—  Как ты выжила? Ведь всех Эйлиит казнили! – Линтесса запнулась, забегав глазами по полу. – Ведь их же казнили?

—  Уж не по вашей ли милости? – с подозрением глянула на нее Дэльвильта, начиная догадываться, что произошло.

—  Да как ты смеешь? Ты – лицемерка, жившая по милости Совета! Твоя родня воевала против королевы Аргонты! Разве этого мало? Почему Совет не отдал на казнь предательницу?

—  Вы покинули Айнаколу до этого события. Откуда же вам знать о случившемся? Разве что, вы и надоумили Совет обвинить Эйлиит в предательстве? Но какую цель вы преследовали? За что лишили их жизни? Если бы вы знали, какой ужасной смертью они умерли!

—  Вместо них должна была умереть ты одна! Меня охватила ярость, и я решила, что король Мадритэл тебе не достанется! Он – мой, даже если нам не суждено быть вместе! Чтоб ты сгинула!

Дэльвильта покачала головой и отвернулась, не в силах скрыть презрения к королевской дочери. Линтесса же зажмурилась и сжала зубы, а следом разразилась глухим рыданием.

* * *

Хэлаликта перешла дорогу и задержалась у входа в гостевой дом, прислушавшись к хриплому пению сидевшего неподалеку нищего.

—  …как же страх грызет нам кости: Халкье вновь идут к нам в гости. Будут выть и подвывать: ночкой темной нам не спать...

Поправив гребень из перьев огненных птиц, Хэлаликта взмахнула прозрачным рукавом и вошла в сумрачную залу. Возле квадратных окон стояли круглые каменные столы, заставленные посудой. Справа – широкая стойка, которую натирала полотном Ланффилонна.

—  Дапаст ойа лакнан! – приветствовала ее Хэлаликта.

—  Тебе того же, – пожелала девушка и прервала свое занятие. – Когда будете прощаться с Льюгусом?

Хэлаликта помедлила с ответом и внимательно посмотрела на нее. Девушка недоуменно приподняла плечо и отбросила с длинных глаз бархатистую, отливающую изумрудом челку.

—  У тебя будет ребенок? – поморщившись, спросила Хэлаликта.

—  Тихо! – вскинулась девушка и глянула на посетителей. – Не смей никому говорить! Я сама сообщу об этом.

—  А ты хоть знаешь, кому нужно сообщать?

—  Отец ребенка – Десаргадот! И ты это прекрасно знаешь!

—  Откуда мне знать? Я над вами со светильней не стояла. Впрочем, не впервой Ланффилоны путаются с Лаокасцами.

—  Хэлаликта, в последний раз прошу, замолчи! – гневно прошептала девушка, все чаще поглядывая на гостей.

—  Поздравляю, Тарниэль! Вот уж Десаргадот обрадуется!

В глазах Тарниэль появился страх, распотешивший Хэлаликту. Продолжая улыбаться, она подхватила кувшин и направилась к дальнему столу. Поставив на него напиток, выдвинула стул и села.

В залу ввалилась пьяная Ирска, одетая в новый замшевый жилет. На узких бедрах висели своеобразные ножны со стальными клыками, и из них торчала круглая гарда. За Ирской вошла Анрика. Следом появились Хьяленид и вечно недовольный Десаргадот.

—  Дорогой! – окликнула Лаокасца Тарниэль. – Подойди!

—  Вина нам лучшего налей, – велела Ирска, бросив на нее тяжелый взгляд свинцово-серых глаз. – Да не скупись на блюда! Сегодня мы гуляем здесь, а завтра уж костей тут будет груда…

—  Ирска, подавись тишиной, – ласково попросила Анрика и потянула ее к столу, занятому Хэлаликтой.

—  Что не посеяно тобой, не смей срывать своей рукой! – пригрозила Ирска, задержавшись у сжавшегося посетителя. Ей показалось, что тот коснулся Анрики. – Коль каплю влаги утаил себе, цветка роса послужит тебе ядом! А если нет, сражу тебя я взглядом!

—  Ирска, оставь его, прошу! – взмолилась Анрика, оттаскивая подругу от сжавшегося в ожидании расправы парня.

—  Знаете новость? Тарниэль затяжелела от Десаргадота! – и не думала щадить чувства приятельницы Хэлаликта.

—  А-у-у! – радостно завыла Ирска, повалившись на стул.

—  Зашейте рты, а то просыплете клыки! – разъяренным зверем посмотрел Десаргадот на неразлучных подружек.

