– Поживи, Соня, поживи.

Ольга не спрашивала имени подружки. Она, в отличие от Марка, все тогда поняла. Ну и сволочь же ее родная доченька!

Выбежав из подъезда, Соня пулей полетела на набережную. Там, все в том же ресторанчике, ставшем ей с детских лет вторым домом, поджидал Антон.

– Все пропало! – закричала она. – Ну и сволочь же моя мамочка!

Вопрос денег всегда занимал и Соню, и Сергея. Они были небогаты. Соня никогда нигде не работала. Кормила ее мать, подкармливали подружки, угощали друзья. Сергей всех ее друзей разогнал, ну не всех, так почти всех. Остался великан Антошка. Но Сергей про него, разумеется, не знал. Он даже не видел его ни разу. Антошку Соня оставила для себя, встречалась изредка в квартирке, которую снимала в складчину их неугомонная компания. Но Антошка – тот был для души, а из Сергея всегда можно было вытянуть деньги на выпивку. Когда у Сергея денег не было, Соня подчеркнуто скучала.

Сергей почувствовал это, взялся за репетиторство, но вышло только хуже. Свободного времени работа не оставляла, а надеяться на Сонькину верность не приходилось. Как-то он отыскал ее в сквере в компании прежних дружков.

– Я их случайно встретила, – объяснила она Сергею, с трудом ворочая языком.

Он не торопясь размахнулся и звонко ударил ее по щеке.

– Ах ты… – Она сначала зашипела, а потом пьяно расплакалась. – Ты меня сам бросил. Что я, дома должна сидеть, ждать, когда ты появишься?

– Дура. Я деньги зарабатываю.

– Ну и много ты заработал? Где твои миллионы? Вон Стас весь день в кабаке торчит, а зарабатывает в десять раз больше твоего…

– Это как же?

– Как, как? Об косяк. – Соня отвернулась.

– Где косяк – там решетка, дорогуша. Мне же на воле больше нравится.

Однажды он вышел с факультета и чуть не поперхнулся. На набережной стояла Соня и нервно теребила сумочку. Хлопнув себя рукой по лбу, Сергей пробормотал, что позабыл кое-какие бумаги в аудитории, и, спешно распрощавшись с коллегой, кинулся назад. Поднялся на второй этаж и посмотрел в окно. Соня по-прежнему стояла, вытянув шею в сторону двери. Ситуация дурацкая. Сейчас все его знакомые и студенты стоят на остановке. Если Соня при всех кинется ему навстречу… Страшно представить!

Он простоял так полчаса в надежде, что или она уйдет, или его коллеги разъедутся по домам. Она не ушла. Коллеги не разъехались, и кое-кто внимательно наблюдал за ним. «Скажу, что родственница», – подумал Сергей, на негнущихся деревянных ногах выходя из главного здания университета. Соня, увидев Сергея, кинулась через дорогу к нему. Он поморщился: нет, на родственницу не тянет. Она бежала, ловко лавируя между машинами, и махала поднятой сумочкой, а он продолжал делать вид, что не замечает ее.

– Эй!

Сергей резко обернулся и прошипел:

– Здесь мои коллеги, что ты делаешь? – поднял руку, посмотрел на часы, снова поднял на нее голову. – Иди в парк, я подойду через пять минут.

Соня неуверенно пошла вперед. Дура, неужели так необходимо все время оглядываться? Сергей не спеша шел к остановке. Он остановился там рядом с одним из своих аспирантов и несколько минут поговорил с ним. И только после этого, распрощавшись, направился в сторону парка.

– Что стряслось? – спросил он Соню, предчувствуя самое страшное: Дара все знает, ее мать все знает, весь белый свет все знает.

– Я придумала, где разжиться деньжатами! – радостно сообщила Соня.

– Идиотка! – разозлился Сергей. – Ты меня до инфаркта доведешь.

Напряжение резко упало, но руки все еще дрожали, а тело покрывал липкий противный пот.

– Нет, правда, я подумала… Ну как хочешь. – Она замолчала и надулась.

– Ладно, раз уж пришла и все испортила – выкладывай.

