— Зато как я пожила! Но меня, признаюсь, удивило, что всё так быстро рухнуло. Остался лишь громила наш этот зелёный, да пернатые муж с женой, которые Вас встречали. Остальные даже на звонки не отвечают. Я хочу уехать, легко найду, куда перевести активы, только вот у Виталика «идея фикс» эти поиски. Кстати, а как насчёт мести? Вам-то это зачем?

— Безразличие и хладнокровие — разные вещи. Смерь кого-либо из моего окружения я не оставлю безнаказанной. И дело не в амбициях. А в адекватном ответе на чужую агрессивность.

Но дело было не только в этом. Госпожа Рябинова понимала это не хуже Фара, но он не захотел делиться с ней своими соображениями. Тот, кто это сделал, обладает опасным ресурсом, если смог так легко устранить две самые крупные фигуры в теневом бизнесе города. Желая того, или нет, он спровоцировал передел власти. Все, кому плохо жилось при Эдберге, теперь повылезают из своих нор и будут стремиться занять это свято место, которое, как известно, если и бывает вакантно, то на очень короткий срок. И хорошо если этот талантливый робототехник прорубает с помощью Амат себе дорогу к славе. Тогда хаос, который он создал, снова сменится таким же мерзким порядочком, только с новым лицом во главе. А вот если ему нужен хаос… Хаос можно пускать людям в глаза, как ту пыль. Народ будет охать над громкими убийствами, обсуждать кровавые разборки и не замечать, что готовится за их спинами. Так что важно было не «Кто?». А «Зачем?». И в свете задания капитана Арафаилова — архиважно.

Пока львица спрашивала о мести, ворона принесла кофе и коньяк. Фар не любил не то, ни другое, но от кофе отказываться не стал.

— У Вас правильное представление о возмездии, — сделала вывод хозяйка дома. — Вы поступили благородно, не пристрелив моих олухов после их выходки, но позвольте ещё одну просьбу: когда будете вместе работать, объясните это моему сыну. От своего представления о возмездии он начинает слепнуть.

Немного позже приехали Виталий и Димон. Мать, как и положено мудрой хранительнице бандитского очага, удалилась по своим делам. Хотя Фару она показалась далеко не слабой женщиной. У него даже появились подозрения, что самка с таким характером и мировоззрением могла быть как минимум косвенно причастна к этим убийствам. Теорию стоило проверить, но делиться ей со своими волею судьбы присланными помощниками он не стал. Для обсуждения дел они устроились в гостиной, лев и рогатая рептилия налегли на коньяк. Свою неуёмную энергию они потратили на не менее глупые дела, чем стрельба из промышленного лазера — искали Иуду. Убили несколько бойцов из людей покойного Эдберга, ловили сбежавших, угрожали и занимались прочей кипучей пацанской деятельностью. Действия капитана Арафаилова тоже были не сильно продуктивны. Он затягивал с выбором нового дела и, пользуюсь хорошим отношением Камолина, узнал обрывки информации по делу. Группа просматривала записи с камер наблюдения и определила круг возможных подозреваемых из тех, кто крутился рядом с домом Себека последние дни. Был составлен маршрут движения робота: сначала он открыто перемещался, пока не зашёл в переулок, из которого не вышел, затем возник у дома Эдберга и исчез в системе канализации. Отдел Координации совместно с коммунальными службами предоставил планы и схемы, и организовывал группы для прочёсывания тоннелей. После того, как Виталик и Димон, хлопая глазами, выслушали вводный курс криминалистики и основы принципа «Cui prodest?», был разработан план. Парни должны были искать всех, кого Эдберг-старший когда-либо обидел, а Фар сосредоточиться на возможных свидетелях. Но сначала им всем предстояло завершить одно не слишком приятное дело.

Себека сжигали сразу за Эдбергом. На первую церемонию Абдельджаффар не пошёл и подъехал к низкому зданию крематория, отделанному чёрным мрамором, когда львиная семья уже уехала. Народа у гроба удельного князя, по-видимому, было не так много, как предполагала его жена. Пока Фар парковал мотоцикл, следом за другой, поднялась в воздух блестящая элашка. С крыльца спустилась стройная женщина лет пятидесяти в чёрном с золотом полумундире ССБ — начальница Отдела Кадров. Садясь в служебный джип, она с любопытством посмотрела на капитана, из окна выглянул ещё один мутант эсэсбешник, которого Ящер не узнал. Больше у входа не было никакого транспорта. Старого крокодила пришёл провожать один Фар.

