- Да. В этом. Я хочу, чтобы она была рядом. Просто была рядом. Я хочу любить ее и ничего больше.

- Прости за матрицу. Я не подумал, что тебя это заденет... А в том, чо произошло вчера самое опасное - это сплетни. Такое не утаишь.

- Я поговорил с Эфроимом и просил молчать о случившемся.

- Женщины не утерпят, - сказал Игорь.

- Не волнуйся. Этот случай удачно совпадает с планами Эл по работе в библиотеке и обеспечит ей легенду. Я даже поверю, чо она так специально сделала.

- Нет, Алик.Это случай, - возразил Игорь.

Ольга рассказала Эл об их с Игорем идее. Эл так же отстраненно молчала. Ольге казалось, что она ее не слушает.

- Эл. Ты здесь? - опять спросила Ольга.

Эл подняла на нее глаза и улыбнулась. В этой улыбке было что-то загадочное.

- Так, наверное, чувствовал себя Самадин, после своих упражнений. Мне часто тоже казалось, что он не здесь. - Глаза Эл стали грустными.

Она сидела у потухшего очага на низкой, плетеной табуреточке и изучала остывшие угли. Поза ее была расслабленной, а вид блаженный. Ольга догадалась, что ей стало лучше.

Ольга нашла на что сесть и устроилась рядом с Эл.

- Это было видение. Да? Дмитрий не стал говорить.

- У меня получилось то, чему учил меня Самадин. Мне самой это странно. У меня ничего не получалось. Возможно, я начну делать странные вещи, с вашей точки зрения, но не нужно мне мешать.

- Ты не хочешь рассказывать?

- Как говорил Самадин: это только варианты. Я с ним согласна.

- Ты видела будущее? - уточнила Ольга.

- Это не будущее, не прошлое, Оля. Мы находимся в прошлом. Я не знаю, что и как сложиться. Возможно, мне придется навестить ту женщину еще раз.

- Эл, не мне советовать, но может быть не стоит...

- Не ради повторной процедуры, не пугайся. Я не мастер Самадин, чтобы намеренно видеть одно и тоже на протяжении нескольких сеансов. И разумеется, хоть я выгляжу чуток безумной, но понимаю, что вмешательство человека этого времени опасно в нашем случае. Мне нужна помощь в интерпретации. Дмитрий наверняка сейчас у нее, он даст заключение, чего от нее ожидать. Без него я решение не приму.

- Алик сильно зол?

- Да. Ничего, справлюсь. Дайте мне придти в себя, и я его успокою.

Глава 16

Это время предполагало ранние визиты гостей, поэтому Дмитрий отправился в гости едва проснулся. Впервые он подумал, что стоит позаботиться о внешности. Он привел себя в порядок, на сколько смог.

Ворота были темно-красного цвета расписанные белым орнаментом. Краска была свежей, их недавно обновили. На его стук открылась калитка в воротах, уже знакомый юноша впустил его во двор и проводил, не задавая никаких вопросов.

Ему пришлось долго ждать хозяйку в небольшом зале, скорее дворике, где крышей служили перевитые растения, свисавшие с деревянных балок. Здесь было уютно, красиво, птицы спокойно летали с ветки на ветку.

Сначала пришла девушка с подносом и тихо расставила яства на небольшом мраморном столике. Чаши, блюда, сосуды были дорогими.

Потом появилась хозяйка. Одета она была так же как при первой встрече, за исключением обилия украшений, сейчас их было меньше. На руках у нее были удлиненные от кисти до локтя браслеты Волосы убраны в узел на затылке, а в него вплетены цветные бусы.

Он встал, когда она подошла, но она нежным жестом усадила его обратно.

- Доброе утро, - к приветствию она добавила добрую улыбку. - Деметрий. Я рада что ты пришел.

- Доброе утро. Прошу простить, я не узнал вчера твоего имени, - сказал он.

- Зови меня Матон. Мое имя длинное, несколько поколений и несколько богов. Запутаешься.

Он почтительно кивнул.

- Простите, если я рано, Матон.

Она улыбнулась этой своей удивительной улыбкой, от которой он чувствовал себя странно. Она села на сидение, стоявшее у стола и протянула руку к кувшину.

- Ты пьешь вино?

- Нет. Лучше воду, - сказал он предупредительно.

