Размышлять дальше не получалось. Мысли постоянно путались, а официант докучал присутствием. Несколько раз за десять минут менял пепельницу, три раза уточнял, что горячее будет готовиться еще пять минут, в общем, не давал покоя. Я потянулась к чашечке с горячим кофе. Напиток моментально взбодрил. Арабика проникла в гортань, обжигая небо и язык. Поставив чашку обратно, опустила глаза вниз. Ну же! Давай! Карта молчала. Линии по-прежнему были статичны. Внезапно почувствовала легкое дуновение ветерка. Словно морской бриз пощекотал щеку. По наитию повернула голову в ту сторону, откуда исходило веяние. За соседним столиком сидела она, целая и невредимая, то-в-точь такая же, которую знала всю жизнь!

— Влада? — бросилась с места, с силой отодвигая стол. Чашка с кофе полетела на пол, но не разбилась. Качественная керамика спасла утварь от погибели.

— А? — девушка развернулась. Глаза хранили глупое выражение, лицо же вовсе не выражало эмоций. Энтузиазм стал угасать. А не ошиблась ли я?

— Привет! Ты что не узнала меня? Ах, да! Я же сменила прическу! — раскрыла лоб, приподнимая густую слипшуюся челку. — Видишь, это я! Как ты? Уже выпустили из больницы? Эй! Чего ты так пялишься на меня? — хлопнула подругу по плечу, но та с удивлением посмотрела на мою руку. Я отдернула ее, и вновь задала вопрос. — Да что с тобой! Ты что с ума сошла?

— Нет, — боязливо пролепетала девушка. Пришла моя очередь удивляться. Просто я не вполне понимаю, кто вы…

— Как это, кто я? — выпалила я, потирая рот рукой. — Кто я? Кубышкина. Романа Кубышкина. Ясно выражаюсь?

— Да, но…

— Что но? Ты хочешь сказать, что все, что было между нами позабыто? — рукой подозвала официанта, который шел к развернутому столику вместе с подносом свежих блинчиков.

— Так что мы с вами это… мм… — Несмирная явно засмущалась. Чувство, которое сродни ей было не присуще. — Любовницы?

Выдирая тарелку с горячим из рук молодого официанта, замерла на месте. Тарелка покачнулась, но лакей успел ее подхватить. Я развернула голову и в упор уставилась на визави.

— Ты шутишь, да? Скажи, что ты шутишь!

— Я бы с радостью, но боюсь, что вы меня с кем-то перепутали. Хотя меня действительно зовут Владислава.

— Несмирная, — добавила я.

— Да, — подтвердила она, оставаясь в смятении. — Возможно, после падения я кое-что позабыла.

— И что, мое лицо тоже? — та кивнула, я запихнула выпечку в рот.

— Верно.

— Вот черт! — сказала с полным ртом вкуснятины. — Теперь от тебя проку меньше, чем от блохи!

— Простите?

— Я имела в виду, что ты не сможешь помочь. А дело не ждет. Я в полном ауте! Ах, да, ты не пугайся так, я же твой друг. Наверное, единственный в этом городе. Кстати, помогаю следствию выяснить, кто в день нападения пытался тебя убить, — ветчина была жестковатой.

— Благодарю за помощь.

— Неужели ты вообще не помнишь того, кто пытался убить тебя?

— Нет. Я не помню. Просто разговаривала со стариком в парке, а потом пустота.

— Со стариком? — жевательный процесс мешал сосредоточиться. Проглотив последний кусочек, спросила. — Высоким, худым…

— Да-да, — воодушевилась красавица. — Он что-то рассказывал мне, что-то о… Простите. Голова разболелась. Мне ведь нельзя перенапрягаться.

— Конечно-конечно, — закурила Vogue. — Сигаретку?

— Нет, я не курю.

— Интересно. Весьма интересно.

Время перевалило за шестнадцать часов. Попрощавшись с новоявленной бывшей подругой, уединилась на крыльце магазинчика, который был пристроен прямо к жилому дому. Итак, что же удалось узнать. Некто, весьма старый, худой и неприятный, с кем уже пришлось иметь честь быть знакомой, преследовал меня по пятам. Вначале украл сумочку, тем самым обрекая на скитания по столице. Потом был инцидент с Владой. Хотя она и не помнила о том, что с ней случилось, но отрицать то, что с ее головой что-то сделали, было бессмысленно. Девушка потеряла не только память. Нет. Она перестала быть собой. Стала обладать теми качествами, к которым сродни была апатична. Скромность, любезность, вкус к одежде. Что этот старик с ней сделал? Как же нужно было стукнуть по голове, чтобы изменить сознание, не нарушив целостность мозга?

