Девушка смущенно улыбнулась.

- Не стоит, вы, наверно, домой торопитесь, а мне еще в магазин нужно зайти.

Она все еще не могла отойти от происшествия.

- Дома меня никто не ждет, - он отмахнулся. - А допустить, чтобы вы еще раз попали под машину, я не могу. Кстати, меня зовут Гюнтер.

Девушка улыбнулась и склонила голову.

- А я Алина.

Она осторожно, едва касаясь, положила ладонь на его согнутую руку и уверенно шагнула на дорогу, не забыв посмотреть по сторонам.

Пока они шли к магазину, Лина искоса изучала своего спутника. Мужчина…нет, скорее парень, лет двадцати шести, может семи, чуть выше ее, стройный, но сильный, она до сих пор помнила, с какой силой тот дернул ее назад, спасая от колес иномарки. Светло-русые кудри, яркие синие глаза, задорная улыбка.

Очень симпатичный.

- А почему - Гюнтер? – вдруг спросила девушка. Они подошли к дверям магазина и парень потянулся к рукояти двери.

- Что? – не сразу понял он вопроса.

- Почему у вас такое необычное имя - Гюнтер? – улыбнулась девушка, - Вы немец?

- Ааа, да, - он посторонился, пропуская вперед Лину, - Мои родители были немцами, но жили тут, в Москве. Идите, я подожду здесь.

Девушка кивнула, заверила неожиданного спутника, что она быстро, и направилась к полкам с продуктами.

***

Гюнтер ей нравился. Он был вежлив, воспитан, порядочен.

Интересы у них, конечно, совпадали не всегда. К примеру, Лина не очень любила выставки, а вот новый друг часами пропадал на вернисажах. Поначалу тянул девушку с собой просвещать ее «зашоренный стрессами мозг», как он выражался, но после трех подряд фотовыставок на военную и остросоциальную тематику, девушка взмолилась и запросила отдыха. Стресса ей и по жизни хватало, а любоваться на фотографии боевых действий в каком-нибудь Ираке или Афганистане ей было неинтересно и неприятно.

Впрочем, по книжным магазинам они оба гуляли с удовольствием.

Гюнтер терпеть не мог кино. Фильмы, что художественные, что документальные, особенно на историческую тематику, вызывали у него в лучшем случае скептическую ухмылку, мол, «ну-ну, знаем мы эти ваши документы», в худшем – он мастерски критиковал любую мелочь. Лина смеялась над ним и пыталась объяснить понятия художественного вымысла и авторского видения, но без толку. А мультфильмы парень смотрел с непередаваемым детским восторгом, обмолвившись как-то, что в его время это считалось бы шедевром. В какое-такое время, он не уточнял.

Парень действительно разбирался в истории. Москву знал на «отлично» и почти каждую прогулку превращал в импровизированную экскурсию, рассказывая Лине, чем знаменита та или иная улица и какие известные люди на них жили. Девушка слушала его, раскрыв рот. Рассказывал Гюнтер увлекательно и интересно, не забывая где-то подтвердить свою историю отсылкой к документам, а где-то и развеселить анекдотом или байкой.

Лина поначалу предположила, что он работает либо в архиве, либо в какой-то студии. Парень много знал о прошлом, как будто сам был всему свидетелем. Но о своей работе он умалчивал и отделывался общими фразами. Пару раз ему приходилось уезжать в зарубежную командировку, откуда он привозил девушке маленькие сувенирчики, но чем конкретно занимается, на какой должности и как называется его компания, говорить категорически не хотел.

Но Лина замечала и некоторые странности.

Например, он почти никогда не ел и, если угощал девушку в ресторане, то себе чаще всего заказывал всего лишь бокал красного вина. Лина поначалу косилась на такое поведение и уговаривала съесть хотя бы десерт, но после пары ложек он отказывался. К слову, Гюнтер никогда не пьянел, либо сдерживал себя, находясь рядом с девушкой, либо действительно спиртное для него было как вода.

Еще он старался избегать солнечных лучей. Девушка со смехом предложила ему купить крем от загара, раз он его так боится, на что парень странно улыбнулся и ответил, что тогда он будет выглядеть слишком экстремально. На ее вопрос – почему, он лишь ухмыльнулся и ответил, что в ближайшее время расскажет.

