- Я не хотел тебя оскорбить, прости - глухо произнес Кастул, не отрывая рук от лица. - Это все вино, оно плохо на меня действует. Но я точно собираюсь сегодня напиться. Пожалуйста, составь мне компанию.

Сам не понимая зачем он это сделал, Кастул попросил Аудакса не уходить. Чувства, испытываемые им в тот момент описать сложно. Помесь раздражения, печали, злобы и какой-то неясной надежды. Может, Аудакс его простит?

- Хозяйка, наливай еще вина, - вместо ответа крикнул трктирщице Аудакс, и той же самой бодрой походкой вернулся к другу и уселся напротив него.

Они долго выпивали в полной тишине, не решаясь ничего сказать друг другу. Точнее, не решался Кастул. Аудакс же спокойно сидел рядом, молча подливая вина себе и ему. Он ждал, когда его товарищ начнет говорить. И даже примерно мог предсказать, что тот скажет.

Но гнетущее молчание все никак не разрешалось, даже по мере того как амфоры пустели. Аудакс пил охотно, тем более вино ему нравилось. Постепенно по телу разливалось приятное тепло, и начала кружиться голова. Его развозило, и постепенно становилось безразлично скажет ли что-то Кастул за вечер или нет. Но когда молчание достигло своей критической точки (это наступило после пятой опустошенной амфоры) Кастул наконец начал говорить.

- Прости меня, - изрек он, поднимая на друга пьяный взгляд. Аудакс обратил внимание на то, как покраснели и опухли его глаза.

«Интересно, с чего бы это?» подумал он. «Неужто это то, что я думаю?». Конечно, он предполагал что Кастул испытывает определенные переживания. Он понял это сразу, когда тот вспылил в начале встречи.

- Я ничтожество, - спотыкаясь на каждой букве, продолжил Кастул. - Мне не стоило тогда, - он осекся. - В общем ты понимаешь, все.

Аудакс согласно кивнул. Да, понимает. Любой может совершить ошибку, но не каждый может ее осознать и принять. И попросить прощения. Но вот незадача, разбитая чаша не станет такой же как прежде, даже если ее склеить. Это Аудакс понимал тоже. Как и то, что его выбор открыть кому-то свою душу был ошибочным.

Кастул все говорил и говорил без остановки. В основном нес какую-то сбивчивую чушь, смысл которой был не очень уловим но Аудакса это не особо волновало. Пора было пресечь этот поток.

- Ладно, - сказал он. - Такие как я не прощают другим ошибок.

Кастул замолчал, и открыл было рот чтобы что-то сказать, но осекся. Он выглядел ошарашенным и напуганным.

- Ты это прекрасно знаешь,  - перебил его Аудакс, - Но сегодня все будет по-другому. Я выслушал тебя, и готов простить.

С этими словами он наконец встал из-за стола, оставив удивленного Кастула обдумывать его слова.

- Бывай, легионер, - небрежно бросил он на пороге. - Даст Юпитер, свидимся да еще потолкуем.

И тем же бодрым шагом направился прочь из таверны, не оборачиваясь на пьяные возгласы за спиной.

За оставшийся вечер ему предстояло много о чем подумать.

Позднее, вернувшись в расположение лагеря, он встретил Крысобоя.

Центурион широкой походкой двигался по лагерной виа претория в сторону ворот. Сегодня он оставался за старшего дежурного. Аудакс, шагая ему навстречу разглядел грозное выражение на лице начальства. Очевидно, Крысобой пребывал не в лучшем настроении и в такие минуты лучше бы с ним не сталкиваться. Но Аудакс не боялся командира. Подняв голову и расправив плечи он уверенно двинулся к нему.

- Приветствую тебя, командир! - произнес он, и  остановившись вытянулся по стойке смирно.

- Вольно, - отмахулся центурион. При виде любимого оптиона лицо его заметно стало менее суровым. Аудакс был его правой рукой, фактически помогал ему в выполнении обязанностей.

А у центуриона головной боли всегда хватает: Крысобой был единственным человеком ответственным в своем подразделении буквально за все. На нем висели все вопросы снабжения, денежного довольствия легионеров (вплоть даже до похоронных денег), обеспечение оружием и доспехами. Грамотный помощник был для него незаменим. Мало того, что этот Аудакс помимо своих боевых отличий, был еще и сообразительным парнем.

- Ты где был? - спросил центурион.

