— Мне совсем не нравится нынешний главный жрец Пулут-К`йозга. Он требует все больше жертв и часто пользуется силой бога лишь для увеличения своего влияния на придворных. Боюсь, он нас всех погубит. Но у меня нет достаточно сил, чтобы противостоять ему. Даже у Аак-Чалана последнее время их не хватает. Поклонение Небесному Змею приходит в упадок, — горько добавил он.

— А почему вы просто не отказались от покровительства Пулут-К`йозга, он ведь все-таки не отличается милосердием? — не найдя ничего лучшего, спросил Турн.

— Когда Вотан покинул эти земли, власть Кош-Чалана на них стала проникать очень слабо. Только очень искусные жрецы могли слышать его советы и указания. Повеления Пулут-К`йозга наоборот были очень хорошо слышны жрецам, с ним было проще. Совсем же без указаний богов мы обходиться не можем. Я знаю, что Аак-Чалан показывал тебе пещеру, в которой изображена история мира. И ты знаешь, что судьба четвертого мира зависит от того, как люди будут выполнять законы богов. А чтобы Пулут-К`йозг продолжал давать свои советы, ему нужны жертвы.

Оба воина умолкли, и некоторое время просто продолжали смотреть на белесые пенные гребни волн, гулявших по видневшемуся вдалеке морю. Потом Тоэльт`син вновь заговорил:

— Есть еще одно старое предание… В нем говорится, что если отыскать камень-солнце четвертого мира и принести его в Че-Те-Каль, в святилище под горой, то тогда Кош-Чалан усилит свою власть над этими землями, и мы не будем настолько зависеть от благосклонности Пулут-К`йозга. Некоторое время назад Аак-Чалан с помощью своей магии искал этот камень-солнце. А потом началась вся эта история с Ай`игель и стало не до этого…

Внезапная догадка молнией сверкнула в голове Турна. Он молча поднялся и пошел к драккару. Найдя среди поклажи свой меч, он так же молча вернулся к своему собеседнику и, показав на красный самоцвет в навершии рукояти, спросил:

— Этот камень может быть тем камнем-солнцем, который он искал?

— Может.

— Держи, — не колеблясь ни секунды, Турн протянул свой клинок молодому вождю навваэлей, — Почему было просто не сказать, что так, мол, и так — это, возможно, то, что мы ищем, и все такое? — после короткой паузы добавил он.

— Аак-Чалан запретил говорить прямо. Он считает, что если вас действительно привела воля Кош-Чалана, то ты обязательно должен был догадаться, что к чему.

Тоэльт`син бережно взял меч из рук Турна. Улыбка заиграла на его губах:

— Возможно, это действительно тот самый камень-солнце. Или он каким-то образом с ним связан. Но точно скажет только сам Аак-Чалан.

— Ну вот, теперь наше путешествие точно подошло к своему концу, — возвращаясь к костру вместе с Тоэльт`сином думал Турн.

Драккар уже спустили на воду и отплывающие нордлинги заняли свои места на скамьях. Не было на местах только ярла, его давнего друга и Даргина.

— Ты точно решил, Сигги? — на всякий случай еще раз спросил Турн, уже заранее зная, каким будет ответ.

— Да, дружище, я остаюсь.

Ветер изо всех сил трепал рыжую шевелюру на опущенной голове Сигги, но голос его оставался твердым и не давал повода усомниться в принятом им решении.

Сегодня утром Сигги огорошил своего ярла заявлением, что они вместе с Ай`игель остаются на этих землях. Они решили податься к кочевым племенам, которые жили где-то далеко на север от страны навваэлей. Впрочем, похоже это их решение оказалось неожиданностью только для Турна и нордлингов. Судя же по лицам воинов-навваэлей, тех оно врасплох не застало. И самое странное, что Тоэльт`син и его воины никак не возражали на такое вопиющее нарушение воли Улуг-К`юн-Тэкки. Наоборот, двое воинов, из числа сопровождающих Тоэльт`сина, уходили вместе с этой парочкой. И что еще больше удивило Турна, так это то, что Даргин, который и в Те-Ти-Улькане то не был, тоже собрался с ними. Причем он так внятно и не объяснил, зачем это ему надо. Но поскольку даже Гвенблэй ни единым словом не стал возражать против выбора своего компаньона, Турн только махнул рукой и кивнул в знак своего согласия.

— Ну что же, прощай.

