- То есть ты всё же угрожаешь? - маг откинулся на спинку стула, соединив ладони домиком.

  Он странно успокоился, да и личико его разгладилось.

  - Повторяю ещё раз... я сделаю то, что обещано. Можешь считать это угрозой, а можешь и не считать. Но в отличие от многих магов, я всегда держу слово.

  Маг покивал, рассматривая меня с выражением 'ну-ну, пой, ласточка, пой...'. Дожидаться завершения дурацкого разговора я не стала, коротко поклонилась и вышла вон. Понимаю, что поступила дерзко донельзя, но длить бесполезный разговор - это значит сказать или сделать лишнее. Незнакомому молодому человеку почти удалось вывести меня из себя. Шагая по коридору, размышляла о разном. И хорошо, что далее поварских отсеков мой собеседник не пошёл. Если явиться пред ясны очи кухонных тёток с 'парадного' входа, то меня не поймут - на фоне случившегося с любимым поваром господина Иснора. Словом, поесть не дадут, не стоит и пытаться. Поэтому возьмём сами. Я аккуратно просочилась в подсобное помещение и потянула с полки 'для слуг' свежую лепёшку, спрятала её под накидку и тихо удалилась, умудрившись никого не встретить. Пропустить обед не страшно, а к вечерней еде меня ждёт златокузнец.

  Но на обратном пути всё же заглянула на кухню, повариха расстроена, вон как слёзы смахивает, а поварята с ног сбиваются. Что же тут произошло? Поймала за рукав мальчишку, рывком выдернула его в коридорную нишу и не сходя с места, узнала неприятные новости. Итак, имеем ещё одну стерву в нутавском исполнении! Мадам, супруга господина Ревайни, прибыла навестить деточек и не нашла нашего мага в имении, обозлилась, отхлестала по щёкам свою горничную Ариту, и теперь девчонка плачет-убивается... Далее мадам сделала выговор поварихе за недожаренное мясо, а какое оно недожаренное, неправда это, все слуги старались, а госпожа Найдери придралась. Теперь пока не уедет, будет всех наказывать и командовать, как у себя дома, вот напасть же, и каждый раз такое, нет бы сидела дома да вышивала, так нет же, катается по округе, словно ей дома г... намазано. Я отпустила мальчишку, сунув ему в карманчик медную монетку.

  О маге, оставленном в тесном кухонном отнорке, я постаралась не думать. Слишком много неизвестных в этом уравнении, чтобы начинать переживать сходу. Господину Иснору я расскажу свою версию событий, то есть изложу чистую правду. Закопать, может, и не закопают, но некоторые неприятности мне гарантированы. Но всё это будет потом, а сейчас я размашисто шагала по недавно выпавшему снегу и грела за пазухой вкусный хлеб.

  Правда, шагала с оглядкой, ибо поместье жило собственной, давно налаженной жизнью. У колодца суетились конюхи, наполняя кожаные вёдра водой, полуголые юнцы скакали, как заведённые, по здешней полосе препятствий, разнообразно одетые личности прибывали, равно как и убывали, 'конно и пеше'. С полчаса я с интересом наблюдала за броуновским движением главного двора, пользуясь густой тенью стены добротного вспомогательного здания неподалёку от главного дома. И отметила некую общность формы одежды. Мальчишки, числом трое, одетые в кафтаны, как с чужого плеча, принимали у визитёров лошадей, которых в свою очередь, принимали конюхи, одетые с ног до головы в серую спецовку. Домашние слуги тоже одеты единообразно в блекло-голубое, исключая разве что полуголых пацанят на полосе препятствий.

  Х-х-олодно сегодня и ветрено. Короткими перебежками я сместилась в сторону от главного двора и укрылась меж двух сараев с северной стороны, грея руки подмышками и дожидаясь, чтобы троица добротно одетых мальчишек миновала моё направление. Они его благополучно прошли, болтая на незнакомом языке и ехидно посмеиваясь. Не иначе, сии деточки замышляют 'невинную' шалость. Я осторожно выглянула из-за сарая, запоминая моторику, после чего продолжила путь к своему домику.

  Первый облом меня ждал по прибытии в жилище - входная дверь оказалась запертой. Приехали. Придётся искать моего чичероне, а затем его матушку, способную (если верить Алвиру) настучать по башке любому обитателю поместья. Госпожа Виска отыскалась подле обширных кладовых, но скажу честно, подходить к ней сразу я остереглась.

