— Пока создаются положительные концепты, он должен всецело избегать движения.

Шагая, Саяма указал на свернувшегося Левиафана.

— Если бы он мог двигаться, то с лёгкостью бы уже разрушил внешний мир. Но он этого не сделал и не учёл наш всеобщий сбор, так что я могу лишь предположить, он достаточно уверен в своей силе и сейчас не может двигаться.

Саяма перевёл дух.

— Я знаю почему. Левиафан… нет, Ноа ранее не сумела создать концепт, поэтому хочет быть как можно бережнее.

— В таком случае уничтожение Левиафана не является нашей основной задачей?

— Верно. Наша цель — предотвратить завершение положительных концептов в 22:30. …Сейчас я покажу вам как.

Саяма повернулся ко всем остальным. На прозрачной трёхмерной карте красные ленты UCAT разделились и образовали восемь построений.

— В этих восьми направлениях будут помещены представители, носящие оружие Концептуальных Ядер. Пока удерживаются те восемь сторон, в каждой точке будет создана стена барьера.

Появилось восемь стен, окружающих центр Токио.

— О? — сказал представитель китайского UCAT.

Мужчина в чёрном скрестил руки на груди с заметным возбуждением.

— Всенаправленный барьер по типу сетки Багуа? Хотя выглядит как барьер Восьми Великих Королей Драконов, использованный при запечатывании Концептуального Ядра 10-го Гира.

— Не совсем. Запечатывающие стены будут использованы, дабы не дать Левиафану сбежать, а само кольцо служит декларацией присутствия Концептуальных Ядер. Иными словами, мы отрицаем создание положительных Концептов Левиафана, показывая настоящие.

Саяма держал ноги в движении.

— Но это отрицание не должно вырваться наружу, — предупредил китаец. — Простой восьмисторонней печати недостаточно.

— Тогда… — Саяма остановился прямо под Левиафаном из прозрачного света. — Мы сделаем следующее.

Он помахал рукой, и возник красный свет.

Прямо над и под Левиафаном.

Сверху и снизу вражеского дракона отобразились две красные стены.

— Мы добавим к Восьми два дополнительных Великих Короля Драконов, чтобы установить печать сверху и снизу. Левиафану будет некуда бежать, и мы можем отругать его со всех сторон, используя присутствие настоящих положительных концептов.

Если выразиться иначе…

— Да, для простоты можно назвать его барьером «Левиафан, твои положительные концепты фальшивки, а значит, запрещены! Ха-ха-ха. Как тебе это нравится?!».

— Это слишком просто! — закричали все остальные.

— Чем проще тем лучше, не думаете? — ответил Саяма. — Но, если настаиваете, можно назвать его барьером Десяти Великих Мировых Драконов.

Последовала короткая пауза.

Через пару секунд Роджер снова поднял руку с мест американских представителей.

— Кто будет отвечать за два великих дракона небес и земли?

— Кто угодно. Пока они достойны носить оружие Концептуальных Ядер.

— Любой?

— Да, — Саяма окинул взглядом приближающиеся красные полосы их армий. — Может, и грубовато так воспринимать, но Концептуальные Ядра — сами миры. Они содержат внутри себя элементы неба и земли. Поэтому если два носителя оружия Концептуальных Ядер, следующих с этими восемью армиями, — или двумя другими того же уровня — возьмут Концептуальные Ядра, им всего лишь понадобится установить печати земли и небес после установки восьмистороннего барьера. Выражаясь иначе…

Он сделал вдох.

— Эти двое попытаются заработать тачдаун с Левиафаном.

Он поднял голову, сказал «но» и окинул взглядом аудиторию.

Его невозмутимое лицо молча их осматривало.

— Но вы думаете, это звучит просто, не так ли? В конце концов, мы можем перевезти носителей оружия Концептуального Ядра воздушными силами.

Едва лишь он это сказал, в воздухе возникло несколько чисел. Они имели форму часов и отображали предполагаемый временной промежуток.

