Пришли две рабыни и устроил все для ужина, который оказался обильным.

Следующим гостем был римлянин. На переложение сесть он ответил благодарностью, не отказался от вина и сам смешал его. Юстиниан, как она, понимал, что их могут подслушать, поэтому сидели они близко и говорили не громко.

- Сестра сообщила мне, что тебя взяли под стражу. Каково же мое недоумение, что тебя заточили здесь. Что от тебя нужно диойкету?

- Я уверена, ты знаешь его цель.

- Елена, я всегда говорил о тебе, что ты редкая женщина. Мы хорошо понимаем друг друга. Я это понял с первой встречи.

- Мы мало знакомы и мало общались, но ты прав. Однако, твой интерес ко мне странен.

- Доверься мне. Если ты сообщишь мне где Пелий, ему тут же в защиту будет предоставлено сорок лучших воинов.

- Юноша будет вечно обязан тебе и поможет в игре Рима против фараона, - перейдя на тихий шепот, склоняясь к Юстиниану, сказала Эл.

Юстиниан не скрыл восхищения. Он вообще отличался восторженными реакциями, показные жесты были манерой его поведения. Такая прямолинейность в первые мгновения смутила и чуть напугала его, но он нашел, что возразить.

- Ты не веришь, что я могу помочь этому юноше из дружеских чувств?

Она снова доверительно склонилась.

- Не верю.

- У тебя нет ни связей, ни покровителей в этом городе. Если б не Пталимарх, мы бы не узнали, где ты поселилась. А потом твои близкие скрылись. А ты допустила арест. И старейшина македонской общины пришел защитить тебя, а у ворот уже толпятся недовольные поступком диойкета. Самого диойкета! Елена, да кто ты? Жрецы пустили тебя в библиотеку и отнеслись к тебе так, как не ко всякому уважаемому философу. Во истину - ты явление на горизонте моей жизни! Неужели верно, что бывают столь одаренные покровительством богов и силой люди? И женщина при этом. Невиданно.

- Ты тратишь силы на восхищение мною. Я из тех, на кого лесть не действует.

- Женщины любят лесть.

- Я не из их числа. Говори, что тебе от меня нужно? Что ты хотел мне предложить? Я бы предложила откровенность в обмен на откровенность, но опасаюсь, что ты не будешь честен.

- Ты не представляешь, как мало людей в моем круге, кто готов говорить так искренне.

Этот неутомимый льстец сам был фигурой впечатляющей. Играющий бликами пафоса и окутанный флером интриг, пропитанный лицемерием и готовый говорить что угодно ради цели. Она на минуту пожалела, что это был сам Юстиниан, а не марионетка в руках ее соперника.

- У меня есть сделка для тебя, раз ты этого жаждешь, - сказала она.

- Ты тоже решила меня прельстить? Елена, я все равно найду юношу, но боюсь не успеть придти к нему на помощь, шпионы его дяди могут опередить нас. Ты исчезла из города и скоро возвратилась, значит, он где-то недалеко. Пока диойкет пытает его конюха, я могу еще опередить его.

- Отсутствие Пелия рушит планы всех, кто желал или не желал смуты в этом городе.

Она сделала паузу, прищурила глаза. Потом поднялась и сделал так, чтобы ближний светильник горел сильнее. Собеседник был взволнован, не смотрел на нее.

- Жена диойкета взяла меня под свою защиту, я рассказала ей правду. Сейчас она уже наверное поведала царице о заговоре и о том, что Пелий невиновен. Статуи сами не ходят.

Эл представила, что у Юстиниана отливает кровь от лица, в этом свете не увидишь, но сердце у него замерло, и задержка дыхания говорила о сильном волнении.

- Может быть, ты способна остановить запряженную колесницу, но не табун лошадей, - вдруг сказал Юстиниан.

Он сказал это, а Эл вспомнила состязание великих. Это был больше чем табун. Один выстрел в вожака и масса взбешенных животных перемешалась, уничтожая сама себя. Но стычка всего с одним хищником, хитрым и сильным, закончилась для нее трагично. Предательство Лоролана едва не стоило жизни.

- Смертные, - фыркнула она себе под нос и вернулась к своему стульчику.

Она села и снова помолчала. Юстиниан чего-то ждал. Потом он нарушил молчание.

