- Погоди-ка.

  Повинуясь приказу, какая-то тетка закутала нас с Тархом старенькой шалью, и я снова шагнула против ветра. Второй стражник стремительно подхватил меня на руки и ломанулся бегом сквозь метель. На ноги меня поставили пред грозные очи хозяина поместья. Впрочем, сегодня очи у него не слишком-то и грозные, скорее, усталые.

  Тарх завозился под шалью, и пришлось ослабить хватку. С меня размотали этот ужасный платок, после чего господин Иснор жестом разрешил занять табурет, что я и проделала, предварительно отдав поклон.

  Хозяин кабинета молчал. Молчала и я, разглядывая сидящего по правую руку пацана - того самого стрелка, пострадавшего от рук злобной ведьмы. Это подросток и годочков ему пятнадцать-шестнадцать, длинные волосы собраны в воинский хвост на затылке и перевязаны лентой явно фамильных цветов - есть тут такая фишка у господ, чьи предки не из простых свиней свиньи. Вон и порезы видны на смазливой морде, небось, бриться уже пытается, да и одежонка не из бедных, как и вооружение. Валентом его зовут, если я правильно запомнила. И никаких ожогов на сопляке, позвольте вам доложить, зато смотрит он на меня совершенно змеиными глазами... ну, еще бы!

  Тарх снова пошевелился, и по знаку мага его принял на рукавицу тот самый стражник, что нес 'бедную зареванную девочку'.

  - Говори, Валент, - кивнул хозяин кабинета.

  Тут я много интересного узнала. Бедный мальчик ехал себе и ехал, никого не трогал, кстати. А потом всего лишь решил сбить стрелой странную птицу, подозрительно крутившуюся над поместьем уважаемого господина Иснора, куда благородный папенька этого засранца отправил чадушко поучиться воинской науке. А тут навстречу злая девка, ведьма она, мой господин, не иначе. Меня, благородного господина из рода Дейниз, сначала выбросила из седла неведомая и злая сила, а затем та же сила обожгла здесь, здесь и здесь. Эта девка всему виной! А врезавший ему по морде простолюдин будет показательно казнен на глазах у этой твари, посмевшей колдовать супротив отпрыска благородного рода. А сама тварь, которая тут никто и звать ее никак, еще пожалеет, что родилась на свет, пусть она и сто раз ведьма.

  - Это все? - маг искоса взглянул на докладчика.

  - А разве нужно что-то еще кроме слова благородного господина!? - юнец вскочил с места, - вы должны скомандовать страже...

  Зря он это сделал. Стражник, стоявший позади мальчишки, всего лишь нажал на плечо сопляку. Малец взвыл и рухнул на сиденье.

  - В следующий раз подумай прежде, чем требовать невозможного, - обронил маг, - говори, Экрима.

  Я взглянула на пацана в упор. А руку ему, похоже, хорошо отсушили, вон как растирает предплечье и разве только не шипит от боли - это, наверное, стражник на ключицу нажал особым образом.

   Я прикрыла глаза, мысленно благословляя собственное неуемное любопытство, позволившее мне подготовить аргументы "за" и "против" всего за пару-тройку минут. И слава всем богам этого мира, что госпожа Натиа охотно рассказала о некоторых заскоках господ из царствующей фамилии, там хватало и чудаков, и откровенных придурков. Но все это лирика, а главное в том, что правыми оказываются господа из КГБ и гестапо, уверявшие своих агентов в том, что бесполезной информации не бывает. Конечно, мои аргументы "за" не то, чтобы слабые... правда, и сильными их никак не назовешь, но попробовать-то стоит?

  - Да будет тебе известно, незнакомец, в этом поместье право казнить и миловать принадлежит только одному человеку, если ты еще не понял. Господин Иснор, разрешите напомнить самонадеянному юноше, что на фамильном гербе венценосного рода повелителя нашей страны изображен беркут. Печально сознавать, что в благородных семьях пренебрегают изучением законов родного государства. Направляя своего сына на учебу, его высокорожденный отец не счел необходимым познакомить отпрыска с основными законами государства Нутава. Иначе бы этот обвинитель знал, что охота на беркутов запрещена еще сто десять лет назад прадедом нынешнего монарха. Неосторожному стрелку следовало бы помнить, что закон предусматривает четвертование для простолюдина, убившего беркута, а также предусматривает отсечение головы для благородного господина, нарушившего закон... при наличии свидетелей. Следует ли мне напомнить благородному господину, что количество свидетелей его преступления было явно... больше единицы?