Впервые медвежьи объятия Сигги не показались Турну излишне крепкими. Сказать было больше нечего. Хлопнув по плечу своего старого друга, которого он, несомненно, больше никогда не увидит, ярл развернулся и, спустившись с берега, дошел до покачивающегося на воде драккара. Эйлим и Гвенблэй подхватили его за руки и помогли перебраться через борт.

— Весла на воду. Мы идем домой! — сказал Турн и повернувшись к берегу поднял руку прощаясь с остающимися.

Семеро человек на берегу дружно замахали в ответ. Тоэльт`син же широко распахнул руки вслед уплывающему драккару, а затем сведя их вместе приложил к груди.

— «Если ты хочешь навсегда запомнить что-то или кого-то…», — всплыли в памяти ярла слова Аак-Чалана, сказанные в Че-Те-Каль.

— Да, хочу, — подумал он, отвечая стоящим на берегу точно таким же жестом.

Драккар продолжал уплывать вниз по течению, и семь фигур постепенно становились все меньше и меньше.

— Ставим парус, — обернувшись к своим компаньонам, сказал Турн.

— Как думаешь, ярл, чем теперь займется твой старый друг? — спросил Гвенблэй, встав рядом с Турном у борта и не приняв участие в поднятии паруса.

— Ну чем… Доберется вместе с Ай`игель до тех кочевников. Потом присоединятся к ним и будут себе спокойно жить-поживать, — ответил ярл, заслонив глаза рукой от солнца и продолжая смотреть на удаляющийся берег.

— Ничего подобного, — усмехнулся Гвенблэй, — Я тут сегодня ночью случайно услышал их разговоры. Ну, Сигги и Тоэльт`сина. Так вот, младший сын верховного правителя, оказывается, сильно озабочен тем, как бы после смерти отца власть не попала в руки к этому лысому жрецу. Ну, ты его видел.

— Тескат-Т`юх, что ли? И что? — заинтересованно повернулся ярл к своему компаньону.

— А то. Велика возможность того, что власть вроде бы перейдя к старшему сыну, на самом деле окажется в руках у этого Тескат-как-его-там. Так вот наши парни успели спеться и Тоэльт`син, вместо того чтобы отправить твоего рыжего дружка и его подругу за море с глаз долой, отправил его к северным кочевникам, — Гвенблэй довольно рассмеялся, — И отправил их не одних. Где-то по дороге к ним присоединится еще группа. Сигги, в случае удачи, должен объединить племена кочевников и при необходимости сколотить из них войско для Тоэльт`сина. Каково тебе это, а?

— Ты шутишь?! — ошарашено спросил Турн, — Это же настоящий заговор!

— Точно, ярл! Даже немного жаль, что мы уплываем и, может быть, пропускаем самое интересное! Не удивлюсь, если этому рыжему баламуту удастся в последствии стать каким-нибудь «Великим Огненным Змеем»! — от души веселился Гвенблэй.

Турн озадаченно взъерошил свою белую гриву и вновь повернулся к берегу за кормой. Уже смутно виднелись на нем семь темных точек, означавших провожающих. Даже отличить, кто из них кто, было не возможно.

— Нет, Гвенблэй, наше дело закончено, мы возвращаемся домой, — сказал он.

Внезапно ветер резко утих, и парус обвис на рее. Все дружно обернулись и озадаченно уставились на поникшее полотнище.

— И что бы это значило? — раздался недоуменный голос Брэгги.

В следующий момент сильный порыв ветра вновь до отказа натянул парус и вдохнул в него свою мощь.

— Будем надеяться, что ничего не значило, — тихо пробормотал Турн.

Упоминание о том, что в процессе сновидений человек может воспринимать информацию и от таких слоев Силы, которые в привычном состоянии им не воспринимаются, в первый раз попалось Иргану на глаза тогда, когда он искал в Сети данные по центру устремленного внимания. Поскольку тема сновидений уже и раньше привлекала молодого человека, то естественно он не пропустил все это мимо себя. К тому же, на его удачу, разнообразнейших данных про изучение посредством сновидений той части окружающего мира, которую люди обычно не воспринимают, оказалось предостаточно и в Информационной Сети и среди обычных книг. И хотя предлагаемые методики и предполагали использование всевозможных разнообразнейших приемов и упражнений, но, как оказалось при ближайшем рассмотрении, общим для большинства из них моментом был тезис о том, что человек ночью во время сна отправляется в путешествие по различным областям Мироздания. Где и восполняет запас тех сил и энергий, которые сильно расходует за день.