В дверях Колдун посторонился, дав гостю прой­ти вперед.

Кара ждала в гостиной. Если Билли и был сму­щен встречей со своею бывшей женой, то ни одним жестом не выдал этого.

— Как живешь, Кара? — спросил он.— Выгля­дишь ты отлично! Как к тебе относится твой су­пруг?

— Ты, очевидно, приехал сюда не для того, что­бы задавать нескромные вопросы, Билл,— сказала Кара.— Хочешь выпить?

Билл сжал губы. Помолчав, сказал:

— Здешние жители, островитяне, раздражают меня. Весь вертолет испятнан отпечатками паль­цев. С тех пор, как возникло человечество, они ни на шаг не продвинулись вперед по пути цивили­зации. Тунеядцы в прямом смысле слова. Имеют все, что необходимо: рыбу и кокосовые орехи, растущие у самого порога. Даже этот чертов остров им построили коралловые полипы.

— Своим существованием мы тоже обязаны раз­личным деревьям, растениям, животным и даже дождевым червям,— заметила Кара.

Билл улыбнулся:

— Я не разделяю твоей сентиментальной теории, Кара... и твоей привязанности к этому острову.

— А ведь мы и не приглашали тебя сюда, Билл,— резко сказала Кара.

Появился супруг Кары, человек с лицом Колду­на. Он присел рядом с Карой, и некоторое время все трое молчали, рассматривая друг друга.

— Зачем ты приехал? — спросил Колдун.

Вдруг Билл схватился за пистолет, висящий у него на ремне.

Колдун резко встал.

— Сядь! — приказал Билл.— Сядь и слушай. Если не хочешь, чтобы в скором времени газеты сообщили, что во время купания между тобой и акулой не было достигнуто взаимопонимания. Ты не то делаешь, приятель. Но ты можешь жить спокойно, если будешь вести себя благоразумно. Что тебе нужно?

— Это тебе что-то нужно. Лучше объясни все по-порядку.

— Я не знаю о твоей затее воспользоваться мик­робом бессмертия. Я тоже занимаюсь этой пробле­мой... Объясни, как купить твое молчание?

Колдун посмотрел на Кару. Понял, что она сбита с толку. Перед нею стояли два человека, жизни которых сплелись с ее собственной жизнью.

Колдун сказал:

— Билл, почему ты думаешь, что разговор меж­ду нами может проходить только под дулом писто­лета?

— Потому что мы — похожи... Мы с тобой одно целое... У нас общий путь. Но идти по этому пути может только один из нас.

— О чем ты говоришь, Билл? — подняла глаза Кара.

— Я говорю о пути в вечность! — выпалил Билл.

— Если так — убирайся! — Кара быстро взяла пистолет за ствол и, выхватив его, с отвращением отшвырнула в угол комнаты.

Билли решил игнорировать Кару — это был единственный путь сохранить чувство собственно­го достоинства. Он обратился к Колдуну:

— Ты это серьезно? Ты действительно настолько глуп, что не понимаешь, о чем я говорю?

Кара подошла к Колдуну и, не глядя на Билла, произнесла:

— Билл, тебе лучше отправиться домой. Мы здесь не любим тех людей, которые нам угро­жают.

— Оставь, Кара,— сказал Колдун.— Давай-ка все же выясним, какую гениальную идею он вы­нашивает.

— Что же ты задумал, Билл? — спросила Ка­ра.— Что-то ужасное? И это касается меня, ведь верно?

Настойчивость Кары возвратила Билли самоуве­ренность.

— Нет, Кара, нет! Тебя это совсем не касается. К тебе я давным-давно потерял всякий интерес. Гораздо раньше, чем ты ушла от меня...— Билл тяжело встал и подошел к карте Мира, висевшей на стене.— Взгляни-ка сюда,— сказал он, обра­щаясь к Колдуну.— Ты проследил свой микроб бессмертия на всей поверхности океана, кроме одного места, одного моря...— Он ткнул указатель­ным пальцем в карту.— Вот это место. Ты еще ни о чем не догадываешься?

Колдун нахмурился.

— Насколько я знаю, в северном полушарии нет пингвинов,— сказал он, взглянув на место, куда указывал Билл.

— Ты никогда не видишь того, что творится у тебя под носом!— засмеялся Билл.— Я нашел спо­соб заражать микробом бессмертия людей... Вот и все! — сказал Билл.— А ты все носишься со своими пингвинами... Нет-нет, тебе никогда не об­ставить меня! Никогда! В моих руках будут судь­бы всего человечества.

— Как же ты добился этого? — уязвленно спро­сил Колдун.

— Циркуляция крови!

— Что?

— Ничего. Это не имеет значения. Это просто метафора.

