Настороженный шумом, он обернулся. По тропе мчался оранжево-черный берлик, окруженный несколькими стражниками, устало бегущими по камням. Похоже, они сопровождали важную особу из королевства Пасторель. Ехали через Вархронт! Сумасшедшие.

Запрыгнув на облучок, Аварус взял поводья и свернул в чащобу. Заприметив темный, накрененный берлик, придержал единорогов. Рядом с обездвиженной повозкой горел костер. Возле него топтался худой парень и недоуменно разводил руками, вздыхая над двумя половинками расколотого колеса.

Аварус набросил на единорогов накидку, чтобы не светились своей белизной и не привлекли внимания.

—  Пьипон, ну что со сломанным колесом делать-то будем? – подошла к парню женщина. – Калель сердится уже.

—  Проклятые дороги! Говорил же, нельзя по камням гнать, но калель и слушать не стала. Теперь вот ума не приложу, что делать.

Аварус пригнулся и сдул с плеча огненное перышко. Глазам своим не поверил: из берлика вышла живая и невредимая Эйлиита! Она подошла к пасти костра и бросила в нее изорванное платье. Огонь подавился, поглощая без особого аппетита нежданное угощение.

Отпустив поводья, Аварус собирался подойти к своей пропаже. Сзади вновь загрохотали колеса. По дороге несся вороной четверик. Одинаково одетые всадники догоняли неуклюжую повозку, оставшуюся без охранителей. Женщина увидела шайку и дернула парня за ворот. Оба бросились к своему треногому берлику.

Мимо пронеслись Шакалы и повозка Пасторэля. Аварус выехал на параллельную тропу, стараясь не выпустить из виду Эйлииту. Парнишка свернул влево, а королевский берлик, преследуемый шайкой, помчался дальше. Поняв, что гнались вовсе не за ними, прислужники придержали коней. Эйлиита, высунувшись из-за шторки, указала конюху дорогу, и они, словно прихрамывая, покатили в сторону Вархронта. Что ж, Аварус на это и рассчитывал.

Черная вода узкой реки, окольцевавшей Вархронт, отражала плывущие по небу тучи. Каменный мост, соединяющий рощу с городом, выгнулся серпом, боясь намочить поджарый живот.

Иногда по воде проплывали золотистые хвостатые ладьи. В них стояли грязные Гардэи, утратившие былое величие. Теперь они, изгнанные из своей обители, порабощенные немилостивым городом, развозили товар. Никогда не знавшие власти денег, повиновались, чтобы выжить в суровых условиях принявших их окрестностей.

Затаившись под мостом, на каменистом бережке сидели трое и поглядывали в сторону лужайки, поросшей бордовой травой. Место выбрали идеальное: отсюда с тропы их никто не увидит.

—  Где копытные водят Хьяленида? – спросила девушка из-под спадавшего на лицо капюшона. – Опять мы все должны делать?

—  И эти две джики куда-то пропали!

—  На запах добычи сбегутся.

Услышав стук копыт и поскрипывание, все трое подскочили. По тропе, окруженный вопившими Шакалами, несся цветной берлик. Прыгал и подлетал, качался и кренился, пока не угодил в овраг.

—  Вперед, Халкье-Морка!

Натянув на лица бархатные повязки, они бросились к повозке. Шакалы, обступив ее, сбили на землю конюха. После принялись обдирать обшивку, откалывать украшения и светильни. И случайно обнаружили забившуюся в угол девушку в желтой накидке.

—  Попалась! – отдернул штору один из Шакалов и, ухватив молодую госпожу за руку, выволок ее на поляну.

—  Не смейте меня трогать! – закричала та и, запутавшись в подоле, рухнула под ноги грабителей. – Я – дочь короля! Уберите руки!

—  Слыхали? – переспросил Шакал и, нагнувшись, ухватил ее за палец, стаскивая с него кольцо. – Вы только посмотрите, а она и впрямь королевская клякса! Повезло, пляши копытами!

Халкье-Морка подоспели в самый разгар веселья. Шакалы сникли, недовольные тем, что их заставят делиться добычей. Высокая девушка, сдернув с головы капюшон, стянула с лица повязку. Сверкнула длинными зелеными глазами, давая понять, что настроена серьезно.

—  Ладно, Хэла! Мы все поняли, – попятился главарь Шакалов.