- Виделся с другом, -немного помявшись, ответил Аудакс. Ему вдруг стало почему-то очень неприятны эти вопросы. Сейчас еще, думал он, начнется выяснение, что за друг, откуда.

 Крысобой знал, что в подразделении Аудакса считали отбитым психом и не смотря на его героизм, общения предпочитали избегать.

- Старый друг, служил у нас раньше, потом перевелся, - все же пояснил он, поймав на себе выжидательный взгляд Крысобоя.

Вот так всегда. У центуриона взгляд тяжелый. Как посмотрит, да так что ничего скрыть уже не получится. Проще самому все рассказать. Но ведь Аудакс не сделал ничего плохого! Его не за что наказывать или даже осуждать. Просто встреча с сослуживцем.

- Кто таков? - Марк наморщил лоб и взглянул на него с неодобрением. Интересно, почему?

- Гай Кастул, - неохотно ответил Аудакс.

- Хм, -не знаю такого, - на секунду задумавшись ответил центурион. - Но в любом случает, тебе следует тщательно подходить к выбору друзей.

Последние слова он выделил особенно, словно пытаясь подчеркнуть новый статус Аудакса.

Оптион - это вам нам не простой легионер. Большим счастьем и карьерным достижением считалось стать помощниклом командующего центурией. Случалось даже такое, что центурианы, когда освобождалась вакантная должность, брали с легионеров деньги для протекции.

А тут Крысобой сам Аудакса выбрал. Впрочем, это было объяснимо, как думал Аудакс. Они с ним похожи. Тот тоже не простой человек. Порой слишком яростный. Беспощадный к врагам, но за своих порвет любого. Настоящий отец-командир. Наверное, таким и должен быть правильный центурион.

- Есть! - без тени сомнений согласился Аудакс. Ему ужасно не хотелось рассказывать о той встрече. Более того, он бы мечтал быстрее слинять, так как намеревался всерьез поразмыслить на тему Кастула. Он не знал, как ему поступать. Гай изменился. Но в течени этих лет Аудакс никак не мог его забыть.

А что касалось Крысобоя...Иногда Аудаксу казалось даже, что центурион мог бы неправильно это понять. Если бы они с ним были в равных условиях, то возможно могли бы верными друзьями.

- Перестань, парень, - хмыкнул центурион, - ты не на плацу, расслабься.

-Кстати,-как бы невзначай продолжил он,-для нас с тобой есть работа.

- Будет сражение? - спросил Аудакс. Он уже знал, что Крысобой подразумевает под «есть работа». Вероятно, опять придется с кем-то биться.

- Да, - кивнул центурион, - неподалеку отсюда варвары взбунтовались, и перерезали пару поселений. Надо будет сходить и разобраться с ними.

-Ясно.

Предположения Аудакса подтвердились. В этом не было ничего удивительного, Германия - неспокойная земля. Тут периодически случается нечто подобное.

 Видимо, дикие племена опять решили что могут противостоять силе Рима и наказали тех, кто по их мнению был «прихвостнями Империи».

Мирное германское поселение, бывшее римской колонией. Довольно глупый поступок, - подумал про себя Аудакс, - эти варвары всерьез считают, что смогут противостоять дисциплинированной армии. Слишком громко называть предстоящее «сражением». Скорее, стычка. Но все равно Аудакса радовала перспектива вступить в бой. Возможность получить воинское отличие никогда не бывает лишней.

-Как надолго мы уходим?-поинтересовался он.

- День, - поморщился Крысобой. - К вечеру вернемся. По докладу разведчиков, их всего несколько сотен. Они засели в деревне и планируют двинуться дальше разорять окрестности. Так что выбить их оттуда надо побыстрее. Думаю, мы справимся. - Он ехидно улыбнулся. - Тем более, в составе двух когорт.

-Двух когорт?!-не удержавшись воскликнул Аудакс,-а кто еще будет?

Крысобой заметно насторожился, и взглянул на легионера удивленно.

- Вторая когорта, - ответил он. - Что тебя смущает? Или ты вздумал обсуждать приказы командования?

Нет, не вздумал. Он прекрасно понимал для чего посылают такую толпу против пары бродяг. Во-первых о планах варваров точно никто не знает, а во-вторых для устрашения. Эти дикари боятся силы, огромной силы Рима. Так что скорее всего просто убегут. Его волновало не это.