— Основываясь на времени, потраченном для барьеров в Осаке Топ-Гира и теми, которые запечатывали Концептуальные Ядра 10-го и 2-го Гиров, мы можем просчитать, что на барьер достаточных размеров, чтобы замкнуть Левиафана, уйдёт вот столько.

Появились нужные числа и все ахнули.

— Восьмисторонний барьер займёт шестьдесят четыре минуты. Считая отсюда, небесный и земной займут шестьдесят минут. Итого мы должны сдерживать Левиафана на протяжении восьмидесяти минут. Отсчитывая отсюда, мы знаем, когда должна начаться наша атака.

Ответ дала Диана от мест представителей немецкого UCAT.

Она назвала числа с серьёзным взглядом.

— Как минимум за восемьдесят минут до 22:30 завтра ночью. Чтобы дать себе немного запаса, нам нужно атаковать в девять вечера.

— Именно. И это вызовет значительные трудности.

Слова Саямы добавили к карте синий цвет.

От Левиафана выдвинулись голубые ленты.

Выглядело так, словно цвет взорвался с дракона.

— Левиафан содержит огромную боевую силу. Исходя из того, что я видел, его ангары Концептуального Пространства содержат приблизительно две тысячи пятьсот Богов Войны разных типов, тысячу механических драконов различных типов, и что касается автоматических кукол….

Он горько улыбнулся.

— Приблизительно триста тысяч различных типов.

Некоторые люди выразили свое недоверие.

Это просто казалось невозможным.

Как раз тогда до них донёсся неожиданный голос отрицания. Резкий женский голос.

— Вы не пожалеете, если проявите немного терпимости.

Он исходил прямо возле Саямы.

Никто не заметил их прибытие, но к прозрачной карте присоединились два человека.

Одна носила чёрную бронированную форму, а вторая была двенадцатикрылой автоматической куклой.

Это были Микоку и Ноа.

При их появлении все в зале заседаний начали повышать голоса.

Некоторые потянулись к карманам, чтобы высунуть оружие, но так и не закончили действие.

— Прошу, сохраняйте спокойствие. Конец связи.

Голос Ноа словно испускался от всего тела, и сверху обрушился вес.

Огромная ноша.

— ?!..

Встававшие упали на колени. Засунувшие руки в карманы рухнули вперёд.

Вес взвалился на всё тело.

Но чашки и ручки на столах перед ними даже не шелохнулись, и их одежду не стянуло вниз.

К столам и полу прижимало исключительно людей, тогда как Микоку и Ноа стояли.

Кукла слегка подняла правую руку.

— Я утроила массу вашего тела. Прошу всех угомониться. Конец связи.

Но кто-то выступил против этих слов и начал двигаться.

Саяма стоял перед ними и…

— Пошли!

При его крике внутри зала заседаний двинулись две фигуры.

Парнем и девушкой в белой защитной форме, быстро сорвавшимися с места, были Казами и Хиба.

Их время движения сократилось, и они двигались неуловимо для глаза.

Казами расправила крылья и продиралась через дополнительную ношу.

— !

Она зашла Ноа за спину и без предупреждения ткнула наконечник G-Sp2 снизу.

В то же время Хиба поспешил прямо навстречу Микоку.

Атака Казами попала, и взорвался звук удара.

Однако она попала в Хибу.

— Э?

Звук всеобщего вздоха был громче удивлённого вскрика Казами.

В какой-то момент Ноа появилась за спиной Казами, держа Микоку на руках.

— !..

Казами развернулась к присутствию позади себя, и Ноа безучастно произнесла.

— Прошу, сохраняйте спокойствие. Конец связи.

Отброшенный в воздух Хиба пролетел над их головами.

Обычно бы от такого удара он стукнулся о высокий потолок, но расстояние и высота полёта сократилась из-за утроенного веса.

При таком раскладе парень врежется в третий ярус ступенчатого зала.

Его руки дико болтались, но ничего нельзя было поделать.

Его ноги тоже дико болтались, но также ничего нельзя поделать.

Казами знала, что предпринять в подобной ситуации, поэтому дала ему совет.

— Хиба! Бесполезно!

— Т-ты ведь сама виновата! Ты хуже всех!