Безликая фигура, чья голова выглядела простой гладкой и зеркальной поверхностью. Серебристая металлическая фигура была худощавой, с размытыми контурами, но по росту была чуть выше меня. У существа было шесть рук, в каждой из которых были зажаты ярко-белые маски, в центре каждой из которых были указаны схематические гербы фракций. Арвер, ТехГан… В общем-то, все, кроме АнжХэл и Шэдмер.

Практически сразу Мэгар нацепил на себя маску ДеусЛегио, отчего его тело стало чуть более громоздким, маски внезапно исчезли, а вместо них образовалось разнообразное оружие — как острые шифтметаллические клинки, так и искажающее, деформационное оружие и пустотные пушки.

Выхватив винтовку, я попробовал всадить в божка гранату из подствольника, раз уж она нашпигована кристаллитом, но мощный взрыв, пронесшийся под сводами, ничуть не тронутыми ударной волной, лишь оставил вмятину на металлическом теле. В мою же сторону полетели энергетические шары, от которых я крутанулся в сторону, но вот искажающие заряды были слишком быстрыми, чтобы от них мог увернуться человек. Духовная броня всколыхнулась, поглощая атаки, так что я не пострадал, а вот угодившие в винтовку выстрелы превратили ее в бесполезный кусок слипшегося металла.

Продолжая вести огонь, Мэгар плавно скользнул вперед, выпустив рядом со мной еще пару шаров, от которых мне пришлось уйти лишь в одном возможном направлении, и, на выходе из моих акробатических трюков меня ожидал удар клинка, настолько мощный, что мне показалось, будто я потерял возможность дышать. Камни подо мной слегка вмялись, духовная дымка рассеялась, а фрэмовское поле стало громко гудеть, пытаясь сдержать опасное лезвие. Еще одно световое копье — угодив божку в лицо, я почувствовал, как давление ослабло и, вскочив, быстро вколол себе зелье здоровья.

Божок, отойдя на пару шагов, тряхнул головой, и с него осыпались осколки маски. Тело тут же изменилось на первоначальное, но Мэгар уже сразу же нацепил маску ФрэмТех. Мощный экзокелет, по виду напоминающий модифицированный Телхин, закрыл его тщедушное тельце, помигивая силовым полем, а роторный пулемет моментально взревел, звуча невероятно угрожающе в каменных сводах.

— Где он? Ну же, Реги, где он?! — тряханув драконидку за плечи, закричал Аату.

— Ему больно… Пожалуйста, прекратите! — сжавшись, девушка наконец-то поняла, что перед ней кто-то есть. — Аату, спаси его!

Получив обрывчатые сведения, волчок тут же бросился к полыхающему пламенем отверстию вместе с остальными Идущими. Раз уж отец смог, то и он тоже! Сиганув вниз, парень, сбиваясь с дыхания, до жгучей боли в мышцах бежал вперед. И наткнулся на стену из истинного металла.

— Да что же это… Георг, Айдис! Пожалуйста! — обернувшись, растерянный парень посмотрел на своих товарищей, и парочка Идущих быстро вернулась назад, чтобы, терпя боль, зарядить оружие, но все удары оказались бесполезными. Лишь приглушенное эхо выстрелов где-то вдалеке давало понять, что за этой толщей металла кто-то есть, а Аату продолжал дубасить по неприступной преграде кибернетической рукой.

С хлопком фрэмовское поле лопнуло, а тербисовская защита сдулась за секунды под непрерывным огнем пулемета, так что теперь на моей броне тихо гудели гексы оранжевых эксмаховских полей, пропуская порой шальные пули, но это было куда менее неприятно, чем удары клинков до этого. Световые копья Мэгара то и дело улетали в молоко из-за слишком долгой зарядки, так что он быстро отказался от этой идеи и постоянно пытался приблизиться, чтобы вмазать по мне манипулятороми. Я же то и дело уходил из-под ударов громоздкой машины, постепенно чиркая мечом по механическим конечностям. Вроде бы выщерблины остаются даже без зачарования, от хрусталита… Значит, здесь обычный фрэмтеховский сплав.

