–Валюта, доллары и евро, открывают самые прочные и неприступные двери депутатских и чиновничьих кабинетов, – заверил Лещук. – Поэтому в парламент по партийным спискам прошла алчная орда родственников, кумовьев, сватов и прочих плутов и недоумков с купленными дипломами, учеными и почетными званиями и наградами. После развала царят беспорядок, коррупция и бардак. Политическая «элита» живет и действует не по законам, а по понятиям. Глядя на них, также жируют местные депутаты и чиновники. Я в депутаты не попал, за проходное место в списке требовали большие бабки, а у меня в кармане вошь на аркане. Так может на этот раз повезет– стану президентом. Чем я хуже других? Тоже хочу кушать хлеб с маслом и икрой, не кабачковой, а черной и красной. Дайте и мне хоть немного порулить, если не страной, то хотя бы коммерческой фирмой.

– Вы не открываете Америку, это общеизвестно, – парировал его реплику и.о. президента. – Только где ж их взять в семи, шестизначных цифрах? Такие деньги с неба не упадут и на дороге не валяются.

– Возьмем долгосрочный под выгодные проценты кредит в банке, – не отступал Павел Иванович.

– Кредит очень сердит, – неожиданно для всех в рифму изрек Тяглый и пояснил. – Банки неохотно расстаются с валютой и, если предоставляют кредит, то под высокие проценты и в залог потребуют недвижимость и другие материальные ценности. Очень большой риск и есть опасность оказаться банкротом, пойти с молотка. Мы не вправе ставить под удар благополучие своих акционеров.

– Обойдемся без авантюрных экспериментов, – поддержал Рэма Анисимовича Дробицкий. – Радужные обещания райской жизни, прозвучавшие из уст Лещука, мне напомнили анекдот. Спрашивают, сколько килограммов яблок съест слон? Отвечаю: слопает он много, центнер, а может и два. Да только кто ему столько даст.

В зале дружно рассмеялись, вдохновив Серафима и он продолжил развивать мысль, нанося нокаутирующий удар:

– Вот и вы, Павел Иванович, сгоряча не разобравшись в ситуации, наобещали всем златые горы и реки полные вина. Лучше синица в руке, чем журавль в небе. А Тяглого мы столько лет и зим знаем, грамотный, семь пядей во лбу, осторожный, семь раз отмеряет, прежде, чем отрезать, не лезет на рожон. Верно, говорят, только Рэм Анисимович, не обижайтесь, такова присказка, старый конь борозды не испортит.

– Правильно, правильно! – послышались возгласы акционеров.

– Надо выбирать Тяглого, мы его знаем, не подведет, а Лещук в фирме без году неделя и в финансовых делах дилетант, может наломать кучу дров со своими бензовозами и водочными и табачными изделиями, – заявил Крот, уловив перемену настроений в зале в пользу Рэма Анисимовича и аргументировал свои предпочтения. – Беда в том, что на нефть и водку, как мухи на мед, слетаются инспектора, ревизоры и контролеры фискальных органов, милиции, ГАИ, ДПС, прокуратуры, КРУ, налоговой и экологической инспекций, пожнадзора, санэпидемстанции. Да и рэкетиры сядут на шею под предлогом обеспечения «крыши» от наездов конкурентов и криминальных структур. Каждый постарается свою пайку от нашего пирога отхватить и нам ничего не останется, сожрут с потрохами. Поэтому овчина выделки не стоит.

– Отобьемся, у меня надежные связи, – без прежнего энтузиазма, поняв, что удача змеей выскользнула из рук, произнес юрисконсульт.– Тогда вы станете жить в достатке и роскоши, как белые люди, не будете считать жалкие гроши, чтобы при постоянном росте цен и инфляции хватило от зарплаты до зарплаты. А Панкрат позабудет о пропахших мочой и брагой кабаках, превратиться в завсегдатая казино, элитных ночных клубов, ресторанов. Вместо паленой водки и зеленой бормотухи будет пить армянский коньяк, «Наполеон», «Жан-Жак» и другие дорогие и изысканные спиртные напитки. Но в том случае, если окажите доверие.

– Браво, Павел Иванович! – зааплодировал Хребец. – Предлагаю голосовать за господина Лещука. Он – мужик надежный, упрямый, как вол или конь-тяжеловес. Выведет фирму вперед по всем технико-экономическим показателям. Главное – увеличится прибыль и возрастут дивиденды. Всегда будет, что выпить и плотно закусить.

