- Вижу, что нормально, - наблюдая за юношей, буркнул Фредерик. - Черт, я начинаю тебе завидовать.

  Юноша опять отметил, что это было, по меньшей мере, четвертое 'черт'.

  - Что у тебя в сумке? - спросил Фредерик.

  Элиас вместо ответа достал кольцо копченой колбасы и буханку хлеба. У короля глаза блеснули голодными огнями, и юноша отдал ему всю еду.

  - Я голоден, как волк, - объяснил Фредерик ту поспешность, с которой вонзил зубы в мясо.

  - Я удивляюсь твоим возможностям, - повел разговор Элиас, пытаясь отвлечь его от мрачных мыслей. - Три дня скакать без еды, сна и простого отдыха?

  - Не забывай - я все-таки судья, - отвечал Фредерик. - Меня многому научили. Тело - всего лишь вместилище души, и не оно должно командовать, а дух, что живет в нем. Я могу несколько дней даже не замечать голода и жажды, обходится без сна, если необходимо. И не думай, что я один такой выдающийся - каждый судья умеет это, и некоторые их помощники.

  - И сэр Гитбор? - тут Элиас невольно улыбнулся, вспомнив объемное брюшко и сонные глазки Южного судьи.

  Фредерик покачал головой:

  - Ему сейчас это незачем. А если понадобиться - он все сможет. Ты забыл, кто прикончил Конрада?

  - Но ведь ты тоже мог его убить, а не стал.

  - Конрад слишком много значил для меня - я не хотел его смерти, на самом деле. Справедливость - она того требовала. И тут Гитбор сделал все за меня. Видно судьба так распорядилась, - тут он вздохнул прерывисто и даже перестал жевать. - А мне теперь что делать? Что толку с моих способностей теперь, - Фредерик опять глянул на реку: лодка уже достигла противоположного берега, правда из-за мглы, что висела в воздухе, тяжело было что-либо рассмотреть четко. - Я бросил все дела, все королевство, чтобы просто предложить ей стать моей женой...

  Элиас затряс головой:

  - Но все-таки, как она объяснила свой отказ? Неужели так и сказала: я не хочу? Ведь до этого она была очень даже не против. Почему ж так все изменилось? Ведь она бежит от тебя как от огня, скрывается, словно чего-то боится.

  - Боится, именно так. Боится навредить мне. Ее отец - преступник. А род будущей королевы, по обычаю, не обязательно должен быть знатен и богат, но благочестив, благополучен, уважаем, - Фредерик вновь вздохнул. - Филипп все-таки отомстил мне. Кора, действительно, не может быть моей женой теперь, когда я стал королем. Королевский Дом безупречен. Конрад и так уже бросил тень на него, которую пришлось смыть его кровью. И я не могу пойти против закона, я ведь еще и судья - я сам защищаю закон, - тут он обхватил голову руками, словно боялся, что она расколется. - Как я устал от всего этого...

  - И что будет с ней? - Элиас кивнул на реку, которая отделяла теперь от них Кору.

  - Я не знаю, что она конкретно задумала. Одно ясно: решила уехать подальше от меня - на другой берег, в другое государство, - Фредерик криво усмехнулся. - Если бы я мог - отправился бы с ней, бросил бы все к чертям, но сейчас это невозможно.

  Подул сильный порывистый ветер, и молодые люди плотней укутались в плащи. Элиас, видя, что Фредерик уничтожил колбасу и хлеб и вновь приуныл, протянул ему фляжку с крепким вином. Тут король-судья даже улыбнулся:

  - С этого и надо было начинать, братец.

  От вина на его бледное исхудавшее лицо вернулся румянец.

  - На коней, малыш Элиас, и поедем! - уже бодрей сказал Фредерик и свистом подозвал вороного.

  - Как? - удивился юноша. - Я думал, мы переночуем где-нибудь в деревне - надо бы отдохнуть. Ты сам говорил, что не спал все дни, что скакал сюда. К тому же вид у тебя, мягко говоря, не очень...

  - Ты обо мне заботишься? - изумился Фредерик и расхохотался. - Ты слишком мало меня знаешь, чтобы так со мной поступать! Шевелись-ка, братец - у нас впереди обратный путь и, возможно, война.