– Ты только выслушай меня до конца. Не перебивай. Я только что была в кино. Да одна, одна была. И вот там показывали…

Она принялась пересказывать сюжет. Мать вырастила сына без отца, и, кроме одного этого урода, у нее никого не было. Почему урода? Да потому, что лох был, понятно? Вот. Решил этот сыночек заняться бизнесом. Набрал товару и поехал в другой город. А там его кинули… Ну как кинули? Как всех кидают! Нет, я не поняла точно как, только в конце концов товар у него отобрали, а денег за него не дали. А брал-то он в долг, представляешь? Вернулся, а те, значит, бандиты, у которых он товар брал, его на счетчик поставили. Говорят, не отдашь в три дня – все, кранты. Мать его металась по знакомым, деньги занимала, все, что было в доме, продала. Ей эти бандиты позвонили и говорят – отнеси деньги туда-то и туда-то. Ну она так и сделала…

– Примитивнейший сюжет. И что дальше?

– Дальше? Ну отнесла она, положила, куда сказали. Вернулась домой – радуется, с сыном танцует. А на следующий день его и грохнули…

– Это за что же?

– Да, – махнула рукой Соня, – бандиты оказались другие. Другие позвонили, понимаешь. Не тем, кому нужно, она деньги снесла. Только это все не важно. Ты уразумел, как деньги выколачивать можно?

– Нет. Ты предлагаешь мою маму ограбить? Опоздала, дорогуша. Она уж лет десять как померла. Да и не было у нее ничего, что бы продать можно было…

– Почему твою? – перебила его Соня удивленно. – Мою.

Прямо так и сказала. Сергей даже плечами передернул, поежился. Надо же, родную мать девчонка кинуть собирается. Не ровен час, и до него очередь дойдет. Сергею стало страшно. Если она начнет его шантажировать, тогда отделаться от нее будет не просто. «Подожди, подожди, – уговаривал он сам себя. – Ведь она искренна. Пришла, поделилась… Значит, я еще контролирую ситуацию. К чему впадать в панику? Насмотрелась девочка западных фильмов…»

Он успокаивал себя и тут же вспоминал, как Соня всегда отзывалась о матери. Нецензурная брань по отношению к той слетала с ее языка удивительно легко. Мать – это было единственное, что мешало ей жить.

– Ты серьезно?

– Конечно. Слушай, что я придумала. Сначала я мимоходом говорю ей, что решила заняться бизнесом. Мол, беру ссуду у хорошего человека и дую в Турцию за шмотьем. Возвращаюсь, сдаю продавцу, жду, когда продаст. А продавец – тю-тю.

– Ну и что?

– Подожди. Потом я разыгрываю панику – обзваниваю знакомых, занимаю деньги, плачу. Тогда она обязательно спросит, в чем дело. Ну я и признаюсь ей, мол, если не верну деньги в срок, ищи меня в Неве.

– И ты думаешь, это сработает?

– А почему нет? Моя матушка, может, и стерва порядочная, но сидеть и ждать, пока родную дочку пришьют, не будет.

– И чего ты этим добьешься? Ну займет она денег у кого-нибудь, отдаст тебе. Но потом ведь все равно все поймет.

– В этом-то и фокус. Сумма должна быть такой, чтобы не у кого занять было. Скажем, пять тысяч долларов.

– Смешная. Где же она столько возьмет?

– Пусть квартиру продаст. Тогда мы убиваем двух зайцев сразу: во-первых, деньги, во-вторых, мать к родителям уедет жить.

– А ты на улице останешься?

– Я перекантуюсь по подружкам несколько месяцев, а потом скажу, что замуж вышла, куплю однокомнатную.

– Соня, зачем тебе деньги?

– Надоело! Все надоело! Это ведь начальный капитал. Мы с тобой что-нибудь придумаем с этими деньгами. Откроем свою фирму, ну хоть как у твоей жены.

Сергей подумал немного.

– А какую роль ты приготовила для меня в этом спектакле?

– Забрать деньги! Я же в это время прятаться буду, от бандитов якобы. Не могу же я сама все… Она не поверит.

– А вдруг она в милицию обратится?

– Не, она ее на дух не переносит.

– Ты сумасшедшая.

Через три минуты после того, как Сергей запрыгнул в троллейбус и тот отъехал от остановки, Соня шмыгнула в ресторанчик.

– Все получилось, – сказала она парню, одиноко сидящему за столом с бокалом вина. – Он согласился.

– Молодец, – похвалил Антон. – Так держать. А кто будет звонить?

– Есть тут кое-кто, старый дружок. – Соня показала глазами на столик в углу зала.

Антон обернулся. Он не раз видел этого типа, но понятия не имел, что Соня с ним знакома.