— Х-хорошо, — прошептал он. Это же лучше, чем если Майка снова начнет себя резать, так? Но Джеку все равно стало не по себе из-за того, что он пользуется состоянием Майки, который сейчас явно не совсем ясно соображает. Это неправильно.

Джек открыл было рот, чтобы сказать, что передумал, но фэйри не дал ему такой возможности. Одной рукой он дернул трусы Джека вниз, а другой стиснул вялый член, быстро приведя в состояние готовности. Все возражения так и заглохли на губах.

Майка вдруг выпустил его, схватил вместо этого за руку и подтащил на середину постели. У него перехватило дыхание, когда Майка толкнул его на спину и взгромоздился сверху, так что его мягкий сморщенный член оказался рядом с толстой твердой плотью Джека.

— В комоде есть смазка, — прохрипел он.

— Мне она не нужна, — отозвался Майка, привстав на колени, и, изогнувшись всем телом, потянулся к члену Джека.

Джек выпрямился и обвил рукой талию Майки — тот ощутимо напрягся и уперся ладонями ему в плечи, удерживая на расстоянии.

— Тебе, может, и нет, — сказал Джек, — а мне нужна. — Он как-то уже трахался с парнем без смазки, и у него не было ни малейшего желания повторять этот опыт. Кому понравятся мозоли на члене?

— Хорошо, — согласился Майка, плюнул в ладонь и растер слюну по головке. Джек содрогнулся, когда рука Майки заскользила по коже — слюны хватило на весь член. — Сойдет и так, — сказал Майка, снова упираясь ладонью в плечо Джека. — Не двигайся. — Он тяжело опустился на колени Джека, впившись пальцами в его кожу, когда его тело приняло член Джека почти до половины.

— Полегче… полегче, — прошептал Джек, гладя Майку по бедру, наслаждаясь шелковистой мягкостью его кожи. — Медленнее… — Он попытался сесть и заглянуть в лицо Майке, но тот вдруг выпрямил руки, оттолкнув Джека.

— Я не просил тебя действовать полегче или медленнее, — сказал он. — Я просил меня трахнуть.

Он наклонился вперед, вдавив Джека в кровать, уперся руками ему в грудь и начал двигать бедрами, поднимаясь и опускаясь, каждый раз вбирая чуть больше члена Джека в себя. Наконец Майка выгнул спину и с хриплым стоном насадился на него до конца — звук дрожью прошелся по телу Джека. Он вскинул бедра, подавшись навстречу Майке — тот охнул, стиснув руки в кулаки.

— Да, Джек… трахни меня.

Джек застонал и приподнялся на локтях, чтобы иметь хоть какую-то опору, согнул ноги в коленях и, зарывшись пятками в матрас, толкнулся вперед, врываясь в тугое нутро фэйри. Майка откинул голову и стиснул зубы, чтобы сдержать крики и стоны, звуки, которые так нужны были Джеку.

— Ну же, Майка. Не сдерживайся. Я хочу тебя слышать.

Майка опустил на него глаза, луч лунного света скользнул по его лицу, отчего мокрый потный лоб и один ярко-зеленый глаз заблестели.

— Джек, — застонал он, и Джек охнул и внезапно кончил, ворвавшись в Майку, его яйца налились, внизу живота стало горячо — Майка продолжал двигаться на нем — с наполнившим его семенем Джека стало гораздо проще.

Теплое покалывающее ощущение растеклось по телу, Джек выпрямился и протянул руку, сжав сморщенный полутвердый член Майки. Тот застыл, когда Джек начал дрочить ему, складки кожи скользили в его ладони.

— Джек, не надо, — хриплым, натянутым голосом попросил Майка.

— Все хорошо, — прошептал Джек. — Просто расслабься. — Он наклонился вперед, прижимаясь губами к тонкой ключице, но Майка отшатнулся. И Джек удивленно задохнулся, когда тот наотмашь ударил его по лицу и оттолкнул, а потом, слетев с кровати, поднял с пола боксеры. Джек растерянно смотрел, как он, спотыкаясь, идет через комнату, подхватывает футболку и выбегает в коридор.

Джек медленно сел, оперся локтями о колени и уставился на закрывшуюся дверь, пытаясь сообразить, какого хрена случилось. Он всего лишь хотел, чтобы Майка кончил, и получил за это пощечину? Он поднял руку к лицу и потер ноющую щеку. Ему начинало казаться, что понять поведение фэйри просто невозможно.

Подождав несколько минут, он встал и вытерся, поменяв белье и нацепив старую футболку, прежде чем снова забраться в постель. Укладываясь поудобнее, он взглянул на дверь и натянул повыше одеяло. Майки не было слишком долго, если он просто сбежал в душ. Может, решил переночевать где-нибудь еще. Джек нахмурился, пытаясь представить, как Майка разговаривает с кем-нибудь, кроме Акитры, но не преуспел. Пошел бы он к Акитре? Прошлым утром за завтраком их отношения казались довольно натянутыми, но это ничего не значит.

Вздохнув, он взбил подушку и закрыл глаза. В конце концов, он не отвечает за Майку, а утром ему на занятия. Он не может ждать всю ночь. Он уже начал засыпать, когда услышал легкий скрип петель. Подняв голову, он увидел, как Майка на цыпочках пробрался в комнату и прикрыл за собой дверь. Джек задумался, не притвориться ли спящим, но просто не смог это сделать.

— Майка? — Он приподнялся на локте. — Ты в порядке? — В слабом лунном свете ему показалось, что тот посмотрел на него по пути к своей кровати.