Шайка забрала один сундук с вещами и поделенными драгоценностями, и повела коней в город. Длинную, неуклюжую принцессу Халкье-Морка увести не дали, посчитав ее стоящей добычей. Вскрыв замок небольшого ларя, они перебрали десятки посланий, но те их не особо заинтересовали. Наряды, украшения, светильни, книги – вот что представляло ценность.

—  Ау-у-у! – не совсем по-волчьи приветствовали троицу опоздавшие девушки, и впрямь прилетев на запах добычи.

Судя по сверкающим глазам и безумным улыбкам, они хорошо проводили время, когда другие сидели в засаде.

—  Явились на все готовое, – проворчал высокий парень, глянув на них искоса. – Пуговицы застегните, кляксы мазанные!

—  Да пошел ты в Ургтун!

—  Вам самим там самое место!

—  Да заштопайте рты тишиной! – велела Хэла и, поднявшись с корточек, потерла висок. – У меня и без вас башка болит!

—  Яда надо меньше лакать. А вы чего уставились?

—  Нравишься ты нам безмерно, – усмехнулась молоденькая девушка и, взяв подругу за руку, подмигнула ей.

—  Полакомлюсь добычей, не нарушать же мне приличий, – потянула ее та к сундукам и вдруг замерла, застыв в стойке зверя.

—  Ирска, в чем дело?

Ирска подошла к растрепанной, напуганной пленнице. Долго изучала ее лицо, свирепо стиснув зубы, а потом дико захохотала.

* * *

Чувствуя себя крайне неуютно, Дэльвильта отдернула штору. Прислужница, сидевшая справа, последовала ее примеру и тоже оглядела невиданную ранее округу. Нет, они, конечно, были наслышаны о Вархронте. Но и не думали, что увидят воочию железную рощу, багряные травы и летучих мышей.

Пару раз мимо повозки пробегали валкхи – иссиня-черные, лохматые оборотни со светящимися глазами. Взметались с изогнутых ветвей стайки огненных птиц, ронявших в полете перья. Но больше, к счастью, никого не было видно. На трех колесах от преследования не уйти, но так больше шансов добраться до города незамеченными.

Привалившись к спинке сидения, Дэльвильта закуталась в накидку. Чем дальше они отъезжали от Айнаколы, тем холоднее становилось. В воздухе висела промозглая сырость, словно весна обошла Вархронт стороной. Скорее бы миновать первый обозначенный на карте пункт.

Прислужница толкнула ее в плечо и указала на запряженный единорогами берлик, двигавшийся соседней тропой. Неужели одурманенный зельем Мадритэл отправился на поиски своей нареченной? Проклятье! На месте конюха – Ланффилон!

—  Гони! – крикнула Дэльвильта юноше. – Быстрее!

Перепуганный конюх награждал лошадей ударами. Опасаясь получить дротиком в спину, без конца оглядывался, чудом минуя пролетавшие над головой железные ветки.

Покачнувшись, Дэльвильта ухватилась за штору и сорвала ее. Справа тянулась поляна, расписанная плюшем красного мха. На нее неведомо откуда вырвались затянутые в синий бархат люди. Они ехали на запряженных… мутированных сколопендрах, мельтешивших десятками лап. Держась за железные скобы, служившие поводьями, незнакомцы поравнялись с берликом и завыли голодными волками.

На миг Дэльвильта залюбовалась этим странным зрелищем. Очнувшись же, поняла, что их намерены окружить.

—  Отстегни лошадей! – крикнула она, завидев впереди овраг.

Берлик летел к яме. Пьипон упал на живот и, когда широкие ремни прогнулись, выдернул огромный гвоздь из кольца. Четверик отделился от повозки, и та начала замедлять ход.

—  Бегите! – велела Дэльвильта, зная, что им не уйти от преследователей. – Спасайтесь!

Прислужница схватила свои вещи и вывалилась из берлика. Конюх спрыгнул следом, кубарем покатившись по тропе. Поднявшись, оба бросились в чащу, а повозка налетела на кочку и опрокинулась набок.

Соскользнув с сидения, Дэльвильта упала на землю. Ее придавило тяжелым сундуком, ударило по бедру распахнувшейся крышкой. Следом кувыркнулся рундук, вывалив на траву груду вещей.