– Ну что ты молчишь? – спросила осторожно Катя.

– А что мне сказать? Это на твоей совести, – буркнула в ответ подруга, покачивая коляску. – Сигареты есть? – нервно спросила она.

– Меня и так Бог наказал… Сигарет нет, я же не курю.

Обе девушки вздохнули, помолчали.

– Ты знаешь, я, кажется, поняла, почему Эдик уехал от вас.

– Почему? – ревниво спросила Маша.

– Когда я была у бабушки, она как-то обмолвилась, что теперь мой обидчик будет наказан. Я тогда внимания не придала этому, думала она имела в виду, что его Бог накажет или что-то в этом роде. А теперь понимаю, что к чему, – задумчиво проговорила Катя. – Это бабушкиных рук дело! – сказала она возбужденно. – Она же у меня заговорами всякими занимается!

– Да ты что? – окончательно растерялась Маша, не зная, что еще сказать.

– Да, точно! Вот когда это произошло?

– Что?

– Когда Эдик ушел от вас? Что произошло перед этим?

– Подожди… У меня слов просто нет. Объясни еще раз, пожалуйста!

– Маша, успокойся! Я знаю, что бабушка не со зла, она хотела помочь мне, но видимо переборщила. Я у нее узнаю, если это точно ее рук дело, я помогу тебе. Обязательно помогу!

– Ты серьезно? Думаешь, это заговор?

– Скорее всего, что да, – твердо произнесла Катя, одергивая свою цветастую юбку. – Вот вспомни, как получилось, что он ушел?

Маша тяжело задышала. Ей казалось, что все происходящее с ней – просто неприятный сон.

– Вообще-то я стала замечать, что не все в порядке, еще прошлой весной, где-то в марте. Уже тогда Эдик стал и говорить со мной по-другому, и в действиях это проскальзывало…, – начала припоминать девушка. – Еще до рождения Юльки. И потом он стал все время где-то пропадать, домой поздно приходить… В сентябре мы развелись. К тому времени он стал совсем другим человеком, – задумчиво вздохнула Маша. – А после я его не видела. Его родители сказали, что он уехал в Сочи и живет там с каким-то другом.

– Весной, значит? Вот как раз после того, как вы приезжали меня навестить в деревню.

– Ну да. Мы приезжали в феврале, а с Эдиком началось в марте.

– Вот видишь! Маша! Я постараюсь помочь тебе! Давай снова будем общаться, как и раньше?

– Хорошо, – сухо произнесла девушка, почувствовав слабость в теле. – Катя, ты извини, но мы домой поедем.

– Да. Я тебе позвоню, хорошо?

– Звони.

И девушки разошлись в разные стороны. Катя – радостная, что снова обрела подругу, а Маша – небывало расстроенная признанием и сбитая с толку.

Через неделю позвонила Катя и сообщила, что ее прогноз правильный. Девушка съездила в деревню, поговорила с бабушкой и та призналась, что она и впрямь сделала на Эдика заговор. Катя очень сильно ругалась, но бабушка была неумолима и твердила, что делала это только для своей любимой внучки.

Еще через день Катя зашла в гости к Маше, принеся с собой выписанный текст из бабушкиной колдовской книги.

– Слушай, – сказала она и начала читать.

«Заговор на отворот от девиц.

(берутся березовые дрова, собираются в лесу перья разных птиц, сушеный папоротник, волосы заговариваемого, его фотография, крысиные лапки, сердце ворона, все это смешивается в медном тазу, поджигается и читается заговор).

Как мне ты не достался,

Как с другою застречался,

Так разведу я огонь,

Разведу костер,

И повалит дым.

Белый дым, кудрявый дым,

Пойди мой дым по всему свету,

Упади на сердце рабу Божьему (имя),

Наведи на него тоску,

Чтоб с девками не засиживал,

Из женских рук еды не брал,

В девичьей постели не засыпал,

И про всех женщин навсегда забывал.

Как мышь бежит от кота,

Заяц от волка,

Всяк зверь от ружья,

Так чтоб и раб Божий (имя)

Бежал от девиц,

От алых губ, от белого лица,

От женского сердца! Аминь!

