— Ну, нельзя так нельзя, — сказал Турн, отодвигая кружку от нового знакомого.

— Есть то будешь? — спросил он парня по-иджифетски.

Тот улыбнулся и кивнул головой.

— Ну и хорошо. Вот только интересно, где наша еда? — добавил ярл, поднимая голову в сторону корчмаря.

— Нет, ну что ли опять идти? — проворчал Бельгемир, поворачиваясь в ту же сторону и вызывая очередной взрыв веселья…

…Взбивая сандалиями клубы пыли, и бормоча под нос проклятья Рейнос что было сил бежал к «Северному ветру».

— Неотесанные болваны! Это же надо было догадаться сцепиться с эретликошем! Теперь если стража Керриафа успела раньше меня, то точно остался я без охранников. А если еще и моих недоумков вместе с ними загребут, то и без части команды. Ну моих-то обалдуев кто дернул остаться! Ведь они-то знают, чем это грозит!

Выругавшись от отчаяния и сплюнув на дорогу, кринеец поднажал еще сильнее.

— Вот эта дерьмовая корчма! Наконец-то! — рванув на себя дверь и влетев с размаху внутрь, Рейнос остолбенел.

Взору его предстала, чуть ли не идиллическая картина: за столом мирно сидели нордлинги, кринейцы его команды и молодой парень с ожерельем эретликоша. И еще добрая половина посетителей корчмы собралась за соседними столами. Молодой светловолосый нордлинг с волосами, стянутыми на затылке в хвост, увлеченно расписывал всем слушающим про какую-то страну за морем, в которой он побывал со своими компаньонами, один из кринейцев переводил рассказ, а остальные нордлинги ограничивались тем, что время от времени вставляли кое-какие уточнения. Судя по лицам слушателей, история была действительно занимательная. Молодой эретликош вообще время от времени забывал жевать и застывал с задумчивым видом.

Ничего не понимая, Рейнос подошел к столу и тоже опустился на лавку. Беловолосый ярл нордлингов, увлеченно объедавший ногу жареного барана, поднял глаза на запыхавшегося купца, не отрываясь от своего занятия, кивнул кринейцу и подвинул ему кружку с элем.

— Странно… Вроде все обошлось… — подумал Рейнос и в несколько глотков покончил с напитком.

— Турн, — позвал он беловолосого, вопросительно приподнимая брови и кивком головы указывая на парня с ожерельем.

— Хетош. Неплохой парень, вспыльчив, правда, излишне, — и ярл в нескольких словах поведал о происшествии, — Он, кажется, что-то вроде младшего друида, — добавил он.

— Да это-то я знаю, — подумал Рейнос, наливая себе еще эля и оборачиваясь на звук открывающейся двери.

На этот раз посетителей было семеро — шестеро стражников Керриафа и один в одеянии эретликоша и с соответствующим ожерельем.

— А вот и старший пожаловал, — сказал Рейнос и быстро проглотил свой эль, — Значит так, Турн, нападение на эретликоша — серьезнейшее преступление по здешним законам. Редко когда в итоге преступник остается в живых. Вы не вмешивайтесь, а я постараюсь все уладить.

— Да мы вроде и не нападали. И вообще, они что, вшестером хотят нас взять?

— Это не важно, может их за дверями еще человек сто. В общем, предоставь это дело мне, — и Рейнос встав из-за стола, направился к вошедшему эреликошу, улыбаясь ему как лучшему другу.

Никто так и не узнал, что кринеец говорил Реджишу, старшему эретликошу, отведя того немного в сторону от воинов стражи. Но когда иджифетцы спокойно ушли, забрав с собой Хетоша, купец, как ни в чем не бывало, сел за стол и невозмутимо сказал, что он только что договорился о новом фрахте.

Как оказалось, караван эреликошей прибыл в Керриаф для закупок каких-то благовоний и ценных пород чужеземной древесины для своих храмов в Иджиссе. Вот для доставки то этого груза и удалось подрядиться Рейносу, поэтому уже на следующий день два корабля быстро продвигались вдоль иджифетского побережья к устью реки, по которой потом предстояло подняться до Иджисса…

…Ветер был попутным и весьма сильным, поэтому грести-то даже и не требовалось, но и кринейцы и нордлинги были рады возможности развеяться и под подзадоривающие крики время от времени принимались изо всех сил работать веслами, соревнуясь в скорости. Турн, как и большинство его воинов, сменивший по причине жары свою любимую кожаную куртку с волчьими хвостами на просторную рубаху-безрукавку, купленную в Керриафе, стоял на корме драккара. Опершись на борт, ярл подставлял лицо освежающему ветру и соленым брызгам, срывающимся с весел и, улыбаясь, наблюдал за своей дружиной.