А вот кожа у него была прохладной, словно он только что вышел из морозильной камеры.

Впрочем, Лина считала, что у всех есть свои особенности и поэтому не придавала значения этим странностям друга.

Но оставался один вопрос, который ее все-таки нервировал.

Отношения с мужским полом у девушки не складывались. С мужем ей не повезло и развод состоялся через полтора года после свадьбы, а с тех пор Лина больше ни с кем не встречалась. И не сказать, что не было желающих познакомиться с симпатичной девушкой поближе. И на работе, и в доме, где она жила, находились мужчины, которые предлагали Лине и крепкие мужские руки, и пылкие сердца, и долгую совместную жизнь. Сама девушка им отказывала. Не нужно ей ничего, ни рук, ни сердец, ни совместной жизни. И ей очень не хотелось огорчать этим фактом такого отличного парня как Гюнтер. Правда, за все полтора месяца знакомства он не подал ни единого знака, что хотел бы перевести их отношения в новое русло.

Наконец, не выдержав, Лина сама первой начала разговор на эту тему и к своему огромному облегчению услышала, что, хоть Гюнтеру и нравится с ней общаться, но никакой романтики он не предполагает, потому что видит в девушке исключительно младшую сестренку.

- Что, прям так и сказал? – недоверчиво спросила Марина, лучшая подруга Лины, когда та ей передала свой разговор с другом. Судя по доносящемуся в трубке телефона плеску воды и стуку тарелок, она мыла посуду.

- Именно, - подтвердила девушка. Она чувствовала, что с сердца камень упал, узнав, что Гюнтера как женщина не привлекает.

- Ну не знаю, подруга, - протянула та, - По-моему, это странно: знакомиться с девушкой и считать ее младшей сестренкой.

- Марин, ну почему каждый мужчина должен во мне видеть обязательно объект своих сексуальных фантазий? – вздохнула Лина. Разговор с подругой на эту тему она вела уже давно и так же давно они оставались каждая при своем мнении: Марина упорно считала, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, а Лина всякий раз опровергала эту точку зрения.

- Ладно, у каждого свои тараканы, но если что – я тебя предупредила!

Лина улыбнулась в телефонную трубку. С Мариной они были знакомы больше десяти лет, и лучшая подруга прекрасно знала все нюансы лининой жизни.

- Мама, а мы уже вернулись! – в телефоне послышался звонкий детский голосок, а вслед за этим мужчина коротко спросил, готов ли ужин. Все понятно, это пришли с прогулки муж Марины и ее шестилетняя дочь Лялька.

Лина быстро попрощалась с подругой, передавая приветы ее семье, и положила трубку.

Но, все-таки, бывает просто дружба между мужчиной и женщиной!

***

За прошедших полтора месяца Елиазар так и не пришел к какому-то точному выводу, каким же талантом владеет Алина.

- Ты молодец, что за девочкой присматриваешь, - похвалил друга Елиазар, - Мне все еще нужно время, чтобы разобраться.

- А с Натансоном ты так и не пообщался по этому поводу? - уточнил Гюнтер.

Старый еврей появился в клане лет двадцать пять назад, сразу вступил в Паноптикум и начал помогать Елиазару в работе. У него был большой опыт в обучении молодых магов, чуть позже Авраам Моисеевич занялся и новичками-менталами. Поэтому, если кто и мог определить способности девушки, то только он.

Елиазар нахмурился. Со своим помощником он так и не обсудил возникшую проблему, втайне мечтая, что идти к нему за помощью все-таки не придется. Но он понимал, что, как ни крути, а сам не разберется:

- Вот завтра Авраам приедет из Иерусалима и придется к нему идти.

Но тут его озарила одна интересная мысль.

- Друг мой, - Елиазар обратился к парню, - А по вечерам девушка домой возвращается очень поздно?

***

Собственно, как осуществить идею Елиазара, Гюнтер придумал сразу.

Но ему почему-то совершенно не хотелось поступать таким образом с Линой. Ведь, если тот неправ, то девушка может серьезно пострадать, а она парню нравилась. Напоминала ему младшую сестренку Катарину, такую же ехидную и добродушную.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: