— Гермиона… — Простонал он, скользя губами по её шее и слегка сжимая её грудь в ладони.

Девушка пришла в себя и вырвалась из его объятий. С испугом она смотрела на обескураженного парня. Кого из них двоих она боялась больше — себя или его она не знала.

— Что не так? — Хрипло спросил он.

— Это неправильно. Мы не должны. — Не менее хрипло ответила она.

— Ты же хочешь этого, как и я.

— Нет. — Гермиона покачала головой, шагая назад. Малфой сделал шаг к ней.

— Лучше, когда твой парень игнорирует тебя и не понимает твоих намёков? Твоих желаний? — Наступал он.

— Он поймёт. — Слабым голосом возразила она.

— Когда? Через несколько лет? Я их познал уже сейчас. Хотя вижу тебя всего четвёртый раз.

— Пятый. — Пискнула девушка.

— Тем более. — Драко продолжал наступать, зажимая Гермиону у стены. — Я вижу, что ты полна жизни, энергии, желаний. Твои гормоны бьют ключом, от которого у меня сносит крышу. И я хочу тебя. Ты не представляешь, как сильно я сейчас тебя хочу. — внутренний волк заинтересованно пробудился и послал ему волну из своего желания. Это придало парню сил говорить о своих чувствах. — Я могу оценить тебя, чувствую то же, что и ты. Мы оба этого хотим. Внутри меня живёт зверь, который хочет тебя! Этот волк стонет и воет, когда видит тебя. Знала бы ты, как мне сложно его усмирить, когда я вижу тебя, чувствую тебя, держу в своих объятиях. — Драко взял руку обескураженной девушки и поднёс к своей груди. — Ты чувствуешь, как бьётся сердце? Ты ускоряешь его бег. — он провёл её руку ниже к своему паху; Гермиона ахнула и залилась яркой краской, почувствовав внушительный бугор под своей рукой. — Ты чувствуешь это? Ты вызываешь во мне такие желания. Дай этому волю. — он сжал её рукой свой член и от острых ощущений тихо произнёс: — Отпусти и отдай мне себя.

Малфой вновь склонился к её лицу и, не спрашивая разрешения, не давая время обдумать сказанное им и свой ответ, вновь поцеловал её, выпуская свою страсть, свои чувства, сжигая её в своих эмоциях и желании.

Гермиона растерялась. Она и не подозревала, что вызывает у парня такие… такое… она не находила подходящих слов.

«А как же Рон? Нельзя так.» — Подумала она и вывернулась из плотных объятий юноши.

— Нет. — твердо сказала она. — Сейчас в тебе говорит одиночество, а во мне обида. Так нельзя. — Она подняла руку, когда Малфой что-то намеревался сказать. — Не будем об этом. Нам ещё работать вместе. Это только навредит.

И, пока сама не передумала, подбежала к камину и исчезла в пламени. Малфой завыл волком от отчаяния и злобно отшвырнул рядом стоящий стол, который разлетелся в щепки.

Пролетев до подземелья, он схватил первую попавшуюся бутылку алкоголя и, одним взмахом руки снеся ей горлышко, моментально опустошил половину. Он хотел забыться, чтобы не думать, не чувствовать, не знать, не слышать.

Гермиона вылетела из камина в квартире у Рона. Её чувства и эмоции были накалены до предела, огонь желания переполнял, и она намеревалась выплеснуть его на правильного человека, чтобы не думать о Малфое и его обжигающих словах, сильных настойчивых руках. Забыть, как страшный сон.

Не обнаружив парня в гостиной, она прислушалась. Раз камин открыт, значит он дома. Спит уже? А как же она? Он не пытался найти её? Со стороны кухни послышался смех. Рванув туда, она застала крайне неприятную картину. Рон пил чай с Элоизой и мило болтал. Та смеялась.

— Что. Здесь. Происходит. — Яростно зашипела она не хуже Василиска. Злость накрывала её все больше, воздух вокруг искрился.

— Гермиона? — удивился Рон. — Я потерял тебя. Элоиза предложила подождать тебя тут.

— Я вижу. — скалилась девушка, подходя к своей сопернице. — Я все вижу. Если я ещё раз увижу тебя рядом с моим парнем, то ты будешь ходить лысой до конца своих дней, ты поняла? — Гермиона наклонилась и фурией посмотрела на девушку.

— Поняла. Я уже ухожу. — Пискнула она и снитчем вылетела с кухни, исчезнув в рёве зелёного пламени.

