- Что ей делать у соседей?

   На это Фредерик не ответил. Он ударил Крошку пятками в бока, и тот, заржав, вновь сорвался с места, чтоб нести всадника к лесу. Элиас поспешно сел на своего серого и поскакал за королем.

   - Черт! - вновь услыхал юноша. - Следы снегом занесло - ничего не разобрать!

   'Зачастил он чертыхаться', - подумал Элиас.

   Лес пересекли за какие полчаса, но лошадь юного гвардейца была отдохнувшей и сытой, а вот вороной Фредерика покрылся пеной, что вылетала из его раздувавшихся ноздрей, и храпел.

   Перед ними раскинулось серое широкое полотно реки. Другой берег был еле виден - он почти сливался с низкими свинцовыми тучами на горизонте. Фредерик без лишних разговоров указал рукой на маленькую лодку, что скользила по волнам где-то на середине реки:

   - Она! Это она - я знаю.

   Он сделал глубокий вдох, еще один и еще. Элиас припомнил истории про то, что судьи владеют секретом голоса, способного разноситься на милю вокруг, и подумал, что сейчас посчастливиться это услышать.

  - Кооорааа! - такого вопля здешняя местность еще не слыхала.

   Его услыхали - в лодке подхватилась, взметнулась тонкая фигура и ветер внезапно растрепал огненные волосы, которые теперь и Элиас увидел.

   - Вернись! Кора!

   Фредерик в отчаянии сбросил плащ, начал лихорадочно расстегивать куртку и пояс.

   - Ты с ума сошел! - воскликнул Элиас. - Вода ледяная!

   - Ты лед видишь? Нет. Значит вполне можно плыть, - отвечал Фредерик.

   Он уже сбросил и рубашку, и сапоги, оставшись в одних штанах. Кожа его тут же стала 'гусиной'. Элиас загородил Фредерику дорогу:

   - Нет! Твоя жизнь принадлежит теперь всему государству!

   - Прочь! - с таким возгласом молодой человек просто отшвырнул гвардейца и кинулся в серую воду.

   Плавать он умел не хуже рыбы. Но в январской воде плавать пока не приходилось. Холод сперва обжег тело, потом постепенно начал вытягивать тепло, сковывая движения. 'Гребок, еще, гребок', - командовал сам себе Фредерик, заставляя руки и ноги работать как механизм, в постоянном ритме. Перед собой он видел лишь корму лодки, которая понемногу, но приближалась, метр за метром.

   Гребок, еще... Голове стало дурно, сердце сжал холод, немело тело... Где-то сзади на берегу метался в поисках лодки Элиас... Корма все ближе... И зеленые глаза смотрят на него... В ушах зазвенело...

   Вода захлестнула Фредерика с головой, приведя в чувство. Он услышал крик Коры - она звала его, тянула ему руку. А его руки не слушались - занемели, опустились.

   Утонуть? После всего - просто взять и утонуть?! Судья Фредерик, не шути...

   Гребок, еще гребок - быстро, мощно работают руки... Вот она корма. Схватиться, подтянуться - легче не бывает...

   Кора обхватила его, мокрого, посиневшего, холодного, как ледышка. Откуда-то взялись силы - втащила Фредерика в лодку, укрыла своим плащом, начала лихорадочно растирать.

   - Я з-за т-тобой, - борясь с ознобом, сообщил Фредерик. - З-зачем удрала?

   - Ты ненормальный! - ответила Кора, чуть не плача.

   - Р-раньше т-тебе это нравилось... П-пойдешь за меня?

   - Что? - не поняла девушка.

   - Замуж за меня пойдешь?

   - Нет, ты точно ненормальный, - она не выдержала - разрыдалась.

  - Это можно расценивать, как согласие? - спросил Фредерик.

  - Нет, нет, - замотала головой Кора. - Ну, как ты себе это представляешь? Я еще могла бы стать женой Западного судьи, хотя и это казалось маловероятным, но женой короля... Это невозможно.

  - Да почему же?! - чуть ли не возмущенно воскликнул молодой человек. - Король может выбирать себе жену по нраву.

  - Но не из таких низов, как преступный мир. Фред, я не пара Главе Королевского Дома.

  - Прежде всего, ты внучка почтенного сэра Эдвара Бейза, законная наследница его титула и поместья...

