— Тогда это не ко мне,— сказал Мэйнворт, и его рука потянулась к звонку.— Этими делами ведает Бретт.

— Не звоните,— попросил Корридон, опускаясь в кресло.— Я предпочитаю иметь дело с вами. По моим сведениям, среди прочих формальностей есть и такая: пятьдесят гиней вступительного взноса. У меня нет таких денег, но я намереваюсь вступить в клуб.

Мэйнворт медленно убрал руку.

— Вот как? Знаете человека, который за вас поручится?

— Этот человек — вы,— весело сказал Корридон.— И смею надеяться, что если я найду Эрни, он замолвит за меня словечко. Вы помните его, майор? Четыре года назад... Он тогда пытался вас зарезать.

Майор выпрямился, лицо его застыло.

— Значит, вот оно что,— произнес он, и в его голосе прозвучала горечь.— Я слышал о вас, конечно. У вас репутация опасного и не слишком разборчивого в средствах человека, не так ли?

— Боюсь, что именно так,— с легкостью согласился Корридон.

— Почему вы хотите вступить в наш клуб?

Корридон смял сигарету и потянулся за золотым портсигаром Мэйнворта, лежащим на столе.

— По-моему, это очевидно. Мои старые связи больше не в состоянии удовлетворять меня, и это отражается на моем кармане. Здесь же полно богачей, развлекающихся на досуге. Новая территория, простор для охоты... Разве не ясно?

— Значит, вы собираетесь обирать моих клиентов? — спросил Мэйнворт и придвинул к себе тяжелое пресс-папье.— И ожидаете, что я соглашусь?

— Было бы неразумно отказывать мне,— улыбнулся Корридон.— Давайте будем откровенны друг с другом. Эрни был слишком разговорчив и поведал о вас много интересного. Кому нравятся скандалы, майор? А скандал возможен. Даже эти чудаки, опора клуба, отвернутся от вас, узнав, почему вы так торопливо покинули армию.

Когда Мэйнворт доставал сигарету из золотого портсигара, руки его слегка дрожали. Яркий желтый огонек золотой зажигалки осветил его лицо.

— Выходит, шантаж. Мне следовало бы догадаться.

— О да. Вы же согласились, что я не слишком разборчив в средствах, не так ли?

— А если я сделаю вас членом клуба?

— Тогда, естественно, я обо всем забуду. Итак, майор, кажется, мы начинаем понимать друг друга. Не тратьте зря время. Вы в полной безопасности, можете быть в этом уверены. Мне нужно лишь спокойно, в стороне от вас, заниматься своей охотой.

— Ясно.— С трудом сдерживая гнев, Мэйнворт открыл ящик стола, достал карточку и что-то быстро написал на ней.— Вот,— сказал он, протягивая карточку.— Но предупреждаю, Корридон, если какой-нибудь член клуба подаст жалобу на ваше поведение, вы автоматически исключаетесь, и я не сумею вам помочь. У нас есть комитет по рассмотрению жалоб, и они не задумываясь вышвырнут вас вон.

Корридон засмеялся.

— Не беспокойтесь. Вы не получите никаких жалоб. Мои методы абсолютно надежны.

— Рад это слышать.

В комнату вошла девушка, и Корридон повернулся к ней. Невысокая, стройная и смуглая, с рассыпанными по плечам блестящими волосами, она была просто картинкой.

— О, простите! — воскликнула девушка.— Я не знала, что у вас посетитель.

— Входите, мисс Фейдак,— сказал Мэйнворт, вставая.— Я сейчас освобожусь... Чем еще могу быть вам полезен?

Последний вопрос был обращен к Корридону, и девушка с любопытством взглянула на него. По выражению лица Мартин понял, что заинтересовал ее.

Он встал и улыбнулся ей. И тут же легкая боль пронзила его сердце: у нее на шее на цепочке висело светлое нефритовое кольцо.

— У вас все? — настойчиво повторил Мэйворт.— Бретт ознакомит вас с правилами.

— Благодарю,— произнес Корридон и взял карточку. Сунув ее в карман, он вновь поглядел на девушку.

— Вы новый член клуба? — улыбнулась та. Она говорила с легким иностранным акцентом, похоже, австрийским.

— Только что вступил,— ответил он.— Вы думаете, это опрометчивый поступок?

— Что вы, у нас очень хорошо! — заверила она.— Вот увидите, все члены клуба отнесутся к вам дружелюбно.

Девушка выжидающе посмотрела на Мэйнворта.