— Бритвы я с собой не брал, если ты об этом спрашиваешь, — отозвался он и лег, укрывшись. — А ты… ты как?

— Нормально. — Джек уронил голову обратно на подушку. Он не знал, что еще сказать, и между ними повисло долгое тяжелое молчание.

— Я зря тебя ударил, — внезапно прошептал Майка. — Ты просто делал то, что заложено в тебя природой, а я… я отреагировал чересчур остро. Я пойму, если ты больше никогда не захочешь это повторить, но я хотел сказать, что предпочел бы, чтобы ты меня трахал, чем резать себя бритвой, если ты, конечно, не против.

Джек перекатился на спину и уставился в потолок, а потом тяжко вздохнул.

— Я… не против, — наконец выдал он. Выход, конечно, не идеальный, но если это помешает Майке ранить себя… Джек ничего не теряет, и, может, это позволит ему разгадать причину этой своей странной одержимости бескрылым фэйри. — Правда тебе придется объяснить, что именно от меня требуется. — Джек повернул голову и посмотрел на Майку, но в темноте ничего не мог различить, кроме очертаний тела под одеялом. — Чтобы я держал свою «природу» под контролем. — Ему совсем не хотелось получить еще одну затрещину.

— Есть только одно условие, — пояснил Майка. — Скорее всего, тебе оно покажется бессмысленным, потому что ты человек… без обид.

— Я не обижаюсь, — ответил Джек. Он начинал понимать, насколько разными категориями мыслят люди и фэйри. — Что за условие?

— Когда я с тобой, то не хочу кончать. Это вопрос не удовольствия и даже не секса, просто мне нужно кое-что, и ты даешь это мне. Больше ничего. — Казалось, он замешкался. — И между нами тоже ничего нет. Я знаю, что вы, люди, постоянно приплетаете чувства там, где это не нужно, где эмоции лишь мешают, поэтому сразу хочу прояснить. У нас с тобой соглашение, а не отношения.

— Соглашение, — повторил Джек. Слово казалось таким холодным и безликим, но, видимо, в этом и смысл. — Хорошо.

— Вот и отлично. — Джек услышал, как Майка повернулся набок — зашелестели простыни. — И еще одно: меня не заденет, если ты сошлешься на дела, усталость или просто скажешь, что не в настроении со мной трахаться, и я жду того же и от тебя, если по какой-либо причине не приду к тебе. Сумеешь?

— Не вопрос. — Джек кивнул в темноту. — Может, нам это запротоколировать и расписаться кровью?

— Только если тебе трудно так запомнить, — отозвался Майка. — Пожалуй, все. Спокойной ночи.

— Спокойной, — ответил Джек, отвернувшись к стене. В данных обстоятельствах это было удачное соглашение, так почему Джеку казалось, что он делает что-то не то?

Глава 34

На следующее утро Джек, уставший как собака, ввалился на языки и плюхнулся на сидение рядом с Зэйденом.

— Тяжелая ночь? — спросил тот, криво улыбнувшись. — Как его зовут?

— Это не то, что ты думаешь, — сказал Джек и потер лицо. — Майке приснился кошмар.

— Ооо, — протянул Зэйден. — Утром он вроде был в порядке.

— Ты его видел? — Майка ушел еще до того, как сработал будильник Джека.

— Ага, — кивнул Зэйден. — Он попросил кое-что тебе передать. — Он наклонился, открыл сумку и вытащил из нее старую кожанку Джека. — Ты что, давал ему поносить?

— Нет, она была на мне в ночь вечеринки, — ответил Джек и, протянув руку, забрал куртку. — Она порвалась и испачкалась. Акитра сказал, что выкинул ее. — Первым делом Джек проверил подкладку — атлас был потертый, но чистый, — а потом пробежался пальцами по заплатке на спине в районе лопатки. Она была очень красивая — бабочка с тоненькими крыльями, переливавшимися зеленым, желтым и медово-золотистым цветами.

— Ага, я видел, — кивнул Зэйден, посылая ему еще одну кривую улыбку. — Похоже, кто-то хочет танцевать с тобой.

— Что это значит? — спросил Джек. Акитра в душе тоже говорил что-то про танцы.

— Я не очень разбираюсь в деталях, — начал Зэйден, — но в прошлом году моим соседом был фэйри, так что кое-что знаю. Танец — это их представление об отношениях, только у них все еще запущеннее, чем в играх магов. Тонна правил и негласных кодексов поведения — это как шахматы или сложный танец. Вот, к примеру, эта бабочка. Когда фэйри решают, что человек достоин того, чтобы с ним танцевать, они дарят тому бабочку с такими же крыльями, как у них самих, ведь волшебная сила определяет их социальный статус.

— То есть это цвета Майки? — спросил Джек, приподнимая заплатку, чтобы лучше рассмотреть. Он вспомнил глаза Майки, сверкающие зеленоватой синевой, а потом мягкий бирюзовый пушок вокруг его члена, и сглотнул. — Я почему-то думал, что в них будет больше синего.

— Крылья фэйри не всегда под цвет глаз, Джек. Я как-то знал морского фэйри с голубыми глазами и волосами, но его крылья были ало-кораллово-желтыми. Так что… — Он протянул руку и потрогал бабочку. — Что ты собираешься с этим делать?

— Не знаю, — нахмурился Джек. — Я ничего не знаю про фэйри. А что бы сделал ты?

— Это зависит, — отозвался Зэйден, вытащив из сумки тетрадку. — Он тебе интересен?