  Кора вновь покачала головой:

  - Прежде всего, я - дочь Филиппа Кругляша. И отец мой не осужден и не казнен только потому, что ты был милостив и отправил его в изгнание. И поместий у меня нет - люди моего отца сожгли его, и деда моего убили.

  - Пусть так, но никто ведь об этом не знает и не узнает.

  - Может и не узнает, а может наоборот. Что ты будешь делать, когда все откроется? Как станут о тебе говорить: как о короле, что взял в жены дочь отщепенца, дочь убийцы, вора и грабителя, дочь того, за кем числятся все смертные грехи? Разве может король так делать? Разве может он бросать тень на Королевский Дом и все королевство?

  Фредерик молчал. Его уже не трясло - он просто застыл, уразумев вдруг, почему Кора ему отказывает.

  - Только не говори, что ради меня ты откажешься от трона, - поспешила сказать девушка. - Я не могу требовать от тебя такого, и не выйду за тебя замуж, если ты это сделаешь, потому что всю жизнь потом буду обвинять себя в том, что лишила родину правителя. Ты нужен государству, Фред. И жена тебе нужна другая, с незапятнанной репутацией, без темного прошлого, которое в любой момент может ударить в спину... Вот почему я решила уехать. И не прощалась, чтобы тебе не пришлось меня уговаривать. Не пристало королю уговаривать дочь преступника.

  Она отвернулась, чтоб вытереть глаза и вздохнуть поглубже - ей не хотелось больше плакать, а слезы подступали и готовились брызнуть вновь. Взяв себя в руки, твердо сказала:

  - Фред, нам не быть вместе. Будет лучше, если мы простимся и забудем друг друга.

  Кора вдруг поймала себя на том, что боится глянуть на Фредерика. А ведь нужно. И она подняла на него глаза...Молодой человек не смотрел на нее. Он растерянно наблюдал, как плещется вода за бортом. Это напугало Кору.

  - Не бойся, топиться я не собираюсь, - предупредил он ее мысли. - Ты твердо все решила?

  - Я решила это еще тогда, когда тебя объявили новым королем, - чуть дрогнувшим голосом ответила Кора.

  Фредерик внезапно посмотрел ей прямо в глаза - словно клинком пронзил:

  - Значит, получается, я гнал коня через полстраны, искал твои следы, и, черт меня дери, плыл за этой лодкой в ледяной воде только затем, чтоб услышать твоё 'нет'?! Для короля это так же недопустимо, как и взять в жены дочь преступника!

  Кора молчала: она не знала, принимать ли это как упрек или как начало уговоров.

  - Ты оскорбила меня, - вдруг сказал Фредерик. - Прощай.

  Тут же, не дожидаясь ответа, легко прыгнул с лодки обратно в воду.

  - Нет! Фредерик! - вскричала Кора.

  Он вынырнул, мотнул головой и быстро, не оборачиваясь, поплыл обратно.

  - Надменный дурак, - прошептала девушка. - Только доплыви, сделай мне напоследок приятное.

  Фредерик греб, как одержимый. Он действительно, сильно оскорбился, и разъяренность по этому поводу помогала, как ни странно, плыть к берегу быстрее, чем он плыл к лодке.

  Его встретил Элиас.

  - Ты ненормальный, - сообщил он Фредерику, набросив на его скрюченные от холода плечи плащ из волчьих шкур.

  - Вы что, сговорились? - злобно стуча зубами, осведомился тот. - Разведи костер хоть, а то мне жена и вовсе не понадобиться.

  Элиас хмыкнул, оценив шутку.

  Через пару минут два бравых парня грелись в выкопанной в снегу яме у пылавшего костра. Фредерик перестукивал зубами и уныло смотрел на другой берег реки. Элиас деликатно помалкивал.

  - Она отказала, - буркнул вдруг Фредерик.

  - Что?

  - Отказала, прокинула меня, дала от ворот поворот! - раздраженно выдал он все известные ему синонимы.

  - Как так? Я не понимаю. В чем причина ее бегства?

  Фредерик лишь пожал плечами.

  - Тут и понимать нечего. Она не хочет быть королевой. Как чувствовал - не будет мне добра от короны. Коре был по душе судья Фредерик, а король Фредерик - это для нее слишком тяжелый подарок. Хотя, подарок ли... Вот у тебя с Мартой как?

  Элиас слегка порозовел: он вспомнил, как черноволосая красотка жарко поцеловала его на прощание и прошептала нежным голоском 'до встречи, женишок'.