— Билл... Неужели... Ты и сейчас... Ну, то есть... он у тебя в крови? — воскликнула Кара.

— Не бойся назвать это своим именем, Кара,— сказал Билл.— Да, у меня в крови микроб бес­смертия.

Колдун задумался. Наконец сказал:

— Ты, Билл, конечно, настоящий ученый. Но и настоящий авантюрист.— Я, разумеется, понимаю, что теоретически допустимо привить микроб чело­веку. Мы с Карой недавно говорили об этом. И зна­ешь, что пришло в голову? Ведь никто не чувствует себя нравственно готовым отвечать за собственную психическую жизнь на протяжении, ну, скажем, нескольких сот лет...

— Детский лепет! — сказал Билл и направился в дальний угол комнаты, чтобы поднять с пола пистолет.

Но прежде, чем Билл успел положить оружие в карман, Колдун перехватил его руку.

— Я пристрелю тебя! — крикнул Билл.

— Отдай пистолет, и тебе не придется подвер­гать себя искушению,— ответил Колдун.— Ты хо­чешь сохранить в тайне секрет микроба бессмер­тия, не так ли? — спросил он у Билла.

— Я храню это в тайне уже пять лет. Не один я. Сейчас нас пятьдесят. В большинстве — мужчины. Лишь несколько женщин. И прежде чем секрет перестанет быть секретом, мы станем еще более могущественными. Нам нужно всего несколько лет... Через пять лет мы станем диктовать наши условия всему миру, а лет через семь я буду пра­вить Вселенной!

— Ты сумасшедший!—воскликнула Кара.— V Твой путь — путь к гибели...— Но, тотчас взяв себя в руки, она предложила: — Пойдем, Билл, я по­кажу тебе китов.

Билл посмотрел долгим взглядом на нее, за­тем на Колдуна как бы размышляя, принесет ли ему прогулка какую-нибудь полезную информа­цию. И, очевидно, решил, что принесет. Встал и по­шел за Карой и Колдуном.

После темной комнаты яркое солнце ослепило. Вокруг вертолета все еще гудела толпа, засыпая вопросами пилота.

Кара, Билл и Колдун прошли мимо. Не останав­ливаясь, Кара вела мужчин прямо на северо-запад­ную оконечность острова. Берег был крут, они не могли видеть ничего, кроме остовов старых кораб­лей. Корабли эти казались еще более старыми и безобразными из-за туш, лежащих на берегу. Пять погибших китов. Два выбросились на берег недав­но и еще не успели сгнить. Светились черепа и кости в тех местах, где местные жители вырезали мясо. Три кита лежали здесь уже давно. От них не осталось ничего, кроме скелетов да лохмотьев пересохшей кожи, при легком бризе вспучиваю­щихся на реберных костях подобно занавескам.

— Зачем ты привела меня сюда? — вспылил 1 Билл. Его массивная челюсть нервно двигалась.

— Преподать урок жизни,— ответила Кара.— Ради твоего же блага. Ради блага всех нас,— до­бавила она, взглянув на Колдуна.— Посмотри на работу времени, Билл... Самые крупные существа, обитающие на планете Земля... Посмотри на их скелеты!

Билл шагнул в огромную клетку и, когда случай­но задел локтем кость, та заскрипела подобно ста­рому дереву.

— Сердце билось как раз здесь, Билл..— ска­зала Кара.

— Я не понимаю, зачем все это,— хмыкнул Билл.

— Пять гигантов гниют здесь, может быть, по­тому, что в далеких северных водах они заразились микробом...

— Что?!

— Послушай меня, Билл! — заговорила Кара.— Я видела многих китов живыми и могла бы под­робней рассказать об их самоубийстве... Но не стану... Не сейчас... Послушай, Билл... Ведь что-то гонит китов, что-то заставляет их выбрасываться на берег. Заставляет умирать со вспоротыми о рифы животами... Валяться здесь такими, какими ты их видишь сейчас. Останься до следующего полнолуния, Билл, и ты увидишь самоубийство голубых китов...

— Ну, и почему же киты убивают себя? — спро­сил Билл, глядя на Кару.

— Они страдают... Страдают, Билл... Страдают, заразившись микробом бессмертия. Конечно, этот микроб продляет жизнь. Но мы не можем сказать, к чему приводит заражение бессмертием. Ты бо­ишься состариться раньше, чем заразишься микро­бом, Билл... У тебя как бы не хватает времени до конца проверить его действие... Возможно, ты собираешься жить тысячи лет... Возможно, так и будет... Но мало ли что еще может с тобой про­изойти? Что случилось с этими бедными животны­ми? Все, что ты сделал, Билл, это ужасно. И по­верь, тебе еще придется расплачиваться за свое легкомыслие...