За плечом появилась Тарниэль с квадратным кувшином в руках. Ухватив девушку за локоть, Десаргадот заставил ее наклониться. Шепнул пару ядовитых слов в закачавшуюся перьевую серьгу. Тарниэль отпрянула, схватила со стола нож и указала им в Хэлаликту.

—  Вставай, – звенящим от волнения голосом велела она. – Раздели со мной желание отстоять право на гордость!

—  Опомнись! – удивленно посмотрел на нее Хьяленид. Хотел взять за руку, но Тарниэль вырвалась и встала посреди залы.

Хэлаликта лениво вышла из-за стола и вытянула из сапога нож. Девушкам удалось несколько раз полосонуть друг друга, прежде чем Хьяленид отважился встать между ними. Следом присоединилась и Анрика, угодив под нож Хэлаликты. Ирска заорала и в момент оказалась рядом, зажимая кровоточащую рану на плече подруги.

Хьяленид подхватил Анрику на руки и понес к выходу. Ирска со злости перевернула стол, расколов его на части.

—  Эйлииту стоит нам винить! Она надумала нас погубить!

—  Да ты никак приревновала к ней Анрику? – хмыкнула Хэлаликта, поглядывая на Тарниэль. – Иначе с какого боку она здесь виновата?

—  Тарниэль с ее посильной ношей затмила разума твой свет. Послушай, дам тебе совет…

—  Ирска, захлебнись молчанием!

Они вернулись в снятый на пару дней дом. Анрика сидела на кровати в круглой комнате и пила отвар. Хьяленид, выплеснув из железной чаши кровавую воду, вытер руки и сел напротив.

—  Наша воровка – не Эйлиита. – Анрика, придерживая замотанную руку, откинула крышку сундука и вытащила пакетик с порошком.

—  Что это?

—  Сушеные цветки лантленны. Они растут у Ледяного Пламени. Порошок придает волосам синий цвет. Зачем Эйлиите краска, если истинный цвет ее волос и так темно-голубой?

—  Это ничего не меняет, – поднявшись с подоконника-дивана, сказала Хэлаликта. – Идемте. Пора отправить Льюгуса в лучший мир.

—  А что будем делать с принцессой?

—  Знаю-знаю! Продадим ее Аррмаю! – Ирска косо глянула на Анрику и злорадно хмыкнула. – Пусть познает обратную сторону власти, и да порвет она ее на части!

Десаргадот равнодушно пожал плечами. Хэлаликта согласно кивнула и вышла из комнаты. За ней потянулись и остальные. Одна Ирска обиженно уставилась на Анрику. В этот момент заметила снаружи дома скользнувшую по стене тень. Уж не Ланффилон ли отирался под окнами, пока решалась судьба пленницы?

* * *

Наслаждаясь чудесным Вархронтским воздухом, Аварус размышлял над подслушанным разговором Халкье. Все мысли сводились к тому, как бы на этом заработать. И свелись. Совет его еще не ждет, так что, он отправится в Айнаколу прямо сейчас.

Он растворился в людном переулке, выскользнув из-под носа вышедших из дома Халкье. Но они все же заметили его, когда он, поднявшись над домами, покружил на льве и устремился на запад. Пролетая над Малоргой, он наблюдал за охотившимися Шакалами, загонявшими в ловушку очередную жертву. Сколько глупых беглецов, доверившихся старику Энтраколе, угодило в сети разбойников! Отрекаясь от суровых законов Айнаколы, они гибли в беззаконии Вархронта.

Привычный мраморный пурпур неба сменился нежной лазурью. Повеяло ароматом прогретых солнцем камней, прохладной влагой Ледяного Пламени и сладостью цветущих вьюнов.

Аварус приземлился на крыше нежилого дома. Оставив льва, стал невидимым и, спрыгнув на аллею, устремился к замку Пасторель. Удостоверившись, что поблизости никого нет, приобрел зримое тело и, оправив одежду, подошел к воротам. Поздно заметившие его стражи озадаченно переглянулись. Еще больше удивились, когда нежданный гость попросил встречи с королевой.

* * *

Нифрера, отвлекшись от книги, окинула взглядом стоявшего у дверей незнакомца, закутавшегося в бархатистую накидку. Увидев ее, визитер учтиво поклонился и развернулся к вернувшемуся стражу. Тот сообщил, что королева никого не принимает. Но когда парень сказал, что дело касается принцессы Пасторэля, ситуация изменилась.