И вдруг сквозь этот рычащий голос Эйприл услышала голос настоящего Ника Рейн­боу, который отчаянно сопротивлялся все­лившемуся в его тело бесу:

-   Эйприл, спаси меня, помоги мне...

  Девушка решила действовать.

-   Уброз, ключ находится у меня на рабо­те! - громко произнесла она. - За семью печатями, - на всякий случай добавила де­вушка.

-   На какой еще работе! - Ник Рейнбоу опять зарычал по-звериному, потом быстро задышал, и вдруг его тело стало медленно подниматься над полом. У Эйприл от удив­ления округлились глаза.

  Ник Рейнбоу поднялся на высоту более мет­ра, продолжая то рычать, то прерывисто ды­шать.

  «Очевидно, бес еще не окончательно овла­дел телом Ника Рейнбоу, - подумала де­вушка, - поэтому-то и происходят разные нетипичные проявления одержимости».

  Внезапно Эйприл озарила идея. Пока Ник Рейнбоу не замечал ее, девушка выбежала на кухню и раскрыла аптечку. Только бы она нашла то, что искала. Ей нужен был шприц и любое сильное снотворное... К сво­ему счастью, она увидела в аптечке и то, и другое. Правда, реланиум, ампулы которого находились в аптечке Ника Рейнбоу, не яв­лялся снотворным. Это вещество спортсме­ны иногда употребляют, чтобы лучше рас­слабиться после утомительной тренировки или проигрыша.

  Эйприл зарядила шприц лекарством, вы­бежала в комнату и увидела, что Ник Рейн­боу, зависший над полом, дергается в кон­вульсиях. Девушка воткнула ему шприц в бедро и впрыснула содержимое.

  Когда Ник, он же Уброз, перевернулся ли­цом вниз, Эйприл шарахнулась от него, как ошпаренная. Лицо боксера начало изменять­ся, преобразуясь в морду клыкастого зверя. Эйприл поняла, что сейчас из тела Ника Рейнб6у может выйти звероподобное чуди­ще, с которым ей одной не справиться.

  Эйприл еще раз наполнила шприц реланиу­мом и впрыснула лекарство в другое бедро.

-   Ну опустись, я прошу, - шептала де­вушка, взяв за руку висящего в воздухе бок­сера. Она в достаточной мере убедилась, что в теле Ника Рейнбоу присутствует нечистый дух, которого можно было еще изгнать, а потом с помощью световой ловушки перене­сти и запереть в приемник-хранилище.

  Реланиум начинал действовать. Мышцы бок­сера обмякли, и он начал опускаться на пол. В горле у него глухо клокотало. Бес не мог управлять обездвиженным уколами телом.

  Обрадованная успехом, Эйприл ввела в те­ло боксера еще две ампулы реланиума и бросилась к телефону вызывать ловцов и уничтожителей нечистой силы.

  Черепашки-ниндзя примчались на помощь за двадцать минут. Они окружили обездвиженного боксера аппаратурой и подготови­лись к выходу беса.

-   Постойте, друзья! - воскликнула Эйприл. - Давайте попытаемся расспросить Уб­роза о всех делах, которые творятся сейчас в этой квартире, а также в соседней. Чувст­вую, все это неспроста.

   Подобным хитрым способом удалось уз­нать, что именно Луиза, соседка боксера, в которую уже вселилась Белая Дьяволица, и является хранительницей ключа. Именно ей поручалось отпереть ворота, через которые в наш мир должен был прийти хозяин нечис­ти Глазороrг Хребетожилый, или, как его на­зывали сами нечистые силы, Окулост Вер­тебрахил. Одного взгляда этого существа было достаточно, чтобы земной предмет, будь то просто предмет, человеческое тело, даже це­лый грузовик или теплоход, бесследно исче­зали, препровожденные в иной мир.

-   Где же хранительница ключа?

-   Она пришла...

-   Ник, послушай, это я, Эйприл, я при­шла тебе помочь. У меня нет никакого клю­ча, и я не являюсь его хранительницей. Где твоя соседка Луиза?..

-   Не знаю, - страдальчески прошептал Ник Рейнбоу. От передозировки реланиума он едва ворочал языком.

-   Что мы будем делать с ним? - спросил Леонардо.

-   Пока действует лекарство, - сказала девушка, - Ник в безопасности. Но как толь­ко реланиум распадется в его организме, бес снова попытается овладеть его телом, и то­гда боксер может погибнуть.

-   Сколько будет действовать лекарство? - поинтересовался Микеланджело.