– Панкрат Лукич, коль ты самозванец, то есть самовыдвиженец то твой черед излагать программу, – напомнил Крот. Хребец лихо, почти галопом проскакал через зал и оседлал трибуну.

– Дорогие граждане, земляки! Я тоже лыком не шит и долго размышлял над тем, как провернуть дело, чтобы деньги не к олигархам-мошенникам, а к нам сами поплыли, – признался Панкрат. – И придумал ноу-хау. Если вы сделаете меня своим президентом, то я перепрофилирую здание нашего офиса в отель с пятью звездочками, как коньяк. Часть помещений будем сдавать в аренду под казино с рулеткой и игровыми автоматами, салоны красоты, брачные и модельные агентства, сауны и бильярдные, а номера состоятельным господам и женщинам для интимных встреч. Питейно-развлекательный бизнес, построенный на потребностях и азарте богачей, страдающих лудоманией, не менее прибыльный, чем нефтяной и водочный…

– Панкрат Лукич, ты никак с глузду зьихав?! – возмутилась Бабей. – Тож будэ ни офис, а публичный дом для распутных баб. Дэ мы будэмо працюваты? Поруч со шлендами.

– Тамара Львовна, а тебе, какая разница, главное, чтобы деньги платили, они ведь не пахнут, – отбил атаку Хребец.

– Панкрат, пошел ты к черту со своим ноу-хау. Так договоришься до того, что предложишь заняться сбытом наркотических и психотропных веществ, – бросил реплику Дробицкий.

– Между прочим, прекрасная идея, – оживился акционер и сообщил. – Наркобизнес после продажи оружия по прибыльности занимает второе место, а уже потом следует проституция. Но в нашем отеле можно будет и гейшам выделить офис, чтобы обслуживали гостей.

– И тот же Зуд, въедливый, словно кислота, всех нас повяжет и отправит по этапу на нары и казенные харчи, – нарисовал мрачную перспективу юрисконсульт, похоронив «прекрасную» идею. – Я сам десятка три-четыре наркоманов и содержателей притонов загнал в ИТК и не желаю с ними встретиться за «колючкой». Противно и аморально зарабатывать на проститутках, лудоманах и наркоманах. Мы – не сутенеры, а порядочные люди. Правильно я говорю?

– Правильно! – послышались возгласы из зала.

– Как хотите, ради вас же мозги сушу и парюсь. Думаете, Панкрат, за свою шкуру дрожит? – вошел в раж оратор. – У меня за вас, страдальцы, душа болит. Если наша фирма лопнет, как мыльный пузырь, то я без работы не останусь. У меня светлая голова и золотые руки. Недавно один предприниматель предложил обслуживать два био-туалета для мужиков и баб, так я отказался. Понял, что при плохой кормежке людей на их дерьме много не заработаешь. К тому же, наш сообразительный народ привык справлять нужду за углами и под кустами....

– Панкрат, кончай разводить демагогию о туалетах. Соблюдай правила приличия! – осадил его Крот.

– Вы еще горько пожалеете, что меня не послушались, – покидая трибуну, обиделся Хребец на акционеров, не оценивших его инновационный проект. – Вы – близоруки и не способны видеть перспективу. Я беру самоотвод, снимаю свою кандидатуру в пользу Лещука.

– Прошу раньше времени ни агитировать, каждый сделает свой выбор. Дамы и господа хорошие, предлагайте больше кандидатур, – оживился за столом президиума польщенный Крот.– Должна быть альтернатива, иначе никакой демократии и выбора. Не интересно, когда все наперед известно. Какие мнения по поводу Лещука? Включаем его в бюллетень для голосования?

– Павел Иванович, хоть и успел отличиться, отстаивая интересы фирмы, однако работает в ней без году неделя,– заметила Бабей. – Пусть еще проявит себя, поработает в прежней должности, а потом и за продвижением по служебной лестнице дело не станет. Ника Сергеевна не торопилась с новыми назначениями, а присматривалась к людям, оценивала их потенциальные возможности.

– Мы включим юриста в бюллетень, ибо не имеем права лишать его шанса,– разумно заметил Вениамин Яковлевич, памятуя о том, что с юрисконсультом всегда можно сообразить на двоих, а с Рэмом каши не сваришь.– Что касается сроков работы, то вопрос весьма спорный. Другой сотрудник и за десять лет неспособен себя достижениями проявить, а другому и несколько месяцев достаточно, чтобы наворочать кучу дел.