— Не вижу здесь своей работы. Надеюсь, вы не рассчитываете, что я найду главаря?

— Думаю, вам это удастся быстрее и легче, чем кому-либо другому.

— Потому что...

— Потому что руководитель организации любит людей, вроде вас. Он ищет недовольных, ищет тех, кто нуждается в деньгах и готов получить их любым путем, тех, кто лишен чувства патриотизма. У вас отличное досье со времен войны, и ваша теперешняя репутация может только привлечь его.

— Тем не менее до сих пор ничего подобного не произошло.

— Вы ведь не сделали и шагу навстречу... Недавно мы взяли одного из их людей — пытался уничтожить завод в Харуэлле[18]. Мы нашли у него кольцо и убедили говорить. Теперь нам известно, что заведение на Вестерн-авеню под названием «Тепленький насест» — одно из мест, где они собираются. Но он оказался слишком упрям и прежде, чем мы успели снять второй допрос, покончил с собой в камере.

— И вы хотите, чтобы я посетил «Насест» и посмотрел, что из этого выйдет?

— Да. Вы бывали там?

Корридон кивнул.

— Владелец — майор Джордж Мэйнворт. Мы знакомы. Думаете, он с ними связан?

— Не знаю. Мне известно лишь, что время от времени там собираются члены организации. Ну, займетесь 3iим?

— Вот что я сделаю.— Корридон встал.— Я схожу гуда и посмотрю, что случится. Никаких усилий для связи с ними прилагать не стану. Но если мне будет предложено примкнуть к ним, предложение я приму. Не исключена возможность, что не произойдет ничего. В таком случае я выхожу из игры и уезжаю в Париж. Так что обещаний не ждите. Вы меня знаете.

Ричи улыбнулся.-

— Устраивает. Только держитесь от меня подальше, Мартин. Не пытайтесь связаться со мной ни по телефону, ни письменно. Эти люди, если они вас примут к себе, будут за вами следить. Их нельзя недооценивать. Они функционируют уже шесть месяцев и совершили всего одну ошибку. Будьте осторожны.

Корридон пожал плечами.

— Цыплят по осени считают,— заметил он.— И все же, как я дам вам знать?

— Один из моих людей войдет с вами в контакт, не беспокойтесь. Какой возьмем пароль?

— «Весна в Париже»,— ответил Корридон с кривой улыбкой.— Это придаст мне энергии.

Около девяти часов вечера Корридон вывел из гаража, расположенного под квартирой, свою малолитражку и быстро поехал в сторону Шепердз-Буш. Он механически управлял машиной, а мысли его были заняты другим.

Вернувшись от Ричи, он занялся делами Милли. Она не оставила завещания, не оставила вообще ничего, кроме дешевых украшений и лежавших в сумочке денег.

Корридон убедил Ричи обратить все ее имущество в наличные деньги и вручить их адвокатам, которые будут заботиться о Сузи. Сам он обещал платить за девочку каждый месяц. Зная, что на ближайшее время Сузи обеспечена всем необходимым, Корридон мог вплотную заняться делом.

Ричи считал, что организация не ограничена в средствах, и Корридон склонен был с ним согласиться. Если уж они могут устраивать забастовки... Возможно, и ему представится удобный случай урвать несколько сотен фунтов, это было бы ненлохо.

«Вряд ли они держат деньги в банке,— рассуждал Корридон.— В наши дни слишком много любопытных.

Деньги должны быть укрыты в таком месте, откуда их легко достать в любой момент. Очевидно, имеет смысл разыскать это место и там пошарить...»

Корридон проехал «Уайт-сити»[19] и выехал на Вестерн-авеню. Здесь дорога сразу расширилась, и он прибавил скорость.

«Тепленький насест» находился в двух милях от аэродрома. Дом стоял в стороне от дороги и был скрыт высоким забором. Корридон приезжал сюда однажды с другом, членом клуба, и помнил, какая суматоха поднялась при его появлении. Тут неодобрительно относились к чужакам.

Интересно, не забыл ли его Джордж Мэйнворт. Последний раз они виделись в грязной забегаловке в Сохо, где пьяный майор ругался с парнем, сидевшим рядом с ним за столом. Ссора началась тихим злобным шепотом, потом Мэйнворт неожиданно ударил парня по лицу, и тот вытащил нож. Если бы не вмешался Корридон, Мэйнворту пришлось бы туго. Бледный и дрожащий, майор ушел, а Мартин угостил парня выпивкой.