Стены полутёмного зала были увиты искусственным виноградником с большими сиреневыми пластиковыми ягодами, покрытыми пылью. У резных ворот печки стоял на ленте тяжелый гроб. Фар грустно улыбнулся. Даже здесь Себек остался верен себе — гроб был выполнен в виде покрытого позолотой саркофага древних фараонов. Фару странно было видеть крокодила в коричневым, с жёлтыми вставками, костюме, а не в вечном шёлковом халате. Он лежал, как живой, лишь чешуя на грузной морде слегка посерела. Похороны организовал муниципалитет, а также, небезызвестный Ящеру, некий Магомед Ибрагимович из столицы. Помимо Фара, в зале присутствовали два молодых человека — рыжий с бородкой священник Церкви Совершенства и работница крематория в чёрном костюме и рубашке. Первый, одетый в серую, с узорной вышивкой, рясу, стоял у гроба и монотонно бубнил о том, что энергия жизни не исчезает, а лишь переходит из одной формы в другую и что всё сложное рано или поздно распадается на простейшее. Ящер не слушал. Он размышлял о том, как уютно было у Себека дома, каким интересным становился мир в его рассказах. И о том нехорошем блеске в жёлтых глазах, который не давал поверить в образ увлечённого старика. И о тайнах, которые Фар не успел узнать, и о прошлых его делах, от которых тащило запахом грязных финансовых интриг. Девушка печальным голосом начала зачитывать скорбные послания:

— Господин Хепру передаёт свои соболезнования, господа…

— Извините, но я не родственник, — остановил её Фар. А больше слушать было некому.

— Да? — удивилась она. — А вы так похожи…

Подобная тупость бесила Ящера всю его жизнь. Действительно, чем рептилоид отличается от рептилоида? И ничего, что имея примитивные знания о биологии, спутать два уж совсем разных вида рептилии было трудно. Просто, зачем заморачиваться? А вот Фар почему-то никогда не мог перепутать одного человека с другим. И дело тут в элементарном уважении к чужой личности, даже если в голову этой самой личности намереваешься послать пулю.

Когда два вошедших работника закрывали гроб, глупая мадмуазель покинула зал, и Фар подавил мимолётную вспышку ярости. На крышке саркофага была изображена голова крокодила в египетском убранстве. Почти такая же, как на роботе, убившем Себека. Абдельджаффар уходил из зала, когда лента погружала блестящий позолотой гроб в огненную пасть печи.

Остатки полуэмоции, которая для Ящера играла роль скорби, быстро улетучились в водовороте забот. Новому расследованию капитан уделял не слишком много внимания, хотя обстоятельства дела явно указывали на Промзону и её обитателей. В городе частенько находили трупы с изъятыми внутренними органами. Это были тела погибших в драках или от несчастных случаев, и то, что какие-то деятели решили обогатиться на чёрном рынке за счёт покойных, не побеспокоило ССБ. Но позже произошло два жестоких убийства. Жертвам вкалывались парализующие вещества и у ещё живых удалялись необходимые для продажи органы. Это вернуло Фара к мыслям об экспериментах над людьми и мутантами, и он начал искать след, составляя список мелких клиник для объезда и граждан, совершавших преступления в медицинской сфере для допроса. Но всем этим он занимался в свободное от основной деятельности время.

Целыми днями он торчал в Управлении, наблюдая за свидетелями, вызываемыми Лизесс для допроса. Сначала это были соседи. Запуганный толстый мутант хомяк, ожидая пред дверью кабинета, сильно потел и вонял, худая молодая женщина со светлыми волосами долго возмущалась и козыряла знакомыми в региональном центре. Пара суетливых маленьких жуков монотонными голосами ретрансляторов обсуждали, сколько нужно предложить кредитов, что бы от них отвязались. Фар не сомневался, что мадам ихтиоид неплохо набьет карман за счёт этих панцирных дурней, но её срочно вызвали к Камолину, работающему на улице. С поисками в подземных коммуникациях начались проблемы. Ящер вроде как проезжал мимо и не стал подходить близко. Он заметил только несколько почерневших трупов работников коммунальных служб, из которых и были составлены поисковые группы. Тела быстро вытащили из канализации и погрузили в белый броневик медслужбы. К вечеру по Управлению гуляли слухи о каких-то ядовитых мутантах.