— Давай, Хетош, давай! Поднажми! — время от времени весело подбадривал молодого эретликоша стоявший на носу Асгар.

— Неплохо гребет, сноровки правда не хватает, — подумал ярл, глядя на парня, — Хорошо, что все обошлось. Рейнос, вот кого точно боги наделили даром убеждать. Ох, Хэйимдаль, право, гораздо лучше, что все уладилось мирно, — и Турн вздохнул с облегчением.

— Хетош! — позвал он иджифетца, — Иджисс большой город? Больше Керриафа?

— О, да! Иджисс — великий город Са-Реев, наших правителей! Боги не сводят с него своего взора! — живо откликнулся тот, — Он понравится тебе! Вот увидишь! — и парень загадочно улыбнулся.

— Ох уж эти друиды, жрецы, эретликоши… Вечно у них какие-то загадки и тайны, — хмыкнул про себя Турн, — Этот вон еще молодой, даже моложе меня, а уже чем-то напоминает и Аак-Чалана и Ордана.

Хетош, которому удалось уговорить Реджиша провести этот переход на драккаре нордлингов, явно был рад компании северян. Он с удовольствием исполнял свою роль корабела, а каждый свободный момент клещами вцеплялся в Брэгги, заставляя его рассказывать различные предания, саги или просто истории про земли нордлингов и навваэлей. Поскольку скальд знал таковых великое множество, то и трепались они почти целыми днями. А так как понимали они друг друга не слишком хорошо, то зачастую в их болтовню шумно включалась, чуть ли не вся дружина, пытаясь разъяснить эретликошу ту или иную байку. Под конец трехдневного перехода Турн уже просто не выдержал и стал сажать одного из них за весло поблизости от носа, а другого — от кормы.

Но все, в конце концов, кончается, подошел к концу и этот переход. Примерно к середине третьего дня Хетош стал ерзать на своей скамье так, будто ему в зад заноза попала. Он постоянно оглядывался через плечо в сторону носа, и время от времени вставал, пытаясь разглядеть что-то по ходу движения. Наконец он в очередной раз вскочил и воскликнул:

— Турн! Смотри! Там! — и вытянул руку вдаль.

Ярл заслонил глаза рукой от солнца и стал смотреть в указанном направлении. Впрочем, и остальные нордлинги побросали весла и принялись смотреть туда, куда указывал эретликош.

Берега вдоль реки были пологие, и местность просматривалась достаточно далеко.

— Что-то блестит вроде. Во-о-он там! — после короткого молчания протянул Эйлим.

— Да. Точно. Будто солнце от чего-то отражается, — добавил Бельгемир.

— Хетош, что это? — напряженно вглядываясь вдаль, спросил Турн.

— Там — Иджисс, город Са-Реев! — с гордым видом ответил тот.

— А что это блестит?

— Увидите, — эретликош умолк и уселся на скамью, напустив на себя важный и таинственный вид.

— Так. Ладно, за весла! Чем быстрее будем грести, тем быстрее увидим, — и ярл махнул рукой, призывая дружину занять свои места, — Что за дурацкая манера у всех этих служителей богов — напускать туману! Может долбануть этому эретликошу по бритой башке? — раздраженно подумал он.

Некоторое время все только молчали и старательно работали веслами.

— Еще одна блестящая точка появилась, — спустя еще некоторое время сообщил Турн, продолжавший смотреть вперед в указанном направлении.

В ответ нордлинги только стали сильнее грести. И опять потянулось напряженное молчание, нарушаемое только скрипом весел и плеском воды. Чувствовалось, что всем не терпелось поскорее разобраться, от чего же там отражается солнце.

Внезапно Турн ошеломленно воскликнул:

— О боги! — и перебежал на нос драккара, весь, буквально вытянувшись в сторону, которую ранее указывал Хетош.