ставя полную тарелку плова перед ним.

– Да хоть сегодня!

– Ой, нет, сейчас сериал начнется, мы с отцом смотреть будем.

– Ну как хотите. Можно в выходные.

– Хорошо. Ты еще с девочкой той дружишь?

– С Иринкой, что ли? Мам, когда? Я разрываюсь между учебой и работой, еще в бассейн хожу в выходные, когда мне с девчонками встречаться? Но если честно, то я бы с ней хотел продолжить отношения, но она сама от меня ушла, сказала, что уделяю ей мало времени.

– Жалко мне тебя, – мать погладила Эдика по спине. Отец хмыкнул.

– Да ладно, все нормально.

– Ну смотри сам.

И семья принялась ужинать дальше.

– Мам, я собственно, почему заехал к вам. Помнишь, у меня строгий черный костюм был, покупали с тобой как-то?

– Да, помню.

– Мне он нужен.

– Надо поискать. Он где-то в шкафу висит. Давай поужинаем, да я найду.

– Хорошо, – улыбнулся сын. – Я вот только сомневаюсь, что он мне как раз. Я вроде поправился немного с того времени.

– Ой, поправился он! Такой же худой, как щепка, какой в школе был!

– Не правда!

– Правда, правда, – вставил свое слово отец. Он поел, открыл форточку, достал сигарету и закурил. – Мать, через пять минут сериал. Давай, доедай и пошли смотреть.

– Сейчас, сейчас.

Женщина собрала посуду со стола и составила в раковину, затем направилась в комнату. На пороге кухни обернулась.

– Эдик, – обратилась она к сыну, – знаешь что, посмотри сам. Костюм, наверное, висит в шкафу, который в прихожей стоит.

– Ладно, иди, смотри свой сериал. Я поищу.

Сходив в туалет, помыв руки в ванной, Эдик подошел к высокому шкафу-купе, отодвинул зеркальную створку и принялся искать то, что ему было нужно. Из шкафа запахло кожей, вещами и нафталином, отчего парень чихнул. Тут висели на плечиках различные пиджаки и брюки отца, материны платья и костюмы; юбки, штаны, легкие курточки. В глаза ему бросились его старые любимые, но уже протертые джинсы и Эдик вынул их из шкафа, полюбовался, прикинул на себя. Затем повесил обратно, убедившись, что они уже никуда не годны и не понимая, зачем мать хранит их на вешалке. Отодвигая одни плечики с вещами за другими, он все искал глазами костюм. Добравшись до самого дальнего угла шкафа, он увидел странную вещь. Замерев на мгновение от промелькнувшего неприятного ощущения, он все же неосознанно потянулся к ней и извлек наружу. По спине парня пробежал холодок. Костюм сиреневого цвета представлял собой двойку: пиджак и брюки. Пиджак, весь усыпанный блестками, имел широкие отвороты и четыре пуговицы в два ряда. Дрожащими руками Эдик оглядел костюм со всех сторон и попытался вспомнить, что же вызывало у него такие негативные ощущения, но нужное воспоминание никак не хотело всплывать в памяти.

Взяв костюм, он прошел в комнату, где родители смотрели телевизор, и подошел вплотную к дивану.

– Это чей?

– Это папин.

– О, где ты его нашел? – оживился отец. – Это мой костюмчик, старый, правда, сто лет уже его не надевал.

– Вряд ли ты его уже наденешь! Давай его на дачу отвезем или выбросим? – предложила мать.

– Можно и выкинуть, – согласился отец, – Одеть-то я его, конечно, не надену больше, мода уже не та. Правда, сын?

И тут Эдика озарило. Он вспомнил отчетливо все, что произошло тогда, в ту ночь. Перед его глазами всплыли мельчайшие подробности.

– Я тебе не сын, – зло сверкнул глазами Эдик, которого начала бить дрожь и захлестнула волна ненависти и злобы.

– Ну ладно, что ты вспоминаешь об этом, – недовольно проворчал отец. – Я ж тебя усыновил, воспитывал как сына. А ты?

Эдик уже не слышал его. Он направился в свою комнату, по пути забросив злополучный костюм в шкаф, и сел на кровать. Обхватил голову руками. Он вспомнил то, что забылось практически напрочь из поры детства, и страшная картина заново встала перед его глазами. Голова начала сильно болеть и он сжал ее руками, затем накрылся подушкой, но ничего не помогало. В ушах появился все нарастающий шум.

Эдик сидел в своей комнате за столом и рисовал что-то в альбоме акварелью. Его руки были по локоть измазаны краской и даже кончик носа приобрел зеленый цвет. Эти краски вместе с альбомом ему на десятилетие подарил отец, и вот теперь подарок пригодился. Чтобы скрасить свое одинокое пребывание в пустой квартире, он достал подарок, нашел кисточки, взял из кухни кружку и налил в нее воду из-под крана. Затем уселся за стол и начал рисовать.

Мальчик пришел из школы давно, часа в два, сейчас же было около десяти вечера. Родителей еще не было. Правда, вчера мама говорила ему, что они с папой пойдут в ресторан с коллегами по папиной работе отмечать день рождения начальника, поэтому Эдик не беспокоился и спокойно занимался своим делом. В комнате работал черно-белый телевизор, потому что пареньку было страшно сидеть одному в тишине пустой квартиры, хотя он не обращал на экран никакого внимания.

Раздался какой-то звук и мальчик прислушался, затем на его лице показалась улыбка. Он соскочил со своего места и побежал к входной двери, в замке которой ковыряли ключом. Дверь открылась и на пороге показались родители. Они были раскрасневшиеся и веселые.

– Эдик? Ты почему еще не спишь? – спросил строгим голосом отец, снимая дубленый тулуп, под которым на нем был сиреневый пиджак с блестками и такие же брюки.

– Я вас ждал! – звонко ответил мальчик и радостно улыбнулся, во все глаза смотря на родителей.

– Вот мы и пришли, – отец икнул, скинул обувь и прошел в свою комнату. – Теперь пора спать.

– Уроки сделал? – спросила мама, чуть не упав, снимая серое пальто с воротником из чернобурки.

– Да! Уже сделал! Почему вас не было так долго! Я соскучился! – обнял маму маленький Эдик.

Мать наклонилась к сыну и от нее пахнуло алкоголем.

– Фу, мама, от тебя воняет! – воскликнул сын и тут же получил оплеуху от подошедшего отца.

– За что?! – тоненько вскрикнул паренек, схватившись за голову.

– Не воняет, а пахнет! От родителей не может вонять, – нахмурился мужчина.

Эдик скривил губы, глянул на отца исподлобья, по его щекам покатились слезы. Он заплакал и убежал к себе в комнату.