Все! Пока больше народу не надо. Вчетвером управимся. Я, Желтый с Оранжевым и старина Гнус. Четверо. Пора и отдохнуть немного, поспать всласть. А то, с этим контрактом, я вообще спать перестал. Все на бегу. Надо остановиться. Девчонки, уже месяц не видел. Но это может и подождать немного. Команду соберу, а там, глядишь, после очередного этапа и расслабиться можно. Что я не человек, что ли! Желтый прибывает на Иваново завтра. Передам послание, встречу Желтого и на Кушку! А сейчас - спать. Все. Спать, спать, спать.

   Интерком взорвался сигналом вызова, выдернув меня из нежных объятий Морфея, как хороший рыбак выдергивает из воды, обнаглевшую от голода форель. Нет, надо сигнал потише сделать. Лучше вообще его не услышать, чем просыпаться под рев сирены.

   - Егерь? Вы не спите? - Майор. Голос встревоженный.

   - Уже нет, товарищ майор. У вас омерзительная привычка будить меня во время просмотра цветных эротических снов. - Желание скрыть раздражение от внеплановой побудки вызывает необходимость плоско пошутить. Впрочем, с учетом уровня чувства юмора у майора, эта шутка может показаться ему необыкновенно смешной. Оказывается, не в этот раз.

   - Как бы вам не пришлось самому в них поучаствовать, причем не в самом приятном качестве. Если вы, конечно, не пассивный гей.

   Ого! Граничит с оскорблением! Что это с нашим бравым майором?

   - Что-то случилось?

   - Случилось? Это мягко сказано! В правительство Славянского сектора пришла дипломатическая нота от посла Нью-Техаса. Если вкратце, то вас предлагают четвертовать и выслать на Нью-Техас кусками для публичного сожжения.

   - Приятная перспектива. А на каком, собственно, основании?

   - Обвинение в пиратстве!

   - И кого же я ограбил?

   - Егерь! Детали и нюансы мне неизвестны, но если вы не хотите оказаться под арестом и быть интернированы в Американский сектор на расправу местным ку-клус-клановцам, немедленно отправляйтесь туда, где вас не найдут. Наши, наверняка, спешить не будут, пока бумаги перейдут с одного место на другое, пока ноту рассмотрят официально, глядишь, и забудут про вас. Полагаю, что нашумели вы на Нью-Техасе основательно, но стоит вам прекратить деятельность по контракту, как америкосы сразу отстанут.

   - Спасибо вам, майор, за информацию. Не думал, что мной займутся всерьез и так скоро. Еще бы рейса три-четыре, и мы с этими ковбоями могли бы поговорить на равных.

   - Поверьте, Егерь, нет таких денег, что бы компенсировать вашу смерть. Наплюйте и бросайте контракт немедленно! - Странно. До сих пор майор представлялся мне большим любителем загребать жар, исключительно чужими руками. А тут, добровольно отказаться от весьма серьезных комиссионных, руководствуясь исключительно состоянием моего здоровья! Или, не только? Стоп, Егерь. Так можно далеко уйти в своей подозрительности. До паранойи. То есть, здоровые сомнения еще никому не вредили, но болезненное восприятие окружающих, кровно заинтересованных в твоей кипучей деятельности - это уж слишком. Комиссионные у майора все-таки не маленькие. А вот риск для него - минимален. Может просто человек он хороший, да и я его не обманул ни разу. Почему бы ему обо мне не позаботиться?

   - Уважаемый майор! Нет ли у вас какой-нибудь информации о возможных мерах нашего Славянского правительства в отношении меня лично?

   - Пока нет, но я постараюсь держать вас в курсе.

   - Буду признателен. Если я правильно понимаю, ко мне претензий у нашей стороны нет, кроме этой ноты?

   - Насколько я знаю - нет. Никаких преступлений на территории Славянского сектора вы не совершали, но в угоду поддержания недавно заключенного мира, наши политики с дипломатами могут принести в жертву бывшего Егеря. С другой стороны, эта нота идет не от Правительства Американского сектора, а только от суверенного Нью-Техаса. Их могут и послать в эротическое путешествие. Мол, нас это не касается - сами разбирайтесь. Но если вожжа под хвост попадет нашим дипломатам, то можно так на орехи заработать, что мало не покажется. В общем, никакой определенности.

