Дэльвильта прошла за стойку и начала искать среди бутылей и кувшинов пузырек с настойкой. Женщина хотела помешать ей, но вскрикивающая девушка не отпускала ее от себя.

Отыскав нужные флаконы, Дэльвильта налила в стакан масло лантленны и, перевернув пузырек с зеленой вытяжкой, отсчитала десяток капель. Присев рядом с девушкой, велела ей выпить настой и опуститься на пол. Взглянув на стакан, страдалица пригубила получившуюся смесь и покорно опустилась на коврик.

Прикоснувшись к ее животу, Дэльвильта чуть не отдернула руку, явственно ощутив чужую боль. Младенец переставал бороться: не мог противостоять чьей-то злобе, давившей на него извне. Пришлось нежными движениями пальцев залатать черную дыру, в которую он проваливался. По вискам катился пот, перед глазами все расплывалось. Еще немного! Только бы успеть! Не сбиться с мыслей!

Девушка перестала стонать и смогла расслабиться. Закрыла глаза и глубоко вздохнула, осторожно ощупывая живот.

—  Что ты сделала с моим ребенком?

—  Теперь с ним все в порядке, – заверила Дэльвильта, устало привалившись к стойке. – Но вам не стоит поднимать тяжести.

—  Что с ним было не так?

—  Он не любит тугие корсеты своей мамочки.

—  О, Мьяликиния, сто крыл к твоим ногам! – улыбнулась девушка и легла поудобнее. – Сколько ты хочешь за помощь, Эйлиита?

—  Нисколько.

—  Приходи на днях после заката. Может, найду для тебя работу.

—  Благодарю.

Она поднялась и шагнула к дверям. Те вдруг распахнулись, с грохотом ударившись о стену. В залу ввалилась Ирска и, увидев отскочившую Дэльвильту, безумно захохотала. За ней следом вошли и остальные Халкье-Морка. Последней протиснулась Анрика и испуганно распахнула глаза.

—  Смотрите! – излишне громко вскрикнула она и бросилась к стойке. – Скорее, помогите! Тарниэль умирает!

Пока Халкье соображали, в чем дело, Анрика толкнула Дэльвильту к выходу и выбежала следом. Угораздило же ее забрести туда, куда захаживают и эти ненормальные!

—  Туда! Беги, пока цела! – сказала Анрика, указав в переулок. – И не появляйся в этом районе! Я постараюсь их задержать.

Она слышала, как бандитка пожаловалась выскочившей на крыльцо толпе, что не смогла догнать Эйлииту. Халкье разделились и отправились на поиски. Дэльвильта шарахнулась от смотревшей на нее с крыши уродливой старухи и побежала в указанную сторону. Поскользнулась на заледеневшей луже, ухватилась за оказавшегося на пути прохожего. Получив от него оплеуху, вышла на поле, светившееся множеством голубоватых глаз.

Окраина Вархронта просто кишела хулккуриями.

* * *

Утром, когда звезды покидали алеющий небосвод, возле ворот остановилась повозка, запряженная вороной двойкой. Обитый серым канифасом берлик привлекал внимание прохожих. Сонные прислужники готовы были свернуть себе шеи, провожая взглядами столь редкую для Вархронта повозку. К тому же, здесь только богачи и разбойники могли позволить себе разъезжать на лошадях.

Купленный на окраине конюх спрыгнул на аллею и распахнул окаймленный помпонами полог.

—  Приехали, хозяин. Вот он – дом раббона Сальвой.

Молодой человек вышел на дорогу и осмотрел белокаменный забор с чашами на углах. Из них спадали нити серых флавусов – вьюнов-убийц, охранявших владения. К небольшому белоснежному особняку вела вычищенная аллея.

Парень ослабил атласный шарф и подошел к воротам, увенчанным шпилями с сидящими на них огненными птицами.

—  Светлого утра, господин, – поприветствовала служанка, открыв ворота и пропустив гостя во двор. – Раббон Сальвой ждет вас.

Он поднялся по лестнице и задержался у распахнутых дверей. На округлом крылечке, по обе стороны от входа, стояли статуи слуг, державших шандал и поднос с настоящим кувшином.

На пороге возник невысокий пожилой мужчина с заметно поредевшими, рыжеватыми волосами. Он радостно улыбнулся, и десятки новых морщинок выдали его преклонный возраст.

—  Здравствуй, Аррмай.

