—  Мне он тоже нравится, – сказала Анрика после долгого молчания. – Здесь живет самый богатый человек Вархронта. Он дает властям деньги на содержание Тайного Дома, где обучают различным премудростям Ланффилонов. Еще он содержит Развлекальню – место, где иногда устраиваются представления.

—  Я устала. Идем. Наверное, хозяйка меня потеряла и уже взмокла от досады.

—  Хи-хи! – Анрика нагнулась к ней и прошептала: – Не бывает мокрых Агвадорцев, случается влажная погода.

Проводив ее до дома Вьяди, Анрика остановилась на крыльце и покусала в нерешительности губы. Потом предложила встретиться завтра и прогуляться по остальным улицам. Пообещала научить кататься на слисках, и Дэльвильта нехотя согласилась. Анрика радостно спрыгнула с крыльца, нечаянно налетев на Ланффилона. Тот подмигнул ей и поднялся к двери дома Блодширка.

* * *

Холодный ветер стих, и город словно накрыло невидимым куполом. Вдали, за корявыми кронами Малорги, где устраивали охоту летучие мыши, от гаснущего заката засияли башни замка Совета.

Ирска сидела на крыше Тайного Дома одна. По левую сторону мерцали огни факелов, выстроенных в такое красноречивое слово. Свесив ноги вниз, она погрузилась в размышления, пытаясь разобраться в своих чувствах. Так долго ждала этого дня, но он ее разочаровал. Стольких людей погубила, шагая по головам к поставленной цели, а сейчас осознала, что оно того не стоило. А ведь еще недавно думала, что будет прыгать от радости вместе с Анрикой, обливаться дорогим вином и гасить греховным смехом звезды. Вместо этого – ощущение одиночества, растерянности, невыносимой тоски.

И виной всему – Анрика. Она все чаще стала исчезать, даже не догадываясь, как без нее тоскливо. Пока она развлекается с какой-то девицей, разгуливая с ней по городу, Ирска здесь сходит с ума!

Она посмотрела на кольцо, что сжимала в кулаке весь вечер. В нем отражались алые облака, застывшие в вечернем небе. Неужели в Айнаколе и небеса подвергались истязанию огненными плетьми?

Всполох света от стайки огненных птиц заставил Ирску очнуться. Заслышав хлопанье крыльев, она посмотрела вниз. К дому на скутте летела Анрика. Зависнув над крышей, она долго смотрела на факелы, а потом спрыгнула рядом с Ирской. В растерянности отпустила цепи, и скутт лоснящимся треугольником взметнулся в небо.

—  Что это? – спросила Анрика, осмотрев крышу.

—  Я признаю себя побежденной в нашей неравной битве.

—  Ирска...

Она еще раз осмотрела факелы, создавшие слово амартаг. Покачала головой, не зная, что сказать. Ирска заговорила первой:

—  В тебе есть все: и земли покорность, и воды возможность исцелять, а во взгляде – сила, что может наши жизни удержать. Счастье в том, что ты сейчас со мной, и ты, лишь ты даруешь мне покой.

Ирска взяла Анрику за руку, стянула перчатку и надела на ее указательный палец массивное воровское кольцо. Они рисковали, находясь вблизи огня – такое количество факелов могло вызвать Овальтинов, восстающих из пламени. Но Ирску это не волновало. Сейчас главное – нежность в глазах Анрики! Так сложно отыскать в этом жестоком мире человека, способного на эту нежность. И ради нее Ирска готова положить к ногам подруги все!

—  Открой его, – велела она, кивнув на кольцо.

Анрика нажала на стальной бугорок, и выпуклая крышечка распахнулась. Внутри лежал дорогостоящий полупрозрачный кристалл, брызнувший во все стороны цветными лучиками.

—  Теперь он твой! Прощу, от радости завой!

—  Шутишь? – не поверила Анрика, но, посмотрев Ирске в лицо, поверила, что та серьезна как никогда. – Нет, ты столько времени копила на этот кристалл… Я не возьму его. Я не заслужила.

—  Он – твой, – упрямо повторила та и отодвинула от себя ее руку.

—  На этот кристалл ты можешь купить шестерку лошадей, лучший берлик, роскошную одежду и украшения!

—  Нет страха в Халкье, но что это во мне, что обжигает плоть и душу, зимнего Вархронта покоряя стужу?

