— Вы на месте, профессор? — осведомился этот зловещий голос.

— Д-да… — проканючил Стрелкин, топчась посреди полутёмного помещения.

— Приступайте к заданию! — сурово приказал Босс. — Отчитывайтесь о каждом своём шаге — мы должны идеально синхронизировать наши действия!

— Есть, — по-военному ответил профессор Стрелкин — работая на этого Босса он приучился отвечать по-военному, как и все остальные, кто работал на Босса.

Профессор пробросился сюда не один: Босс приставил к нему «овчарку» — своего человека, беспощадного головореза с бандитской кличкой Перевёртыш. Пробросившись, Перевёртыш тут же приставил к голове профессора пистолет, и не опускал его даже тогда, когда Стрелкин включил главный компьютер, готовый запустить спутник Босса.

Боссом был Эрих Траурихлиген. Убедившись, что очередная его марионетка заняла своё место, он взглянул на экран, привинченный к толстой стене. Экран показывал темноту ночи — пустынное пространство космодрома, где не горел ни один фонарь… Штатные электромонтёры в это время не могли понять, в чём дело — в поту чинили проводку, но ничего у них не выходило. Посередине тёмного космодрома высилась ракета-носитель, призванная вывести в космос его спутник. Скоро Стрелкин запустит её и тогда настанет время включить деосциллятор. Эрих Траурихлиген поудобнее устроился в своём высоком кресле и принялся ждать, пока учёный раскачается — времени у последнего совсем немного, минуты, пока служба безопасности космодрома разберётся, что закрался чужак и добежит до командного пункта, чтобы его схватить.

— Четыре, три, два, один… — профессор Стрелкин быстро взял себя в руки, уселся за компьютеры и уже вёл обратный отсчёт, готовый нажать последнюю кнопку и заставить ракету-носитель взмыть в ночные небеса. Перевёртыш кивнул пистолетом, призывая профессора не медлить, и Стрелкин, произнеся чёткое слово:

— Пуск! — надавил большим пальцем на красную кнопку.

Из дюз ракеты вырвалось бушующее пламя, и мрак ночи разогнало алое зарево. Вокруг стартовой площадки поднялись чудовищные облака пыли и дыма, и ракета-носитель «Атлас-5» оторвалась от земли и с грохотом полетела вверх, преодолевая земное притяжение.

— Босс, спутник запущен на околоземную орбиту! — громко сообщил профессор, когда «Атлас-5» вырвалась за пределы атмосферы и оказалась в космосе, а экран над головой Траурихлигена показывал, как ракета-носитель, выведя спутник в околоземное пространство, отстыковала его, а сама, исчерпав запасы топлива, медленно закружилась, постепенно падая назад, на Землю.

— Запускайте трансхрон! — приказал ему Траурихлиген. — Я включаю деосциллятор!

— Есть! — кивнул профессор Стрелкин, уткнувшись в свой ноутбук, запуская тот трансхрон, который установили на космдроме. Эрих Траурихлиген рассчитал его так, что коридор переброса откроется в космосе и затянет в себя только спутник.

— Трансхрон запущен! — быстро отчитался Стрелкин, как только экран его ноутбука выдал сообщение: «Запуск произведён!».

— Отлично! — ухмыльнулся Траурихлиген и свою очередь нажал кнопку — включил деосциллятор. Антенна-тарелка тут же выбросила сверхплотный пучок антиэнергии, синеватый луч с рёвом прочертил ночной воздух, над лесом пошёл грохот, а земля, словно бы, вздрогнула и жутко загудела, будто из её недр поднимался вулкан.

Иоахим Кукушников впал в ступор — стол перед его носом, стул и пол под ним заходили ходуном, стеклянный стакан свалился со стола и расквасился о металлические листы, покрывавшие пол. Под ноги технокиллера потекла вода, а он и не заметил этого — его взгляд был прикован к часам: время! Его большой палец машинально нажал на кнопку, и пол задрожал ещё сильнее. Технокиллер оказался на платформе, где кроме него самого торчал ещё и его столище с ноутбуком. Платформа поползла вверх, и потолок над головой Кукушникова открылся, образовав люк, через который виднелись огромные нехрональные звёзды. Платформа Кукушникова поднялась высоко над черепичной крышей, и его редкие волосы зашевелил страшный ветер высоты. Кукушников высоты боялся: навернулся в детстве с соседской груши и сломал себе ногу. Но технокиллер держался: он обязан был выполнить приказ Босса, потому что в противном случае, за провал, его могли высадить на кол. Платформа замерла в десяти метрах над тёмной землёй, и Кукущников уткнулся в экран ноутбука — дабы абстрагироваться от высоты.