  Иснор перевел взгляд на мальчишку.

  - Что скажешь, благородный Валент?

  - Я не обязан отвечать на домыслы этой...

  Иснор кивнул кому-то за моей спиной и пацан закрыл рот, а невидимый мне порученец подал хозяину кабинета толстую книгу. Иснор аккуратно пролистал фолиант до нужного места и снова кивнул помощнику. Тот положил книгу пред мальчишкой.

  - Читай вслух, - приказал маг.

  Мальчишка взвился на ноги.

  - Я не понимаю, что здесь происходит! Я уже имел честь вам сказать, что эта девка...

  На этот раз стражник не стал усаживать мальчишку силой, он аккуратно ткнул его в солнечное сплетение.

  - Мои приказы обсуждению не подлежат, - обронил маг, разглядывая собственные ногти.

  А порученец мягко вставил еще одну фразу.

  - Вместо того, чтобы отдыхать, а за стенами дома уже поздняя ночь, если ты не заметил, мальчик... Так вот, вместо отдыха господин Иснор пытается донести до твоего крошечного мозга важные сведения... с помощью этой, как ты выразился, девки.

  Мальчишка сипел, пытаясь отдышаться, что ему и удалось в скором времени, а порученец продолжил:

  - Ты, ошибка собственных родителей, подстрелил беркута, подаренного монарху князем Варга. А теперь постарайся представить сколько времени понадобится его величеству, чтобы утвердить приговор неудачнику, посягнувшему на его тотем. Эта девка, как ты удачно выразился, благополучно спасла птицу, а заодно и никчемную жизнь наследника благородного рода Дейниз. Осознал?

  Валент побледнел, как стенка. В жизни не видела, чтобы краски так стремительно покидали человеческое лицо. Видимо, здешний король не особенно затрудняется выяснять, насколько благородна голова идиота, казнимого по его приговору. Как говаривал мой далекий сын, наконец-то сопляк осознал, что ему вышак ломится.

  Маг удостоверился, что мальчишка проникся и лениво промолвил:

  - Читай, я сказал!

  Пацан похоронным тоном зачитал вслух затейливо составленный закон, а затем так же вслух зачитал письмецо собственного отца, который отдавал все права, в том числе и родительские, господину Иснору сроком на пять лет.

  - Для начала получишь шесть плетей.

  Пацан открыл было рот.

  - Десять плетей, - поправился маг, - а если откроешь рот еще раз, я удвою наказание. Лодрик, исполнишь сказанное, сдашь юнца его непосредственному начальнику и вернешься сюда с теплым плащом для девочки. Все свободны, кроме Экримы.

  Я приняла на рукавицу потяжелевшую птицу, Тарх мирно дремал, скованный чарами.

  - Экрима, - маг вздохнул, - у тебя просто талант отыскивать неприятности на свою голову.

  Поскольку это не было вопросом, я на всякий случай повесила повинную голову ниже плеч.

  - Как ты вообще там оказалась, у ворот?

  - Меня господин целитель вызывал, - пробурчала я.

  - И?

  - Я шла домой, а тут Тарх...

  - Я о целителе спрашиваю.

  - Он сказал, что у меня врожденный порок сердца. Завтра... то есть уже сегодня утром он будет меня лечить.

  - Снадобье выпила?

  - Не успела, господин Иснор.

  - Глотай при мне.

  Я мужественно давилась непонятным и очень противным эликсиром, пока сжалившийся стражник не подал мне воды. Маг жестом выслал меня вон, я подхватила поудобнее беркута и буквально выпала за дверь. Стражник привычно придержал меня за плечо, затем закутал нас с Тархом плащом и скоренько проводил до моего нынешнего обиталища, предупредив, что рано утром явится за мной лично.

  Полночи меня колотило адреналиновым откатом, а потом и проклятое зелье не давало уснуть. Оно бурлило и квакало в кишках так, что безмятежно дрыхнувший птиц просыпался всякий раз, как у меня рычало в животе. Пресловутая 'очистка' прошла на ура и рано утром меня и Тарха сопроводили в лекарню, после чего беркута расколдовали и отпустили размять крылья. Я сама следила, как он взмыл в серое от снегопада небо. Прощай покуда, дружище.