- Что же ты намерена делать, если знаешь так много? Уши царицы хороший способ донести правду до царя, но... Кто тебя послал?

- Признайся себе. Пытаясь прельстить меня, ввести в свой круг и сделать из меня инструмент для политики Рима, ты ошибся. Я не Пталимарх, не Артесий, не Пелий, я не из тех женщин, которыми ты умеешь манипулировать. Пока ты сейчас решаешь, чем еще можешь запугать меня, что посулить - ты теряешь время. Я дам тебе совет и ничего не попрошу взамен. Беги из города и никогда не возвращайся.

- Ты не понимаешь, Елена.

- Нет. Я понимаю. Этот город не улицы, дворцы, статуи и люди, а ткани, пшеница, масло и золото.

Юстиниан ухмыльнулся.

- Это не тот Египет, что прежде. Сейчас время Рима. Ты спартанка, твоя земля уже наша, - сказал он вслед ее словам.

- Спарта, но не спартанцы, - ответила ему Эл. - Можно завоевать землю, но нельзя покорить народ.

Юстиниан снова усмехнулся.

- Диойкет - мне друг. Ты не уйдешь отсюда живой. Его уродливая жена не возвратиться сюда, она спряталась со своими отпрысками во дворце. Напрасно ты веришь, что она тебя защитит. Четыре вооруженные женщины у дверей - это не защита.

- Не разочаровывай меня. Ты у меня в гостях. Тебе не к лицу грубость. Лучше вспомни, что твой высокопоставленный друг - главный предатель в этой истории.

- Ты этого уже никому не расскажешь.

Юстиниан встал и быстро покинул комнату. Эл дала ему уйти и выглянула в незапертую дверь. Охранница сделала жест в ее сторону, давая понять, что выйти она не может.

- Могу я узнать, какой приказ дала вам ваша хозяйка.

- Мы должны защищать тебя ценой собственной жизни, - сказала ближайшая к ней женщина и покосилась на солдат стоявших у стены, потом глазами указала Эл на дверь.

Эл вернулась обратно в комнату.

Снова легкий сквозняк и скрип двери, женщина вошла к ней, держа в руке короткий меч.

- Я слышу шум с улицы. У ворот собираются люди. Они требуют выдать тебя. У хозяина в доме много вооруженных мужчин, вчетвером нам не выстоять, если хозяин прикажет тебя убить. Твой последний гость плохой человек. Он ушел с досадой. - Она протянула Эл оружие. - Возьми. Тебя учили, как быстро убить себя?

- Хозяйка говорила о том, что вы можете помочь мне бежать?

- Нет.

- Эти двери запираются изнутри. Запорный столб стоит в углу, его забыли убрать. Вы сможете быстро зайти и запереть дверь, если я поставлю его близко.

- Если успеем.

- Я вам помогу.

- Из этой комнаты нет другого выхода, дверь в сад только кажется красивой, но она крепкая и прочно заперта.

- Пусть тебя это не заботит. У меня будет еще посетитель. Пустите и его, но больше никого не впускайте.

- Ты действительно можешь сбежать?

- Если бы могла - уже убежала бы.

- Мне не нравится то, что ты говоришь. Я нарушаю данное слово, хозяйка оставила нас умирать.

- В этом нет смысла.

Женщина упрямо молчала. Эл взяла из ее рук меч, сунула за пояс и сказала:

- Когда я позову, быстро заходите в комнату. Не стоит просто так умирать у этих дверей.

- Ты будешь драться вместе с нами?

- Если придется.

Она ушла ничего не сказав, меч остался у Эл.

- Эл. Долго ты там будешь вести переговоры? Иди сюда.

Недовольное ворчание со стороны ажурной двери заставило ее улыбнуться. Алик выполнял свою часть работы, как всегда безупречно.

Она подошла к решетке. Он улыбался, отошел словно любуясь видом.

- А ты очень романтично выглядишь за этой решеточкой. Как принцесса из сказки, Златовласа ты моя. Я перерезал петли у двери, пока ты вела дипломатические переговоры с Римом. Достаточно ее хорошо толкнуть. Давай, выбирайся отсюда. Я тут приличное количество веревки захватил. Она привязана вон в том углу. - Он указал рукой направление. Ты у нас мастер лазать. Через сады мы легко уйдем к театру, а там уже толпа. Между прочим гость твой не появился.