Потом на ум пришла обитель Цезаря. Почему бабуля заявила, что какой-то старик продал квартиру и переехал. Разве Юлий был похож на деда? Может, этот самый дед работал на Юлия? Но зачем ему это все? Мое пребывание в столице? Амнезия Влады? Передача конверта. Кстати, последнее было похоже на господина психотерапевта. Но остальное?

— Заходите, у нас распродажа, — послышалось из магазина.

Я сбежала со ступенек и спряталась за стену.

— Проходите-проходите, милая, что же вы скромничайте? — веселый голос зазывал внутрь. Я осмотрелась, никого поблизости не было.

— Вам, вам говорю! Имеются отличные платья и топы, как с экранов телевизоров!

Окинув взглядом прохудившийся костюм, невольно соблазнилась задорным рекламным агитациям. Войдя внутрь помещения, пахнущего стиральным порошком, тут же сообразила, что попала в магазин одежды, бывшей в употреблении. Впрочем, это было как раз кстати. Впереди стояли корзины, доверху напичканные разноцветными тканями, справа находились железные полки с головными уборами и шарфами. Слева располагался прилавок с кассовым аппаратом. Продавца было не видать. Уже смелее шагнув в центр секонд-хенда, я подошла к одной из корзин и стала аккуратно, чтобы ничем не заразиться, перебирать вещи.

— Нет-нет! — воскликнул голос. — Это прошлогоднее! Берите курс дальше, за ширмой, там припрятаны новые образцы!

Я огляделась. Никого. Посмотрела на прикрытые двери. Тоже пустота.

— Кто здесь? — мысли о приведении посетили разум.

— А, сейчас, — вскоре из-за прилавка появилось низкорослое создание с огромными очками на носу. Я отпрыгнула от диковинного существа, поражаясь спектру необъяснимого, что успело произойти за последние семь дней. Вы поняли, куда именно нужно идти? Сейчас покажу, — оно подошло ко мне и жестом руки, или же ее подобия, указало за гипсокартонную стенку. Я проглотила комок в горле, кашлянула и последовала совету гнома.

Там, в мини-комнатке, стоял огромная напольная стойка, увешанная в ряд одеждой. Напротив располагалось окно, задернутое белыми жалюзи. Не без доли интереса приблизилась к стеллажу. Пробежалась пальцами по тканям и пришла к выводу, что большая часть висевшего гардероба была пошита из натуральных волокон. Я хмыкнула.

— Примерьте то, что висит левее, бледно-голубое, оно отлично подойдет к цвету ваших глаз, — не стала уточнять, откуда оно узнало, какого цвета были мои глаза, а просто вытащила тремпель с платьем, и прикинула его на себя. — Зеркало тут. — Пришлось немного развернуться. Действительно, бледно-голубой прекрасно гармонировал с лицом. Оттенял синеву. Отбросила платье в сторонку, и стала рыться дальше в многочисленном количестве тряпья. Остановившись на джинсовых шортах и белой, неприметной тенниске, вдобавок прикупила кепку, надев ее тут же на голову.

— Может, еще что-то? Подумайте хорошенько, ничего не забыли? У нас последний день такие цены!

Внимательно посмотрела на продавца. А и вправду, кое — что забыла.

— О, не могли бы ли вы принести ножницы, чтобы я могла обрезать этикетки?

Мадам удалилась. Я стала кусать губы. Переодевшись в свежее белье, хоть и почувствовала себя чище физически, но морально очиститься не вышло. Приближался час икс.

— Вот, пожалуйста.

— Благодарю, — взяла из рук миниатюрной госпожи ножницы и вновь озвучила просьбу. — О, если вам не тяжело, будьте добры, выкиньте старые вещи вон, — свободной рукой указала на примерочную. Та тут же просеменила в указанную сторону. Времени хватило, чтобы не спеша скрыться из магазина, прихватив с собой ножницы.

Зайдя в ближайший галантерейный магазин, приобрела сумку через плечо, очень похожую на ту, что была со мной в день приезда в этот город. Вкинула туда кошелек, ножницы и карту. На этом перечень заканчивался. Мобильник выбросила в урну. Сим-карту успешно заблокировал старый хозяин. Потом прогулялась по набережной, вдыхая аромат заплесневелой воды. Птицы неустанно кружились над рекой, и чувство зависти поспешило в гости. Как же легко жилось летучим тварям на белом свете! При желании они могли бы улететь от любых трудностей и проблем. Нужно было только взмахнуть крыльями.