Шумно выдохнув под маской, я нечаянно слизнул заливающий мое лицо пот. Напряжение в руках выматывало, но удары божка попадают лишь вскользь; если ничего не сделаю, он наверняка захочет сменить форму на более эффективную. С чем бы я не хотел встретиться? Киборги с их разогнанными усилителями просто переломают мне всё заброневыми повреждениями. ТехГан наверняка будет со взрывчаткой, от которой уже так просто не увернуться. Арвер сто процентов закован в броню или владеет магией, а КилХайв — восстанавливается на раз-два. Все хреново.

Щелкнув активатором, я пропустил удар, который отозвался неприятно онемевшим боком, но два быстрых взмаха отсекли «ЭксМах» и «ТехГан», которые по совместительству были сейчас манипуляторами. Выругавшись, Мэгар вновь принял обычный вид и поспешно использовал маску КилХайв — огромная инсектоидная тварь тут же щелкнула хрусталитовыми челюстями и откусила мой клинок по самую рукоять, а затем небольшие дополнительные лапки резко ударили меня и отбросили в сторону. Выронив бесполезный меч, я вогнал себе выносливость и здоровье через инъектор и, сверившись с датчиками, оценил, что от полей ЭксМах осталось меньше половины, так что меня теперь можно спокойно бить по броне. Акселератор и ремонт не работают…

Ползучая тварь уже нависла надо мной, двигаясь на удивление быстро, и принялась дубасить каким-то невообразимым количеством лапок, сбив жидкостный слой за мгновения. Мощные удары тонких коготков вминали металл, пока он не треснул, и, когда хитиновая зубчатая лапища пробила мне легкое, я не удержался от хриплого вскрика, не сумевшего заглушить торжествующее клокотание твари. Чуть дернувшись, я смог приподняться, почти теряя сознание от боли, но тем самым не позволяя твари сразу же вытащить лапищу, и, стиснув в руке рукоять телепортационной винтовки, выстрелил в брюшко Мэгара.

Кусок хитина исчез, и мерзкие желтоватые внутренности с отвратительным шлепком вывалились на пол. Резко выдернув лапку, Мэгар собирался уже сменить форму, когда я достал из подсумка праймвир и вставил в инъектор.

Чувство облегчения, словно камень свалился с души. Боль тут же отступила и, бросив быстрый взгляд на кровавые лохомтья, в которые превратилась моя грудь, я увидел, как клетки восстанавливаются прямо на глазах. Отшатнувшаяся тварь защелкала, после чего поврежденная маска упала на пол, и Мэгар, лишившийся части доспехов и рук, обрадованно засмеялся, поигрывая пурпурным пламенем.

— Вот и все. Я победил, а ты — проиграл. Может, лучше будет тебя пока оставить, чтобы ты мог посмотреть, как сдохнут твои близкие?

Взревев, я выстрелил из винтовки, но божок тут же увернулся. Еще один — уворот. Отбросив оружие, я побежал прямо на Мэгара, столкнувшись с тварью на всей скорости и сбив с ног. Продолжая хохотать, божок разжег пламя, окутавшее мои руки, но я сломал стекло еще одного контейнера перчаткой, швырнул белую нить на поврежденную руку твари и тут же отскочил.

Фух, повезло. Сакраментские микробы еще не проникли в конечности, так что поглощение не сработало. А Мэгар тем временем корчился на полу, покрываясь слизью, преобразующей его тело. Бегом, чуть ли не на четвереньках, я подхватил с пола винтовку и, резко развернувшись, сидя выстрелил. Еще раз, еще. Сдохни, падла!

Шумно дыша, я отключил шлем и, кое-как протерев пот, все-таки поднялся и подошел к тихо шуршащим склизким останкам Нового Бога. Выудив из подсумков оставшиеся гранаты для теперь уже бесполезной винтовки, я сложил их в этой мерзкой куче и, отойдя чуть дальше, подорвал метким броском еще одной такой же, после чего удостоверился, что ничего не осталось.

Подойдя к синеющей голограмме, я устало спросил:

— Марин, так что ты хотела рассказать?

Сердце Проэлии.

Девушка наигранно улыбнулась и прощебетала на чистейшем русском:

— Да, конечно. В качестве ознакомления я запущу для вас историю создания колонизационного корабля «Скиталец». Первые проекты по попытке колонизации планет в системах, отличных от Соляр, были проведены в начале двадцатого века, сразу же после того, как колонии на Марсе и Луне стали полностью автономными.