   * * *

  До Белого Города оставалось пару часов быстрой езды, когда из придорожного леса наперерез путникам вылетел конный отряд вооруженных людей. Их предводитель в высоком сияющем в лучах зимнего солнца шлеме замахал своим штандартом, призывая Фредерика и Элиаса остановиться.

  - Северяне, - сказал Фредерик. - Они уже так близко от столицы. Смотри - из-за леса дым поднимается - они подожгли деревню. Видимо, это часть авангарда армии Тимбера.

  - Что нам делать? - спросил Элиас.

  - Шпорить коней. Едем во весь опор через поле - так короче. Тем более что от дороги они нас отрезали.

  Его вороной легко перепрыгнул терновники, что росли у дороги, и, расправив хвост, помчался по заснеженной равнине. Элиас повернул своего следом.

  - Стойте! Будем стрелять! - закричали им.

  Отряд мгновенно перестроился и пустился в погоню. Над головами Фредерика и Элиаса весело свистнули стрелы. Фредерик пару из них отбил боевым браслетом, а юный гвардеец лишь вжал голову в плечи и начал просить небо, чтоб в него не попали.

  Они довольно легко отрывались от преследователей - те были в тяжелой броне и при полном вооружении: копья, мечи, луки, - поэтому их кони скакали медленнее. Фредерик, чтобы помочь Крошке, бросил свой меховой плащ. Элиас так же отшвырнул мешки с продуктами и запасной одеждой. Лошадям это прибавило прыти.

  Все бы ничего, но ехать по полю - совсем не то, что по дороге. На дороге кроты не роют норы, а вот в поле зимой встречаются нарытые еще с лета или осени коварные ямки. В одну из таких и угодила передняя нога могучего Крошки. С диким ржанием он рухнул, перевернулся через голову и упал на спину, взметнув тучу снега и мерзлой земли. Фредерик успел кое-как среагировать: вовремя отпустил поводья и вынул ноги из стремян, поэтому при первом же толчке вылетел из седла далеко вперед и покатился по насту. Элиас натянул свои поводья.

  - Что стоишь?! - взревел Фредерик, поднявшись и стряхнув снег с волос и лица. - Скачи дальше!

  - Я тебя не оставлю! Бери моего коня!

  - Они тебя убьют, дурак!

  - А тебя?

  Крошка сломал ногу и жалобно ржал, пытаясь подняться. Фредерик раздраженно бросил юноше свой рожок:

  - Скачи и труби в него - это сигнал тревоги. Тебя услышат из Белого Города - вышлют подмогу. Приведешь их ко мне. Скачи же!

  - То же самое можешь сделать и ты! - тут Элиас вспомнил, что надо сказать. - Я не брошу вас, ваше величество!

  - Ты один не выстоишь против них! А я смогу! Отдай мне свой арбалет и скачи - твой король тебе приказывает!

  Элиас кинул взгляд на преследователей - они угрожающе приближались. Еще пару секунд сомнений - и юноша бросил Фредерику арбалет, пришпорил коня и понесся дальше, изо всех сил дуя в рог.

  Король-судья быстро закрепил оружие на левую руку. Следующее, что он сделал - это коротким взмахом кинжала перерезал беспомощному Крошке шейную артерию. Вороной захрипел, дернул ногами - кровь широкой струей полилась из раны на снег - потом затих. 'Прости, дружище', - шепнул Фредерик и сжал кулаки - арбалеты, раскрывшись, отозвались веселыми щелчками.

  Пару десятков метров отделяли его от всадников.

  Фредерик в один миг оценил ситуацию и направил арбалеты на нападавших.

  - Если не остановитесь , я убью вас! - предупредил он.

  Ответом ему послужил дружный смех. Конечно, их ведь было восемнадцать хорошо вооруженных всадников, могучих и крепких воинов с северных гор. Одни усы - гордость каждого горца - чего стоили.

  - Лучше сдавайся или сам умрешь! - крикнул Фредерику тот, что летел на него первым с копьем наперевес.

  Молодой человек пожал плечами и начал стрелять. Болты один за другим вылетали из арбалетов и достигали цели. Он бил наверняка, целя в шею или глаз. За пару секунд из восемнадцати нападавших осталось шесть всадников и двенадцать лошадей, потерявших своих седоков. Причем, шестеро оставшихся заметно сбавили скорость и остановили коней в нескольких метрах от Фредерика.

  - Оружие судьи! - воскликнул один из них, указывая на болт в горле одного из убитых. - Кто ты такой?