—  Лалебрин! Рад видеть тебя! – старик подскочил к гостю, заключая его в объятия. – Как ты возмужал и окреп! Как похорошел!

—  Куда ж еще хорошеть? Как поживаешь?

—  Да как живется самому богатому человеку Вархронта? – хмыкнул старик и повел парня мимо винтовой лестницы. – Устал с дороги?

—  Немного. О приключениях расскажу позже.

Старик пригласил гостя в небольшую трапезную. В центре стоял овальный стол, окруженный резными стульями. От свечей, погашенных недавно, еще тянулся ароматный дымок. Лалебрин остановился у окон, в которые скреблись слабые лучики. Отсюда открывался неплохой вид. Просторный двор с черной, бархатистой травой, выложенные белой плиткой аллеи. Напротив, в жемчужной кувшинке сидела статуя богини, искусно вырезанная из ливвы. Странно, что еще никто не покушался на это бесценное творение. Для такого особняка здесь мало охранителей.

Парень отодвинул мягкую портьеру и вгляделся в растущее неподалеку дерево, отличавшееся от стройной гряды остальных. Его пышная крона спадала струйками в замшу короткой травы. В Вархронте деревья-фонтаны – большая редкость.

—  Я так рад, что ты нашел время навестить меня!

—  Я прибыл в Вархронт по делам. – Лалебрин опустился на стул и начал снимать перчатки, не обращая внимания на сервирующих стол прислужниц. – Могу я остановиться у тебя на несколько дней?

—  О чем речь? Я буду только рад! Это ведь и твой дом.

Старик хотел было присесть напротив, но в комнату вошел конюх и сообщил, что хозяина желают видеть. Аррмай вышел в приемную и разрешил впустить пожаловавшую к нему гостью.

—  Что привело тебя в такую рань? – удивился старик и указал вошедшей девушке на стул. – Присаживайся, дорогая.

—  Нет, я спешу, – ответила гостья и улыбнулась, отчего на пухлых щеках мелькнули ямочки. Пригладив короткие волосы, она смущенно переступила с ноги на ногу. – Раббон Сальвой, сегодня мы привезем живой товар. Не купите у нас человек пять?

—  Сколько просишь за них? – спросил Аррмай и прищурился.

—  Ста сельке хватит.

—  Дам двести. А то продадите их, чего доброго, Блодширкам.

—  К полудню вам их доставят, – просияла девушка и, лихо притопнув каблуком, развернулась к двери. – Прощайте.

—  Анрика, подожди! – окликнул ее Аррмай, когда она уже коснулась ручки. – Пойдем, угощу тебя печевом. Еще горячее, хрустящее.

—  Нет, благодарю, раббон. Меня уже заждались.

* * *

За чужаками плелись малолетние зеваки, разглядывая чистопородных лошадей и дорогостоящую амуницию. Советчики оказались не готовы к встрече с Вархронтом. Были вынуждены уступать дорогу летящим гнездам, сдерживать коней, шарахавшихся от проворных слисок. Да еще и от косяков запряженных рыб отмахиваться да обгонять неповоротливых жуков-тягачей.

За ориентир взяли самую высокую постройку. Только это ничуть не упростило задачу. В этом заколдованном городе все улицы и переулки сплетались в причудливое кружево. Для местных обитателей – большое удобство. Для тех же, кто не мог отличить один дом от другого – наказание. Как отыскать двух нарушителей в этом хаосе?

В очередной раз вывернув на Вархру – главную улицу, они решили осесть в Гостевом Доме, чтобы утолить жажду и передохнуть. Сделать это оказалось непросто. Многочисленные вывески пестрели непонятными названиями. Куда не посмотри – все расписано по-зерийски, по-ланффилонски, по-агвадорски! К счастью, видимо, не все местные знали эти языки, потому рядом рисовались подсказки.

Так, судя по выжженным ножницам и катушкам ниток, это – мастерская. А вот и то, что нужно! Столик с кубком.

—  Чего уставился, отродье? – спешившись, прорычал стражник и намахнулся на маленького Агвадорца. – Пошел вон отсюда!

—  Не забывайте, что мы в гостях, – подсказал напарник и, накинув поводья на столбик, направился к открытым дверям.

В квадратной зале с крошечными окнами стояли железные гробы, используемые вместо столов. Дальняя стена напоминала соты. Ее бессчетные ниши занимали бочки, из которых человек в меховой накидке наполнял стаканы и расставлял их на высоком прилавке.