У Корридона была привычка собирать разную, казалось бы, никчемную информацию. Он понятия не имел, когда наступит время — и наступит ли вообще — использовать ее, но жадно слушал все подряд.

Молодой человек был готов болтать о Мэйнворте без конца. Возможно, этому также способствовала фунтовая банкнота, скользнувшая ему в руку. Так или иначе, Корридон услышал немало. Парень рассказал, почему Мэйнворта выгнали из армии, и еще многое другое, рисующее того в самом неприглядном свете.

В то время Мартин не знал, пригодится ли полученная информация, но сейчас, мчась по Вестерн-авеню, он ясно видел возможность зацепить отставного майора.

Впереди появились алые огни неоновой вывески «Насеста», и, сбросив скорость, Корридон направил машину ко входу. Он нашел место для стоянки, остановил автомобиль и вылез. К нему тотчас же подошел молодой человек в алой с серебряными позументами ливрее.

— Добрый вечер,— учтиво улыбнулся он.— Вы член клуба,сэр?

— Добрый вечер,— не менее учтиво отозвался Корридон.— Нет, я просто хотел бы поговорить с майором Мэйнвортом.

Молодой человек тут же перестал улыбаться и вяло поднял брови.

— Прошу прощения, сэр, но майор не принимает без предварительной договоренности.

— Очень жаль,— сказал Корридон.— А здесь есть кто-нибудь, с кем бы я мог поговорить?

— В чем дело?

Холодный твердый голос сзади заставил Корридона обернуться. Моложавый мужчина в безукоризненном вечернем костюме с алой гвоздичкой в петлице бесстрастно рассматривал Мартина.

— Простите, кто вы? — спросил Корридон, улыбаясь самой обворожительной улыбкой.

— Я Бретт, управляющий. Чего вам надо?

— Повидать майора Мэйнворта.

— Он вас знает?

Корридон пожал плечами.

— Сомневаюсь только, помнит ли... Мы не виделись несколько лет. Будьте так добры, передайте ему, что Мартин Корридон хочет поговорить с ним об Эрни.

Узкие губы Бретта дрогнули.

— О ком?

— Об Эрни. Он поймет.

Бретт махнул рукой, и молодой человек исчез. Бретт остался на месте, не сводя темных глаз с лица Корридона.

— Кто такой Эрни, о котором вы говорите?

— Спросите Мэйнворта. Он вам скажет, если захочет.

Некоторое время Бретт колебался, потом раздраженно повел плечом и резко повернулся на каблуках.

— Следуйте за мной.

Они прошли мимо большого бассейна, в котором плавали несколько мужчин и женщин, мимо клумб с тюльпанами; затем Бретт открыл дверь и вошел в ярко освещенный маленький бар. Сидевшая за стойкой публика с любопытством осмотрела Корридона, а две женщины улыбнулись Бретту и помахали ему. Управляющий кивнул им и провел Мартина мимо стойки в кабинет.

— Подождите здесь,— велел он и исчез за следующей дверью.

Корридон прислонился к столу, закурил сигарету и, прикрыв глаза, прислушался, однако ничего не услышал.

Прошло, наверное, минут пять, прежде чем вернулся Бретт.

— Вы можете войти,— сказал он, махнув рукой в сторону открытой двери, и вышел из кабинета.

Корридон оторвался от стола и вошел во внутреннее помещение. Кабинет был роскошно обставлен, в большом камине плясали языки пламени. За огромным письменным столом сидел Джордж Мэйнворт.

Майор не изменился с того времени, когда Корридон видел его в последний раз. Стал только, пожалуй, чуть старше и суше, а его темные, зачесанные назад волосы поредели и на висках засеребрились. Он был по-военному подтянут, рот твердо сжат, над верхней губой нависали жесткие усы.

— Вы хотели меня видеть? — спросил Мэйнворт, оставаясь неподвижным. Его маленькие глазки внимательно и подозрительно уставились на Корридона.

— Ну да,— беззаботно кивнул Мартин, закрыв дверь.— Я желаю вступить в клуб.