  Почтенная матрона пылала праведным гневом и костерила на все лады нерадивых слуг господина Иснора, не отследивших нашествие крыс на сырный подвал. Следуя за ней в приличном отдалении, я проскользнула в её складскую вотчину и побрела вдоль длинного коридора, заглядывая во все проходы.

  - Госпожа Виска!

  Старуха вздрогнула и взялась за сердце.

  - Детка, ну что ж ты так кричишь? Я чуть не померла со страху.

  - Ой, прошу прощения! - я потёрла замёрзшие руки, - но я не могу попасть в домик. Его заперли.

  - Да? Это помощница моя закрыла, наверное. Ничего, поможем твоей печали. Сейчас найдём Алвира и сделаем тебе ключик.

  - А разве Алвир кузнец?

  Старуха рассмеялась, колыхаясь всем телом.

  - Да что ты, Экрима, просто он у нас по части мелких работ, знаешь ли... ключик изготовить, прибить что-либо. А так-то он с мастером Греном занимается.

  Я покивала, да пусть хоть с чёртом занимается, надоело мне мёрзнуть на улице... Водворившись в своей комнатушке, спрятала ключик в карман от греха, усадила Алвира напротив света и начала рисовать его портрет, ибо до ужина ещё дожить надо. Через пару часов, узнав, что обед мне не приносили, мой извертевшийся натурщик мухой слетал на кухню, притащил нам обоим перекус в виде копчёного сыра с хлебом. И застыл за моим плечом, созерцая собственное изображение.

  - Похож?

  Малец с недоверием уставился на собственное личико.

  - А разве это я?

  - Конечно, ты.

  - И вихор у меня так и торчит?

  - Именно, а ещё нет глазного зуба.

  - Ну да, выбили недавно.

  - В драке?

  - Угу, я со светлейшим Асмином подрался.

  - Кто такой этот Асмин?

  - Сын господина Ревайни.

  - Старший?

  - Угу. А знаешь, Экрима, я тут на отца очень похож.

  - То есть зуб тебе маги не вырастили?

  - Сказали, что ушибы вылечат, а зуб нет. Чтобы не задирал господского сына.

  - А ты его задирал?

  - Он сестрёнку мою обижал, - насупился малец.

  - Ну и правильно ты ему врезал, бей всегда по зубам, крови много, шуму много, да и противник теряется. А лучше пробить резко в печень, сразу спазм и, не исключено, смерть.

  - Ты что! Меня бы казнили сразу.

  - Это да... - протянула я, растушёвывая фон, - держи свой портрет. Время ужина скоро, а мне ещё надо мастера Йонгуста найти.

  - Так он, наверное, в своей мастерской ужинает.

  - Ну да, он меня к ужину и звал. Пошли?

  Мальчишка сложил листок вдвое.

  - Я тебе короткую дорогу покажу, чтобы не ходить мимо тренировочной площадки.

  - А что, пристанут?

  - Им разрешено тренироваться на всех проходящих мимо.

  То ли идиоты, то ли просто недоучки, вздохнула я. Какие могут быть тренировки с непрофессионалами? На фоне сказанного короткий путь меня очень даже устроит. Неохота связываться с дурными тинейджерами, дури мне и своей хватает.

  ... Мастер Йонгуст отдыхал в своём кабинете у заставленного тарелками стола. Уютно сидевший старик, сложил руки на животе и похоже, дремал в кресле с открытыми глазами.

  - Доброго вечера вам, мастер Йонгуст.

  Старик встрепенулся:

  - Проходи, девочка, садись. Мне доложили, что ты не обедала. Почему?

  - Увлеклась рисованием, мастер. Извините. И сделала много набросков украшений.

  - Рисунки с тобой?

  - Да! Посмотрите сейчас?

  - Сначала ужин, дитя, я жду ещё одного сотрапезника. А вот и он.

  Дверь медленно растворилась. Ага, пожаловал наш хозяин, и сегодня он вовсе не выглядит голодным некромантом, выползшим из развороченной могилы. Седые волосы собраны в высокий хвост на затылке, внимательные глаза сощурены, маленькие уши плотно прижаты к черепу, острые черты лица смотрятся вполне гармонично, а одежда сидит даже щегольски. В хорошем освещении такое костистое лицо может выглядеть красивым и уж породистым точно. А ведь откуда взяться породе-то? Господин Иснор из простой семьи и выслужил всего лишь личное дворянство. Сейчас все сорок с небольшим лет присутствуют на его лице, как присутствуют и в общем облике сухой, поджарой фигуры.