Дрожь разбивала высотные окна, резонирующий рёв делал то же самое с окружающими зданиями, и уплотнённые структуры вроде магазинов были с лёгкостью отброшены.

Дрожала земля, и раздувался ветер.

— Лети! — кричала кукла-горничная, выписывая на Граме фломастером. — Сила воли!!

Как только добавились новые слова, Супер-Ультра МБР, подгоняемые силой воли, начали парить.

Шестидесятиэтажное здание свыше двухсот метров в высоту мимолётно зависло в воздухе, словно колеблясь, но…

————!!

Все высочайшие строения Икебукуро, скопление зданий в количестве трёх десятков, оторвались от фундамента, приковывавшего их к земле.

С разрушительным запуском они взлетели в небо в идеальной синхронизации.

Несколько автоматических кукол, наблюдающих со своих терминалов в Канде, воскликнули.

— Невозможно!!

На потолочной карте возникли десятки оранжевых огоньков, олицетворяющих гигантские летящие объекты.

Все они были громадными ракетами, сделанными из вертикально поднятых зданий.

Бетон и стекло образовали обшивку, а магазины с продуктами внутри — взрывчатку.

— Город… летит? — оторопело спросила одна из кукол.

№8 кивнула.

— Изначально эта сила могла поднять в воздух целый мир, — сказала она. — И она принадлежит одному из врагов, с которыми мы так долго сражались во время Концептуальной Войны.

Рассыпая под закатным солнцем стеклянные осколки, здания громко ускорялись в небеса.

Их всех окружали массивные кольца пара, и они прорывались сквозь них, продолжая заоблачный путь.

МБР поднимались на запредельную высоту перед тем, как рухнуть обратно на землю.

Горничная кукла стояла с помощью Грама на внешней стене Саншайна 60, когда тот вертикально поднимался в прозрачное вечернее небо. С отелем «Принц», охранными зданиями и прочими строениями, сопровождающими их, он напоминал летящий линкор.

— Оружие, символизирующее Холодную Войну, летит с места, где завершилась Вторая Мировая. Занятно, не думаешь?

Стремительно мчащиеся здания преодолели облака.

Массивные бело-серые объекты рассеяли тучи и затанцевали в небе, как косяк китов, выпрыгнувших из моря.

Здания взмыли над облаками и медленно переходили в нисходящую траекторию.

Стометровые контейнеры выписывали дуги, скрипели тяжелыми телами, и снова нацелились на землю.

Ракеты падали прямо вниз.

Их целью было Синдзюку, где находился Изумо.

Чтобы скорректировать их курс, когда они обратно втиснулись в облака, кукла-горничная дёрнула Грам как джойстик.

Здания ответили, окружив себя тонким порывом ветра, и полностью перевернувшись вверх дном.

Они нацелились в сторону земли.

Отель «Саншайн», отель «Принц» и прочие здания начали опускаться, словно горя желанием продолжать.

С алым светом и мерцающим жаром, исходящим из основания, высочайшее здание падало, увлекая за собой остальных.

Части одного района низвергались на другой.

Облака при столкновении с ними превращались в холодный туман.

Когда же здания вырвались с обратной стороны, открылся вид на Синдзюку и остальной Токио.

Высочайшая ракета, взявшая имя у солнца, начала двигаться, только увидев активность остальных.

И тогда массивное строение разогналось.

На переднем краю продвижения колоссальной боеголовки из каждого угла волочился белый туман.

Словно преследуя меньшие ракеты, которые вырвались вперёд… нет, словно их приветствуя, представитель архитектурного мастерства японской эпохи Сёва направлялся к Токио.

Он поравнялся с отелем «Принц», но не колебался.

— Мы отправляемся вперёд.

Кукла-горничная приветственно отсалютовала и миновала отель.

На этот раз все шестьдесят этажей гигантской падающей постройки купались в сиянии солнца, в честь которого её назвали.

Внизу открывалась земля.

С такой высоты даже виднелся отдалённый Императорский Дворец. Машины остановились, так что запятнанный выхлопами воздух расчистило ветром, и город прояснился.

Во время войны его разбомбили, и он потом разросся, так что ничего из предвоенного не сохранилось.

Более того, район Синдзюку был уничтожен в прошлой битве.

Но это закончится здесь, — подумала кукла-горничная на стене здания, которое начало ускорятся в падении.

Один удар положит всему конец.

Прораб проиграл Казами во время атаки армии, но был достаточно упрям, чтобы перечеркнуть сказанные ей слова, как бредни ребёнка. Он думал об этих вещах множество раз, но так и не сумел поверить.

Но, — подумал мужчина с небольшой улыбкой обречённости.

— Я немного в это верю. …Это придаст моим действиям смысл.

Падение теперь полностью набрало ход, и перегрузки почти сдували куклу вверх.

Но здание не замедлялось.

Падая навстречу Синдзюку, запущенный из Икебукуро небоскрёб рассыпал осколки себя, содержимое этажей и дым. Он словно извещал о том, что прибыл сюда по праву.

Ускорение подогнало полёт.

Снизу задувал ветер, порождая оглушительный рёв.

Улицы Синдзюку уже показались на глаза. Заходящее солнце удлинило тени, но только не в той разорванной и разбитой земле.

Кукла-горничная горько улыбнулась на то, что было видно даже грязь.

— В современности нет ничего дурного. Города — это макияж, наложенный на землю людьми.

И…

— Ведь мы его и наложили!!

Они устремились дальше.

Ударная волна от столкновения и взрыв массивных строений как минимум изничтожит Синдюку.

Останется лишь земная твердь.

И покуда горничная кукла напишет на Граме слово «барьер» перед самым взрывом, ей ничего не грозит.

Здание теперь отделял от поверхности всего километр. Его ускорение продолжалось, и достигнет пика в момент столкновения.

…Закончи всё.

Закончи нашу войну, — подумала кукла-горничная.

И в тот же миг она увидела движение на ветру.

К месту столкновения двигалась фигура. Она бежала и громила Синдзюку по пути.

Это Оокубо.

Изумо направил Оокубо в определённую точку.

Туда ударят ракеты, запущенные с Икебукуро.

Место олицетворяло современное Токио.

Токийское столичное правительственное здание.

Перед высочайшим зданием современного Токио Изумо резко остановил Оокубо.

В воздухе разлился рёв, когда Оокубо наступил на подземную аллею, затормозил и вытянул руку с Изумо к Токийскому зданию правительства.

Парень согнул колени, сопротивляясь инерции, но не упустил из виду врага.

Громадная тень нависла теперь совсем рядом.

Одного лишь сотрясения воздуха хватило, чтобы повыбивать окна Токийского здания правительства, но Изумо было плевать.

Он уставился на падающий объект, размеры которого создавали впечатление, что он стоит на месте.

— Довольно круто.

Он быстро поднял свою расчёску. Острая расческа звалась V-Sw и обладала силой разрушения и перерождения.

— Но я современнее тебя!!

Он неоднократно взмахнул V-Sw.

Передняя часть Токийского столичного правительственного здания разбилась, повсюду разлетелись осколки бетона и стекла, и слова приняли форму.

— Как раз сгодится настоящему мужику!

Крик из разведывательного самолёта достиг лаборатории Канда.

— Изумо-сама закончил писать! Там говорится…

Пауза.

— «Лучевая пушка»!!

Между двумя башнями сверху Токийского столичного правительственного здания пронёсся электрический разряд.

Бело-голубое электричество сцепилось в сумерках и создало массивную сферу распространения молнии.