(Чтобы снять отворот, нужно собрать заново все исходные составляющие, но не сжигать, а завязать в узелок и сунуть в подушку тому человеку, чтобы он поспал на ней несколько ночей)».

Дочитав последние слова, Катя посмотрела на подругу. Лицо той ничего не выражало.

– Получается, что на нем отворот? От всех женщин?

– Получается, что так. Правда, заговор этот можно отменить, нужно лишь личное присутствие Эдуарда.

– Вот с этим проблема. Как же его вернуть сюда?

– Не знаю, – развела руками Катя.

Дики смотрел на Машу внимательно весь рассказ и ему становилось все горче и горче.

– Вот так, – закончила повествование его бывшая жена. На глазах ее блестели слезы.

– Вот сука, – еле выдавил парень. – А ведь я ее даже любил.

– Еще та сука! А ты помнишь, я тебе рассказывала про свой сон, как мне приснилась Катина бабка, что она тебе волосы отрезала и сожгла в печи? И как я тогда не догадалась, что сон-то – вещий, а только отмахнулась от него, как от обычного кошмара! – Девушка вздохнула, потом несмело погладила Дики по щеке. – И когда мы поехали навестить Катю в деревню, ведь все события, случавшиеся во время поездки, не предвещали ничего хорошего. Вспомни: сначала наша машина не хотела заводиться, потом колесо прокололось, затем камаз мимо промчался, чуть не сбив нас, и несчастный случай на дороге, когда сосной придавило иномарку. И мой сон, и эти события – все указывало на то, что нам не следует ехать в деревню. А мы? Мы проигнорировали знаки судьбы… Но ничего, все поправимо. Нам втроем, вместе с Катей нужно поехать к этой ведьме и снять с тебя всю гадость! И тогда мы снова, если захочешь, будем одной семьей, будем вместе воспитывать нашу Юльку. Хочешь так? Я очень этого хочу. Ведь все-таки я тебя еще люблю.

Маша, на лбу которой пролегла продольная складка, изучала его с надеждой, не шевелясь, а Дики молчал.

В его памяти всплыл образ Сергея, такого родного и любимого, его немного взлохмаченные волосы и непокорные вихры на затылке, его шрам над верхней губой.

Он поднял глаза на Машу, которую он еще недавно любил больше жизни, матери его дочки Юльки, девушку, которая до сих пор любит его и надеется возобновить семью.

Внезапно голова его заболела со страшной силой и он зажмурился и застонал. А голова болела все сильнее, ее будто сжимали тисками и он закричал, громко, вкладывая всю боль в крик. Последнее, что он видел – это полные испуга темно-зеленые глаза Маши, склонившейся над ним.

Наступил мрак.

Вадик, Вадька! Ты меня слышишь? Славный молодой шофер из северного городка! Помнишь меня? Ты подвозил меня до вокзала и попутно рассказал историю про своего сына, у которого умер приемный отец.

Вадик, Вадька! Парень ты хороший, я это сразу понял. Есть в тебе прочный стержень, который называется характером. Ты не испорчен этим агрессивным и злым миром, но ты и не слабак, каким можешь показаться на первый взгляд. Ты не стараешься казаться тем, кем не являешься на самом деле. Ты работящий, не ленивый и из тебя выйдет толк. Ты не стараешься подчинить себе тех, кто слабее, но и не подчинишься сам. Ты честен перед всеми и в первую очередь перед самим собой. Ты ответственный и не будешь изворачиваться и уклоняться от обязательств. И мне очень бы хотелось, чтобы таких людей как ты стало больше, ведь ты – настоящий! И ты обязательно должен сам воспитывать своего сына. Делай что хочешь, хоть женись на Надьке, матери твоего сына, но будь ему отцом!

Воспитывай его, как полагается, расти из него настоящего мужчину, пусть он с твоей помощью станет достойным человеком.

Пусть твой сын видит в тебе пример для подражания, а ты дай ему самую лучшую жизнь.

Пусть мальчишка с тобой не знает горестей и бед, будь ему надежной защитой и опорой, не обижай и не разочаровывай его, ведь дети – цветы жизни! Они не выбирают родителей, но ты – хороший парень.

Вадька, ты будешь отличным отцом! И сын твой будет хорошим…