— Нужно слазить! — решительно постановил около Сенцова следователь Крольчихин и уверенно шагнул к металлической тонкой лестничке, которая вела к деревянной крышке люка, которую привесили к потолку. Замка на крышке не водилось: он потерялся, когда Константин Сенцов ещё был мальчишкой лет тринадцати. Залезь Крольчихин на лестничку и толкни крышку плечом — она откроется и пропустит его на мглистый и сырой чердак.

— Смотрите, там тролль! — шепнула тётя Нина, спрятав лицо в рукав широченного халата, который казался на её сухой фигурке парашютом. — Я на него капкан поставила, а он так и не попался! Пистолет берите, а то выскочит!

Всё, тётя Нина напугала сама себя своими глупыми троллями да колдунами, и захлопнула дверь, создав несильную воздушную волну.

— Чёрт… — пробурчал Крольчихин, дёрнув себя за нос. Он прекрасно знал, что никаких троллей нигде не бывает: ни на чердаках, ни в подвалах, ни в лесу, а вот угодить ногой в тёти Нинин капкан вполне возможно, если не смотреть под ноги…

— Полезли, Сенцов! — постановил он после короткого раздумья. — Фонарик зажжём, и смотри в оба, а то без ноги останешься… — он приблизился к лестничке и полез на зелёные перила, чтобы достать до её нижней ступеньки. — Сенцов, у тебя много таких соседей? — прокряхтел он, подтянувшись на руках и взобравшись, наконец, на высокую, узкую и неудобную для человека нижнюю ступеньку.

— Только тётя Нина… — пробормотал Сенцов, примериваясь, как бы ему лучше залезть и не рухнуть вниз, через лестничные пролёты на бетонный пол первого этажа.

Следователь Крольчихин, держась руками за тонкую перекладину шаткой лестнички, толкнул плечом крышку люка. Крышка оказалась гнилая и лёгкая, она легко распахнулась от крепкого толчка и открыла вход на тёмный чердак. В лицо Крольчихину пахнуло сыростью и холодом. Следователь вытащил фонарик и зажёг его. Посветил во мрачное чрево чердака и сразу увидел перед собою штабель каких-то пожелтевших и подмокших книжек. В сторонке валялась однорукая кукла и тачка для цемента, около тачки стоял продырявленный тазик ржавого цвета… Всё, дальше ничего не было видно из-за нагромождения каких-то досок… или это шкафчик?

Следователь Крольчихин сделал рывок, помогая свободной рукою, и вылез на чердак, его башмаки коснулись подмокшего загрязнённого пола. Выпрямившись, он определил, что потолок чердака достаточно высок для того, чтобы стоять в полный рост. Осветив пространство перед собой, следователь обнаружил горы хлама и… ни одного тролля. Мысленно хохотнув над сумасшедшей тётей Ниной, Крольчихин отметил, что его ждёт тут сногсшибательная работка: снять отпечатки пальцев со всего, что тут навалено, и выделить среди них те, которые бы не принадлежали жильцам дома. Со всех книжек, и с куклы, и с тачки… разглядывая все эти предметы в свете фонарика, Крольчихин заметил, что на чердаке так и не появился Сенцов.

— Эй, Сенцов! — позвал Крольчихин, выглянув с чердака в тёплый и сухой подъезд. — Чего ты застрял?

Сенцов до сих пор торчал на нижней ступеньке и размышлял, как бы ему подняться и не раскваситься о достаточно далёкий и убийственно твёрдый пол.

— Давай, влезай уже! — подогнал Константина Крольчихин, подпихнув куклу носком ботинка. — А то я тут состарюсь, на чердаке этом… Чёрт!

— У-уу… — неопределённо гуднул Сенцов, усилием воли заставил себя подтянуться на руках, и тоже оказался на чердаке, около Крольчихина. — Блин… — пробормотал Константин, увидав свои ладони, покрытые хорошеньким налётом из серой чердачной грязи.

— За работу! — тут же скомандовал Крольчихин, а Сенцов увидел, что следователь уже присел у подслеповатого чердачного окошка и снимает отпечатки с его трухлявой рамы.

— За работу… — вздохнул Сенцов, сделал шаг и наткнулся на капкан.

— А вот и капкан… — буркнул Константин, отодвигаясь подальше от его страшной пасти, наполненной стальными зубищами.

— Медвежий, — оценил капкан Крольчихин, повернув голову. — Хорошо запаслась твоя тётя Нина! Отшвырни подальше, и — не теряй времени!