— Запускай! — тут же разразился передатчик страшным голосом Босса, и Кукушников вздрогнул: сигнал!

Тут же он рванулся к ноутбуку и судорожно нажал «Включение» своим холодным пальцем.

— Начинаю колебания! — противным голосом заговорил прибор. — Смыкаю петлю! Открываю коридор!

Иоахим Кукушников почувствовал облегчение: он запустил трансхрон точно по сигналу Босса, теперь можно отдохнуть. Кукушников откинулся на спинку кресла, а спустя секунду — едва не свалился с платформы вниз, в далёкую, страшную темноту. Под ним, вокруг него, всё затряслось с какой-то сатанинской силой, земля, словно бы, содрогнулась в конвульсиях, что-то где-то устрашающе завыло, заревело, волна воздуха ударила так, что едва не свалила вниз тяжёлый трансхрон. Кукушников невольно испустил крик ужаса: испугался внезапного землетрясения, схватился обеими руками за толстые стальные перила.

Напуганный Карл Заммер вжался в угол, а вокруг него падала с потолка штукатурка, поднимая облака удушливой цементной пыли. От страха Заммер не мог пошевелиться, хотя ему впору было вскочить на ноги и галопировать на улицу: башня жутко тряслась и гудела так, будто бы из недр земли её сотрясал сам дьявол. Ещё парочка таких толчков — и она развалится на куски, похоронив под ними всех, кто рискнул остаться внутри…

Профессор Стрелкин сидел за пультами и слышал за запертой дверью шаги: за ним гнались. После нелегального запуска ракеты «Атлас-5» на уши вскочил весь космодром, подняли тревогу, включили сирену. Ещё минута — и чужаку не спастись — он попадёт в лапы службы безопасности, а потом… Вот они уже ломают дверь, а сирена разрывается так, что ломаются мозги.

Пик! — толстый чёрный браслет на правом запястье профессора издал писк, и в нём «ожил» малюсенький экран, показывая цифры.

Пик! — сказал браслет на запястье Перевёртыша.

ХРЯСЬ! — сломанная дверь не выдержала напора десяти человек, сорвалась с петель, обрушилась на пол…

— Стоять, ни с места! — сотрудники службы безопасности ворвались в командный пункт, ощетинившись оружием, но за пультами уже никого не было.

В небе звездою мерцал только что запущенный спутник, а генерал Канарейкин, который в эту ночь оставался на космодроме за главного, нервно мерил шагами пространство командного пункта, не отрываясь от экрана радаров.

— Запуск нелегальный… Все под трибунал отправимся, чёрт… — бормотал он, психуя, не в силах взять в толк, кто же это позволил запустить этот частный спутник без какого-либо разрешения… Откуда на космодроме вообще взялся этот частный спутник… когда его никто туда не привозил?? И кто же, собственно, произвёл его запуск??

— Придётся его сбить! — наконец генерал поборол замешательство и решился отдать радикальный приказ.

И тут мигнула лампочка на странном кубическом ящике, который был установлен на крыше приземистого ангара, торчавшего в отдалении от стратовой площадки. Под ангаром вздрогнула земля, и напротив спутника тот час же будто бы открылась чёрная дыра. Это был хронокоридор, он крутился тёмной воронкой, испуская миллиарды заряженных частиц. Спустя минуту спутник затащило в воронку хронокоридора, и он тут же исчез из виду и с экранов всех радаров.

Иоахима Кукушникова на опасной небольшой платформе швыряло в разные стороны. Платформа дрожала и страшно скрипела, грозя развалиться на части и обрушиться на далёкую землю грудой обломков и похоронить под собою Кукушникова. Технокиллер глотал страх и ужас, а в чёрных небесах над его головой, словно бы, зажглась Вифлеемская звезда: на огромной высоте, может даже в космосе, нечто вспыхнуло так ярко, что на секунду озарило ночной город, будто внезапно запылало второе солнце. Внизу послышались крики людей, а жуткий свет угасал, вспышка уменьшалась, постепенно достигнув размеров Луны. Земля тряслась и гудела, от сотрясения падали деревья, осело, превратившись в груды камней, несколько домов. В небесах всё горела страшная «звезда», а шальной ветер срывал Кукушникова с платформы, и пальцы его уже начинали коченеть. Нажать рычаг и заставить платформу опуститься вниз он не мог: когда Босс подаст сигнал — он обязан отключить трансхрон. Технокиллер вцепился в поручень изо всех сил и увидел, как со стороны леса во второй раз ударил в небо толстый жуткий луч. Земля вздрогнула особенно сильно, и тут же всё замерло и стихло: прекратилось землетрясение, улёгся ветер, утих рёв…