- Ладно. - сдалась, утомленная его настойчивостью. - Мне ничего не надо. Тебе надо. Вот сам и предлагай.

   Поманив к одной из крытых телег, приподнял край шкур, кивнул, приглашая. Ого!

   - И для каких надобностей арсенал? - спросила нарочито безразлично. Обмануть старого вояку не удалось, Бранд укоризненно покачал головой.

   - Чего надумала? Что мы разбойникам подмогаем, да?

   - Нет?

   - Нет. Не обессудь, не могу открыться. Но не для лиходейства Браддского.

   Не лжет, - поняла, посмотрев в узкие, хитрые, не бегающие глаза.

   - Ровной дороги, Бранд! - пожелала на прощание, помахала вслед, оставаясь на обочине. Обоз уходил к Выстриму, за Брадд. Мне же надо было прямо, через лес.

   Им не за что было благодарить меня, и не за что платить. Но я не могла отказаться от подарка, приходилось выбирать между угрызениями совести и обидой Бранда. Иной раз лучше быть корыстной, чем невежливой - только этим я и могла оправдываться, пока прятала изумительный узкий клинок за высокое голенище, так, чтобы не виднелась рукоять. Это был третий нож, в дополнение к спрятанному за пазухой короткому ножу "на всякий случай", и висящему на поясе обычному широкому, что носили все Охотники. Осторожность, усвоенная за последние годы странствований, научила не демонстрировать имеющееся оружие без нужды.

   Я не собиралась возвращаться к эльфам, у меня была своя цель и я двинулась в направлении гор. Стараясь держаться по солнцу как можно точнее, шла, пока не стемнело. Лиловые тени теплого осеннего вечера располагали к отдыху и сомнениям, что, в общем-то, не свойственно мне в нормальном состоянии. Желалось спокойных раздумий, тепла, неторопливости... Поразмышляв над приступом столь странной меланхолии, поняла: либо схожу с ума, либо эльфы наглеют. Потянулась в пространство, сосредоточилась, обостренно впитывая колебания невидимого мира - так и есть, тонкая, почти не ощущаемая ниточка тянулась извне, ненавязчиво притягивала. Я крепко уцепилась за нее, пошла на зов.

   - Доброго вечера, эйльфлёр. - поздоровалась, выходя к костру. - Зачем звали?

   - Одной в лесах опасно. - ничуть не смутившись, кивнул Геллен. - Присаживайся, человек. Ужинать будешь?

   Только окончательный дурак откажется от пищи в пути. Конечно, если уверен, что не отравится, а на счет этого я могла не тревожиться. У эльфов не принято прибегать к таким сложным способам устранения, эйльфлёр предпочитают быстрые окончания: кулаком в затылок, или ножом горло до позвонков... ну, или просто рукой сердце вырвать.

   У половины присутствующих вспыхнули гневом глаза. Ага! Нечего подслушивать. Бесцеремонность, господа, не всем по вкусу.

   Удовлетворенная маленькой местью, устроилась удобнее в ямке между корней ближайшего дерева, расслабленно позволяя усталости тяжелить веки. И всё же... странно выглядят наши встречи, эйльфлёр. Словно бы специально подстроенные. Зачем?

   - Сейчас нам по пути. - с убийственной логичностью возразил Геллен. - Так?

   - Так. - согласилась вынужденно. - Пока что по пути.

   - Вот и пойдем. - подытожил эльф, откидываясь в траву неподалеку, потянулся с удовольствием. - И ты тоже спи, Элирен. Отдых нужен всем.

   Мне не засыпалось. Виной всему был ли раздумчивый лес, или что другое, но сон не шел категорически. Промаявшись с час, решила не мучиться, села поудобнее, составив компанию дежурившему у крохотного костерка эльфу. Он любовался звездами, я думала про Копильни. О том, что тревога перехлестывает грань приличия, поняла, когда заметила, что он смотрит в упор.

   - Прошу прошения, принц, не хотела мешать твоим размышлениям. - смущенно извинилась, гася мысли.

   - Чем же ты сможешь помочь? - поинтересовался он. Понаблюдав, как искрит его зеленый плащ, ответила серьезно.