- По утрам я пью травяной настой, он полезен будет и тебе. Не откажись попробовать его.

Она налила ему в чашу немного и протянула. Им не прислуживали, она все делала сама.

Напиток был приятным на вкус, настой был смешал с медом и пряностями. Он одобрительно кивнул, когда она решила добавить ему еще.

- Почему вы хотели видеть меня? - спросил он.

- Ты почувствовал, что я редко принимаю гостей и тебе стало интересно?

- Признаюсь, ваша просьба странная.

- Я догадалась, что ты видишь хитрость. Поэтому я скажу прямо. Я знаю, что женщина сильно ранила твою душу. Я хочу помочь тебе залечить твою рану. Я помогу тебе с твоей болью, а ты поможешь мне с моей. Спрашивай, все что пожелаешь.

Дмитрия как раз смутило это заявление и, как результат, возник вопрос.

- Зачем? - спросил он. - Я вам чужой.

Женщина, до этого смотревшая прямо на него, опустила веки.

- Я одинока. А мое окружение - это многочисленные родственники моего мужа. Я вынуждена общаться с ними, но более всего от мен яждкт прорицания. Когда-то у меня была семья. Я потеряла всех. Для меня ты не чужой. Расценивай это как прихоть старой женщины.

- Ты не старая.

- Еще скажи, что я красива, - она рассмеялась.

- Да. Ты красива, возраст здесь ни причем.

Она продолжала тихо смеяться.

- О-о, мне нравиться твоя прямота, - похвалила она. - Так ты согласишься?

- Почему я? В чем причина?

- Мое предвидение, - сказала она легким тоном. - Я видела тебя рядом со мной.

- Вот так просто?

- Да. Я прорицаю с детства. Я никогда не ошибалась.

- Никогда?

- Никогда.

Она закрыла глаза, выставила в его сторону ладонь, словно приказывая молчать, совсем как во время церемонии, и произнесла:

- Когда-то твой близкий человек, которого ты чтишь, который уже мертв, сказал, что тебе не стоит увлекаться полетами. - Она открыла глаза и опять улыбнулась. - Ты остановишь меня, как твоя Елена, которая не Елена на самом деле? Та, что носит имя бога всех эллинов.

- Продолжай...

- Нет. Не стану. На мгновение тебе захотелось меня убить. Ни единое слово, сказанное здесь, не выйдет за пределы этого места. Мои слуги немы.

Дмитрий тяжело вздохнул.

- Девушка, что прислуживала, считает себя моей рабыней. Ее привез с собой мой младший сын. Я бы с радостью считала ее равной и дала бы наследство, но она упрямо служит мне. Участь ее была печальна, когда сын повстречал ее. Она хотела сброситься с высокого моста в горную реку и умереть. Солдаты изнасиловали ее, а чтобы она не указала на них в деревне, отрезали ей язык. Мой сын едва успел схватить ее за одежду, чтобы она не сорвалась в поток. Мой сын хотел жениться на ней до того, как умер. Юноша, что открыл тебе дверь, хотел стать врачом и попал на войну. Он ухаживал за ранеными и видел столько смертей, сколько возможно увидеть в его возрасте. Вид войн и солдат вызывает у него отвращение. Когда я нашла его он был почти безумен. Я лечила его душу пять лет. В этом доме нет никого, кто не изведал бы боли. Ты здесь не один такой. Тебе непонятно, почему я выбрала тебя? Тебе более всех, кого я знаю на этот день, требуется помощь. Тебя ранила женщина, так пусть тебя излечит женщина. Это справедливо для космоса.

- У меня...

Он хотел отказаться, но не мог игнорировать свои чувства. Он уже ненавидел это состояние внутренней борьбы с самим собой. С того момента, как он покинул остров пребывание среди людей терзало его. Присутствие Эл помогало справляться с энергией человеческого потока вокруг, но без нее он начинал чувствовать себя плохо, что порождало в нем агрессию. Матон избавила его от этого сонма чувства в прошлый раз. Он не снимал ее медальон, касаясь его он будто чувствоал ееприкосновени. Воспоминания о ней заставляли его улыбаться, приводили разум и волну ощущений к покою. Он не догадывался, что может сулить эта встреча. Опасно ли тесное знакомство? Предложение было заманчивым, эта женщина подкупала его чувства, чем-то трудно поддающимся осмыслению, неосязаемым.