Константин осторожно взял капканище в руки, поднял. Тяжёлый, гад — килограммов восемь в нём точно будет, а может быть, и больше. К тому же — несёт на себе обрывок толстой цепи. Сенцов отнёс это «произведение» в дальний угол и там бросил, а потом — вернулся к квадратному люку, через который они с Крольчихиным влезли, и закрыл крышку, чтобы не вывалиться ненароком. Константин завозился с крышкой и с капканом, а Крольчихин уже работал — он подошёл к чердачному окну…

— Сенцов! — он вдруг громко заговорил, а Константин вглядывался в темноту: а нет ли там тролля??

— Чего? — пробормотал Константин, не заметив тут ничего, кроме избытка мусора.

— Скажи, тут всегда так разломано было? — осведомился Крольчихин, разглядывая чердачное окно… рама которого была странно разворочена, превращена в дыру, словно маленьким взрывом, стекло расколото на кусочки, которые валялись по полу.

— Н-не знаю… — пробормотал Сенцов, удивляясь. Он на чердаке с мальчишества не бывал, и не знал ничего про это окно…

— Тьфу, чёрт полосатый! — негромко ругнулся Крольчихин, не оборачиваясь. — ты же живёшь здесь! И как ты можешь не знать??

— Простите, я не лазил на чердак… — оправдывался Сенцов, топчась и пиная сломанную куклу, которая лишилась руки и глаза, загрязнилась, запылилась и в зловещем мраке напоминала маленького зомби.

— Так, Овсянкин! — Крольчихин уже вытащил мобильник и звонил эксперту, забыв про Сенцова. — Давай, сюда, на чердак лезь!

— Я дактилоскопирую труп! — сонно проныл в ответ Овсянкин, а Сенцов понял, он ни на какой чердак не желает, а желает домой, в кровать, под одеяло.

— Так, закончишь с трупом — и мухой на чердак! — сурово приказал Крольчихин, стараясь добиться от всех сонных подчинённых чёткой работы.

— Ага, — зевнул Овсянкин, и Крольчихин сбросил вызов и затолкал мобильник назад в карман. — Сенцов! — напал он на Константина. — Соседка твоя хоть и с приветом, но внимательнее тебя в сто раз! Давай, осмотрим окно это и по домам — утром будем разбираться!

Сенцов нехотя пополз к этому разбитому окну, не зная даже, что он должен там найти. Ну, да, окно уничтожено — рама разорвана, стекло расквашено… Кусочки повсюду… Константин случайно выглянул на улицу и увидел труп своего соседа — он лежал аккуратненько перед этим окошком, а вокруг него кишели — соседи, опера и Овсянкин.

— Алексей Васильевич… — пробормотал Сенцов, глазея по инерции на застреленного соседа.

— Чего? — осведомился Крольчихин, разглядывая все эти щепки… едва ли не обнюхивая их, как Мухтар.

— Мне кажется, в него из этого окна стреляли… — вывалил свою догадку Сенцов, а в душу его прокрался страх. — А топал по тёте Нине не тролль, а убийца! — сказав про убийцу, Константин почувствовал, как страх набирает липкую силу: а вдруг он ещё здесь?? И как только они с Крольчихиным зазеваются — он застрелит и их???

— Молодец! — похвалил его Крольчихин, который, кажется, никак не ощущал сенцовский страх. — Скорее всего, ты прав! Сейчас, мы Овсянкина капитально припашем — всё тут облазает мне и всё найдёт! Всё, полезли назад, нечего улики затаптывать! — распорядился следователь, откидывая крышку, чтобы вылезти на хлипкую лестничку и покинуть сенцовский подъезд.

— Алексей Васильевич… — робко обратился к нему Сенцов, тоже вылезая и стараясь не сорваться. — А вдруг это — Теплицкий?

— Что — Теплицкий? — не понял Крольчихин, слезая на перила и спрыгивая на лестничную клетку.

— Нанял убийцу? — уточнил Сенцов, а руки его были холодными как лёд и непослушными. Теплицкий нанял убийцу Сенцову, чтобы тот не лез в его дела…

— Всё может быть! — жизнерадостно сообщил Крольчихин, проворно сбегая вниз по лестнице. — Давай, Сенцов, не стопорись — время не резиновое!

Едва Крольчихин выбрался из подъезда на улицу — нос к носу столкнулся с Морозовым.

— Овсянкин уже дактилоскопировал труп! — выкрикнул он и напугал Сенцова. — Я его пальчики сфоткал, в дежурку послал, а стажёр наш пробил по базе и знаете, что обнаружил?