— Теперь ты. — Гермиона злобно уставилась на Рона. — Что ты себе позволяешь? Как ты посмел так поступить со мной?

— А что я сделал? — Струхнул Рон, уже начиная бояться девушку.

— Ты посмел на глазах у всех общаться с этой девкой больше, чем со мной, своей девушкой! Ты должен был провести со мной этот вечер! Целиком и полностью! Ты пришёл со мной и должен был уйти тоже со мной! А вместо этого я постоянно вижу, как ты флиртуешь с ней! За весь вечер ты толком не поговорил со мной, а с ней ты весело что-то обсуждал! Я специально купила такое платье, чтобы ты оценил его! Чтобы услышать от тебя слова восхищения, что ты меня любишь! А ты? Вместо этого ты бросаешь меня одну на балконе, развлекаешься с девицей, готовой повеситься на шею практически любому! Ты даже не пригласил меня на танец!

— Мы танцевали! — Робко вклинился Рон.

— Да, когда я чуть ли не угрозами заставила тебя сделать это! Но перед этим ты танцевал с ней! — Выкинула Гермиона руку в сторону стула, на котором сидела Элоиза. Рон посмотрел в ту сторону.

— Она сама меня пригласила. — Втянул он голову.

— А ты и не отказал! Какая галантность!

— Но это и правда невежливо. — Оправдывался он.

— Невежливо? Невежливо?! — Голос Гермионы перешёл на визг. — Невежливо оставлять меня одну! Невежливо не разговаривать со мной, когда мы встречаемся. Невежливо оставлять меня ради своего брата, который, к слову, сам в состоянии справиться со своим горем. У него, если ты помнишь, есть девушка, и она прекрасно помогает ему в этом. Ты совсем меня не замечаешь, забываешь обо мне! Мы видимся всего раз в неделю, обедаем, и то, мы не разговариваем о нас, нет, говоришь лишь ты и только о себе. А я только выслушиваю и мою тарелки!

— Для этого есть заклинания. — Подал, как ему показалось, удачную идею Рон.

— Что? — Задохнулась Гермиона. — Что ты сказал? — Рон молчал, боясь последствий. — Да как ты смеешь мне такое говорить?! Мне, знающей все заклинания из всех учебников! — Гермиона в сердцах разбила тарелку о рыжую голову. — Если ты немедленно не скажешь, что любишь меня и теперь все будет по-другому, то я просто убью тебя!

— Гермиона, я люблю тебя! — Затараторил Рон, закрывая голову от возможного очередного удара. — Прости меня за всё! Всё будет по-другому! Я буду проводить с тобой весь день, буду разговаривать с тобой, говорить комплименты, восхищаться тобой! Обнимать и целовать! Все, как ты хочешь, поверь! Я очень люблю тебя! Очень-очень люблю!

Гермиона тяжело дышала, держа очередную тарелку в руке. Рон говорил искренне — она точно знала, что в порыве страха, он говорит именно то, что думает.

— Точно? — Сощурилась она.

— Точно-точно. — Закивал тот.

— Хорошо. Сейчас я отправляюсь в Хогвартс - у меня там осталось пара незаконченных дел. А завтра в полдень я жду тебя у себя. И только попробуй мне заикнуться, что тебе нужно к брату или к покупателям, или что-нибудь в этом духе. Летучемышиный сглаз твоей сестры тебе покажется детской шалостью по сравнению с тем, что устрою тебе я!

— Завтра в двенадцать буду. — подскочил Рон. — Обещаю.

Он быстро обнял девушку, целуя её, надеясь, что это поможет ему избежать ещё большей бури, чем только что бушевала. Гермиона же, вдоволь нацеловавшись со своим парнем, отправилась в Хогвартс. К ее первому полноценному свиданию с Роном следовало подготовиться.

Часть 15

Пыльная тишина библиотеки, шелест страниц, скрип пера по пергаменту — это всегда успокаивало Гермиону. В библиотеке, не важно, школьная ли она была или домашняя, маггловская или волшебная, она находила приют и спасение. Это место дарило заряд энергии и сил, позволяло забыться и унестись в захватывающие миры, придуманные авторами, погрузиться в факты и события биографии великих людей или же почерпнуть не дюжие знания из научных трудов умнейших учёных мира. Или же банально спрятаться. Скрыться от всего мира и не думать, потому что, стоило ей выйти из камина в директорском кабинете школы Хогвартс, как на Гермиону нахлынула лавина эмоций и противоречивых чувств.