   - Понимаю, нужно время, что бы разобраться в ситуации.

   - Главное тут не опоздать. Если будет выдан ордер на ваше задержание, начнутся проблемы.

   - В любом случае, спасибо вам, майор. Если что не так, уж не поминайте лихом!

   - Не дождетесь, Егерь, чует мое сердце, вы еще попортите крови америкосам. Буду держать вас в курсе.

   - До связи.

   Вот тебе и майор! Беспокоится за своего "протеже". Ну, впрочем, беспокойство его понятно. Все-таки не чужие люди уже. Ну что, пора и Павла Сергеевича навестить. Соскучился, поди, по регулярным депешам. Встреча прошла буднично и обыденно. Информация сдана - информация получена. Счастливого пути! Несмотря, на то, что перемещения по Иваново до сих пор не вызывали опасений, тем не менее, я не только напялил на себя бронежилет под куртку, но и взял собой Гнуса, как прекрасное "средство" определение угрозы. Впрочем, все предосторожности оказались напрасны, хотя напрасной предосторожности не бывает. Время двигать в космопорт, встречать Желтого.

   Пассажирский лайнер с пафосным названием "Парящий орел" сел точно по расписанию. С учетом перемещения внутри Славянского сектора - таможни никакой нет. Осталось дождаться выхода пассажиров у терминала входа в зал ожидания. А вот и Желтый! Все-таки удачный ему достался позывной. Копна непокорных пшеничных волос, полная рожа веснушек и широчайшая, заразительная улыбка. Голубые, даже скорее, васильковые глаза излучали такой неподдельный восторг, что сомневаться в искренности не приходилось. Обнялись.

   - Отметим? - Желтый был готов отмечать что угодно и сколько угодно. Впрочем, привлекала его не пьянка, а возможность шумно повеселится. В промежутках между рейдами, которые отмечались всегда с энтузиазмом, Желтый играл заглавную роль тамады и балагура, поддерживая приподнятое настроение у всей Свиты. Чужие в компанию не допускались принципиально, на что многие знакомые обижались, но Свита была непреклонна. Только свои. Женщин это ограничение естественно не касалось, к вящей радости всей компании изрядно измученной необходимостью общения исключительно в мужской компании на все время выполнения задания. Если, конечно, потерь не было.

   - Не сейчас, дружище. Возникли проблемы. - Я слегка погрустнел.

   - Работы не будет? - Желтый тоже убрал улыбку с лица. - Не расстраивайся, Фиола, хоть встретились, и то хорошо! - И улыбнулся вновь. Правда, улыбка уже выглядела не очень натурально.

   - Не отвертишься! Прокатился первым классом, и про работу забыть можно? Не рассчитывай! Работы теперь будет еще больше, чем я планировал, но выполнить ее будет намного сложнее.

   - Не волнуйся, справимся. Где наша не пропадала? А нигде не пропадала! - Желтый опять вернулся в свое обычное приподнятое настроение. - Какие будут указания?

   - Ты бы хоть про условия работы спросил, про зарплату, а то сразу указания ему подавай.

   - Фиола, я же знаю, что пирожками торговать, ты меня заставлять не будешь, но и голодным не оставишь. А если дело того стоит, так я могу за хлеб и воду... Короче так, для удовольствия.

   - Хлеб и воду не обещаю, а вот консервированное фуа-гра с персиковым компотам - запросто.

   На словосочетании "персиковой компот" из рукава появилась заинтересованная мордочка Гнуса. Осмотревшись, он вылез полностью, с обезьяньей ловкостью вскарабкался по рукаву на мое плечо и уставился на Желтого, во всю ширь своих янтарных глаз. Желтый, в свою очередь, распахнул свои глаза, едва ли не шире, чем Гнус.

   - А это кто такой симпатичный? - поинтересовался Желтый и протянул руку погладить растрепанные перья.

   Гнус лениво щелкнул челюстями в опасной близости от пальцев Желтого, но никакой агрессии проявлять не стал. Очевидно, Желтый ему понравился.

   - А это Юнга с нашей "Пираньи". Зовут Гнус. При этом мой большой друг. - Гнус надулся, как теннисный мячик. - Если тоже хочешь с ним подружиться, немедленно откажись от употребления персикового компота пожизненно. На нашем корабле лопать его, имеет право только Юнга. Так, Юнга?