— Мистер Мартин Корридон, мисс Лорин Фейдак,— неохотно представил их друг другу майор.

— Рад познакомиться,— сказал Корридон, разглядывая кольцо, висевшее на цепочке.— Вы гоже из числа дружелюбных членов клуба?

— Да, а почему вы спрашиваете?

— Я надеюсь, что вы поможете познакомиться с окружающей обстановкой. Но, боюсь, вы не одна?..

Она засмеялась.

— С удовольствием покажу вам клуб. Я жду брата. Он никогда не отличался пунктуальностью!

— Прошу прощения, мисс Фейдак,— с раздражением перебил Мэйнворт.— Вы хотели видеть меня?

— Ах, да, я собиралась обменять чек.

Она открыла сумочку и достала сложенный бумажный листок.

— Я подожду вас в соседней комнате,— сказал Корридон и вышел.

Девушка присоединилась к нему минуту или две спустя.

— Может, выпьем? — спросила она.

— Я хотел предложить то же самое.

Он открыл дверь и посторонился, пропуская ее. У Лорин была удивительно легкая походка, совсем как у манекенщицы. «Она и есть манекенщица»,— подумал Корридон.

Они сели за низкий столик в уединенном углу бара.

— У вас великолепная походка,— заметил Мартин.

Комплимент был ей приятен.

— Я модельер,— пояснила она.— К сожалению, рост не позволяет мне работать манекенщицей. А в Вене я была дизайнером.

Корридон кивнул. После войны многие поменяли профессии и страны.

— Я и подумал, что вы жили в Австрии. Эмигрировали?

Она рассказала, что уехала из-за брата. Тот был замешан в политике и, приговоренный к смертной казни, едва успел удрать из Вены. Теперь они прижились здесь, в Англии, которая стала их домом.

Пока они разговаривали, подошел официант, и Корридон заказал шампанского.

— У меня праздничное настроение,— пояснил он, заметив ее удивление.— Красивая женщина и хорошее вино дополняют друг друга. Вы счастливы в Англии?

— Вполне. А вот брат — он директор бюро путешествий на Мейфэр-стрит — тоскует по Вене.

Официант вернулся с шампанским, откупорил бутылку и наполнил бокалы. Корридон сделал глоток. Вино было великолепным и, очевидно, стоило довольно дорого, но угрызений совести он не испытывал. Наконец ему повезло! Не успел он проникнуть в клуб, как столкнулся с одним из членов организации. Мартин никак не рассчитывал, что это произойдет так скоро. Надо быть начеку: Ричи предупреждал его насчет этих людей. Они могли следить за квартирой Милли и видеть его с Роулинсом. В таком случае ему легко попасть в западню.

— Поскольку у нас пошел доверительный разговор,— произнесла Лорин, наблюдая за Корридоном,— скажите, чем занимаетесь вы?

— Я солдат удачи.

— Что это означает?

— Солдат удачи — это человек, который ищет для себя выгоды, приключений и удовольствий,— улыбнулся Корридон.

— Но подобную работу здесь, очевидно, отыскать нелегко?

— Верно. Но я и не стремлюсь перерабатывать. Стоит мне добыть немного денег, как я сразу устраиваю себе отдых: пью шампанское и разговариваю с вами. Что может быть приятнее?

Они выпили.

— Я не могу задерживаться,— сказала Лорин с сожалением.— У брата сегодня день рождения, и я обещала поужинать с ним.

— Очень трогательно.— Корридон откинулся на спинку кресла и любовался ее алыми губами.— Не часто приходится слышать, что брат и сестра собираются вместе отпраздновать какую-либо дату. Разве у вашего брата нет знакомых девушек?

— Нет.— Она улыбнулась.— Он очень серьезен, ему не хватает на них времени. Когда Слейд хочет отдохнуть, то приглашает меня.

— А вы не настолько серьезны, предпочитаете мужское общество и частенько устаете от брата, хотя и любите его. Так?

— Верно.— Лорин засмеялась.— Я вижу, вы человек проницательный.

— Должен только предупредить, что не умею развлекать женщин. Да, когда-то у меня были хорошие манеры и, как говорили представительницы слабого пола, даже определенное обаяние. Увы, все это в прошлом — война виновата. Жизнь слишком коротка, поэтому жаль терять время впустую. Если женщина привлекает меня, я ей так и говорю. Если она потом начинает, на мой взгляд, плохо себя вести, я волен найти себе другую.— Он смотрел прямо в ее темные блестящие глаза.— Вы ужасно привлекательны.