—  Ирска, послушай! – Анрика села на каменные плитки и заставила Ирску посмотреть на нее. – Разве не ты учила меня бороться? Разве не ты была мне примером? Ты научила меня верить, так не разочаровывай свою ученицу. Оставайся верной своим клятвам!

—  Есть уже у всех свои кристаллы, лишь ты одна его не получила. Шансы у тебя ничтожно малы. В тайне будет то, что я тебе вручила.

—  Но…

—  Халкье-Морка ждать не станут, обозлятся и опять восстанут.

—  Ничего. Я буду здесь, когда вы вернетесь. Вы же вернетесь?

—  Ты ведь знаешь, это – дорога в один конец. Ни слава меня там встретит, ни заслуженный венец. Не ведаю, вернусь ли я живой, быть может, навсегда прощаемся с тобой.

Анрика поспешно обняла себя ее руками и привалилась к груди. Ирска, глядя на замок Совета, уткнулась ей носом в волосы.

—  Я тебя никуда не отпущу, Ирска. Даже в Векра уйдем вместе.

* * *

Открытая дверь, покачнувшись на ветру, заскрипела.

По улице Лэранакке иногда пролетали запряженные птицами гнезда с сидящими в них Лаокасцами. Вдалеке звенели подковы. Похоже, тиликки развозили по домам Знать. Часто пролетали над крышами хохочущие хулккурии, регулярно раздавались крики жертв, угодивших в когти вышедших на охоту Эстарталенн. Впрочем, на это уже никто не обращал внимания. А вот о новой Аскурке в последнее время говорили неустанно. Давненько не было в Вархронте мертвых дев, пожирающих младенцев! Матери забили тревогу.

Всюду разгорались красные огни, источающие неприятный запах.

Аварус, укрывшись в тени дома, повел носом. Ничего удивительного, ведь фонарики, висящие над каждым домом, натерты изнутри светящимися внутренностями кумелопта. Пусть не очень эстетично, но все же неплохая экономия огня и свечей.

К дому подошел человек, раздумывая, заходить в залу или нет. Вряд ли ему обрадуются завсегдатаи. Особенно, если учесть, какая мелочь звенит в его заштопанных карманах. Интересно, откуда он взялся? Похож на местного бродягу, но разве не в курсе, чем питаются Агвадорцы?

Мужчина осмотрел залу и вошел. Он здесь, чтобы кого-то убить. Тоже обычное дело. Потому Аварус спокойно повернулся к Блодширку, прячущему руки под гусеничными рукавами.

—  Вот деньги, – протянул мешочек с деньгами пришедший.

—  Она в «Полной Чаше», – взвесив в руке мешочек, кивнул Аварус на Гостевой Дом Агвадорцев. – Ждет тебя, как и договаривались.

Блодширк зашагал к открытой двери.

Аварус отстранился от ненужных звуков, вслушиваясь в голоса находившихся в зале. Сегодня он продал Эйлиитку одному Блодширку, завтра – продаст другому. На ней можно неплохо заработать! Без ложной скромности, он – великий Ланффилон.

* * *

В переполненной зале, чавкая и булькая, трапезничали Агвадорцы, кажущиеся в свете фонариков еще более безобразными.

Дэльвильта заметила у входа затравленно озирающегося человека. Вьяди была слишком занята своим возлюбленным и даже не смотрела в сторону дверей. Что ж, не Эйлиите заниматься выдворением неугодных посетителей.

Составив на каменный поднос тарелки с недоеденными речными моллюсками, она собралась нести его к стойке, но заплутавший гость шепотом окликнул ее и велел подойти. Поняв, что Дэльвильта не собирается приближаться к нему, сам неуверенно подкрался.

—  Лаллий, мне нужна помощь! – заговорил он, когда Дэльвильта собирала остальные тарелки. – Мне надо спрятаться. Помогите, прошу. В долгу не останусь, все сделаю, что пожелаете.

—  Обратитесь к хозяйке. – Дэльвильта мельком глянула на человека, опустившегося на табурет. Изогнутые бровки, маленький лоб, но колючие глаза будто не принадлежали несчастному оборванцу. – Я сказала, обращайтесь к хозяйке.

—  Агвадорцы ненавидят людей. Не прогоняйте, иначе меня убьют!

Дэльвильта прошла к стойке и, освободив поднос, взяла бутылку. Вьяди спросила, куда это помощница понесла драгоценный сосуд.