-   По крайней мере, до утра.

-   Тогда мы можем спокойно поспать...

-   Нет, спать мы не можем... Вы думаете, что я вас обманула. Сказала, что поеду к тетушке за книгами из матросского сундуч­ка, а сама устроила свидание? - спросила Эйприл у друзей - черепашек.

  Юные мутанты молчали.

-   Так вот, - произнесла девушка. - Я действительно была у тетушки Харвинд, и она многое мне рассказала.

-   Что именно? - задал вопрос Леонардо.

-   А то, что сундучок принадлежал ее прадеду, который приехал в Америку и бесследно исчез при таинственных обстоятельствах. А книга - вот она.

  И Эйприл с этими словами показала чере­пашкам-ниндзя увесистый сверток.

-   Сейчас же проверим психодетектором! - воскликнул Микеланджело.

  Стрелка прибора зашкалила.

-   А что в ней написано? - поинтересо­вался Леонардо.

-   О приходе Окулостома Вертебрахила.

-   Это означает конец света? - вздохнул черепашка.

-   Что-то вроде этого. Мы с Микеландже­ло займемся книгой. Ее нужно обследовать в лаборатории, проверить, на самом деле это древняя магическая книга или поздняя подделка, - произнесла Эйприл, - а ты, Лео, подежуришь возле Ника до утра. Утром мы будем знать, что нам предпринять.

 Глава 16. Тело напрокат

  А Луиза после того, как возле ресторана «Лебединая песня» в нее втиснулось чудови­ще, поднялась с земли и, как ни в чем не бывало, побрела от ресторана прочь. Девуш­ка уже четко осознала, что она теперь не частный бухгалтер Луиза Уотер, а Белая Дья­волица - хранительница ключа от ворот, через которые должен прийти хозяин нечис­ти - господин Глазорот Хребетожилый, он же Окулостом Вертебрахил, - чтобы разру­шить этот мир.

  Внутренний голос подсказал Луизе, что ей нужно найти привратника, но она пока не знала, где его искать и как он вообще вы­глядит. Именно поэтому она начала приста­вать к прохожим, разумеется, мужского по­ла, и спрашивать у них:

-   Ты привратник?

  Те удивленно смотрели на нее, трогали бровь, что означает в Америке сумасшест­вие, и отходили прочь.

-   Я - хранительница ключа! - кричала Луиза, хватая мужчин за руки. - Я опо­здаю к приходу своего повелителя. Помоги­те мне найти привратника....

  От одной ревнивой женщины она едва не получила оплеуху, но невинный взгляд Луи­зы, напоминающий взгляд младенца, спас ее от этого «удара судьбы». Женщина, рва­нувшаяся к Луизе, чтобы вцепиться в ее ли­цо ногтями, остановилась, пораженная яс­ностью и чистотой глаз девушки.

  Единственным существом, как показалось Луизе, которое поняло ее, был каурый по­ни. Он не сделал ей ничего плохого и даже не оскорбил презрительным взглядом. Днем пони, по кличке Амбросий, катал в город­ском парке детишек, а вечером на пони бы­ли не прочь прокатиться и взрослые, посколь­ку днем они стеснялись своих детей.

  Каурый пони был своеобразной достопри­мечательностью городского парка. О заме­чательной лошадке даже была сочинена песенка, припев которой был следующий:

Каурый пони,

Родом из Японии.

Скачет по кругу,

Ищет подругу.

  Никто не знал, был ли пони на самом деле из Японии, но песенка вошла в число шля­геров.

  Вот с этой-то лошадкой Луиза и пыталась найти общий язык, хотя пони был мало по­хож на того, кого на самом деле, искала одер­жимая Белой Дьяволицей бедная девушка.

-   Ты - привратник? - спрашивала Луи­за у пони. - Я - Белая Дьяволица, бес­сменная хранительница ключа Глазорота Хребетожилого.

-   Иго-го! - ответил пони, что по-лоша­диному означало «нет, милашка, ты ошиб­лась...»

  Луиза не поняла с первого раза и повтори­ла вопрос:

-   Ты - привратник?

  Амбросий хотел было заржать погромче и более внятно, но Боб Краббен, хозяин лошад­ки и кучер одновременно, грубо крикнул:

-   Эй, девушка! Эту лошадь зовут Амбро­сий. Если хочешь покататься, договаривай­ся со мной...

  Луизе не понравился тон, которым обра­тился к ней хозяин каурого пони. Да и к тому же девушка совершенно не думала ка­таться, ей позарез нужно было найти Убро­за, который был привратником.