   "Будь я в силах, я заставила бы гномов определиться с ответственностью. Если те, в Копильнях - свои, значит, пусть разбираются внутрисемейно; если же отступники - пусть так и заявят, мол, знать их не знаем, и никаких дел не ведем. Кто может, тот и угоманивайте лихую братию. Будь я в силах, я не позволила бы Охотникам взваливать этот груз на себя. Бранд прав, не вечно за их спинами другим прятаться, не дипломатией оканчивают подобные инциденты. Десяток деревень - уже сила, а там, у Брадда, их всяко больше. Почему не сопротивляются, почему надеются на чудо?! Я заставила бы людей вылезти из нор, будь я в силах. Но! Я не настолько большая величина, чтобы мыслить глобально. Всё, что могу, это откликнуться на призыв. Не надо улыбаться, эйльфлёр, я вполне осознаю ничтожность собственных сил!.."

   - О, нет, меня позабавило другое. Что значит - небольшая величина?

   - Мое слово не имеет веса.

   - Ты подразумеваешь, что наше слово вес имеет?..

   - А разве нет?

   - Да. Хоть и не тот, что позволял бы необдуманными действиями нарушать установившийся порядок. Ты умолчала о нас, эйльфлёр, но упрек очевиден. Да, возможно, мы могли бы подтолкнуть людей на решение Браддского вопроса. Возможно, могли бы сами поучаствовать в его разрешении... но зачем? Что изменит наше единичное вмешательство? Разве оно спасет от будущих промахов? Мы не можем постоянно все делать за других, значит, не надо и начинать.

   Ого! Какой полный ответ.

   - Иди спать, Элирен. Ты стремишься вперед, и это, безусловно, похвально. Но иногда путаешь направления. Сейчас ты как раз повернула не в ту сторону, что, впрочем, исключительно твое дело.

   - А где для меня "та" сторона, принц? Где меня ждут? Нуждаются? Кого беспокоит мое существование?! Кроме вас, разумеется... Кстати, а почему оно вас беспокоит?

   - Кто тебе сказал, женщина, что эйльфлёр беспокоит кто-то из смертных? Вы нас даже не интересуете.

   Благоразумно стараясь не смеяться слишком вызывающе, я вновь улеглась, натянула на голову капюшон, приказала себе: спать.

   Чего ж вы меня тогда на тракте караулили?

   Приглядываясь внимательнее к незваным попутчикам, отмечала странности. Во-первых, в отряде присутствовали представители минимум трех родов: некоторые различия в одежде можно было бы и не заметить, но цвет волос говорил за себя. Во-вторых, сам Геллен точно не жил в Зачаровне, по крайней мере, не жил в нем постоянно. Я хорошо помнила давным-давно подслушанный разговор в беседке, да и наша первая встреча у Лихих Бродов еще не забылась. В-третьих, один из присутствующих был принцем. В-четвертых, в отряде присутствовал Клейль, эльф, бывший с нами в Башнях в прошлом году. Я его узнала сразу, я помнила, кому приносила стрелы, и кто похвалил меня за "идею", помнила его белозубую довольную улыбку. Пусть сейчас он вел себя так, словно видел меня впервые, но проявления эльфийской надменности давно перестали меня смущать - я не сомневалась, что не ошибаюсь. Еще двое вызывали некоторые смутные подозрения, но в них я была не уверена. Случайность? И вот вся эта честная компания, собравшись вместе, за какой-то надобностью поджидает меня на тракте, пытаясь неубедительно убедить, что встреча наша совершенно случайна. К тому же не слишком и пытаясь, откровенно говоря. Эйльфлёр просто поставили меня перед фактом: дальше идем вместе. Я, по привычке, согласилась.

   На третий день пути поняла, что мы медленно, но верно забираем на юго-восток, вместо того, чтобы двигаться прямо. Сдерживая поднимающееся раздражение, понаблюдала с полдня: так и есть, солнце непозволительно смещается с нужного направления.

   - Геллен, я иду в Копильни. - напомнила эльфу на вечернем привале. - Ты помнишь об этом?

   Он посмотрел с бесконечной снисходительностью, покачал головой.

   - К Красным Скалам. - объявил эльф в зеленом.

   - Мне не надо к Красным Скалам. - возразила удивленно. - Как же вы не понимаете? Мне надо в Копильни, а это совсем не по пути...

   - Ты не дойдешь одна. - добродушно напомнил Геллен. - Ну, подумай сама, разве сможешь ты пройти там, где еще не так давно целый отряд вынужден был прорываться с боем?