С течением времени, однако, это было признано несправедливым, ипретор стал давать должнику против иска из stipulatio exceptio doli(Gai. IV. 116a: «sed quia iniquumest te eo nomine condemnari, placet per exceptionem doli mali tedefendi debere» — «но так как несправедливо, чтобы ты был присужденк оплате на этом основании, то ты должен защищаться ссылкой назлоумышленный обман со стороны кредитора»). Но при этом должник,предъявляющий эту exceptio, должен был доказать отсутствие causa(то есть неполучение денег от кредитора), так как предположение всеже было против него. В период империи (со времен Каракаллы)положение еще более меняется: в случае предъявления exceptio уже неответчик, а истец несет onus probandi; уже он должен доказыватьналичность causa, то есть что деньги были им действительно переданы(с. 3. С. 4. 30: «exceptione opposita seu doli seu non numerataepecuniae compelletur petitor probare pecuniam tibi numeratam: quonon impleto absolutio sequetur» — «выдвинутым возражением советчикав отношении зла криминального обмана или неполучения им денег отистца к доказыванию факта передачи должнику кредита принуждаетсяистец: при недоказуемости этого факта им отклоняется»). Кромевозражения — exceptio doli или, как она еще иначе называется,exceptio non numeratae pecuniae, — должник может требоватьпризнания stipulatio недействительной и путем иска — так наз. querela non numeratae pecuniae. Так как впослеклассическую эпоху stipulatio обыкновенно сопровождаетсясоставлением письменного документа, то эта querela по преимуществуимеет характер иска о признании документа недействительным в силуего безденежности. Как exceptio, так и querela уже простым своимпредъявлением вынуждают обладателя этого документа, кредитора,доказывать наличность causa иными средствами. Указанный выше ростзначения письменных документов привел затем к тому, что правопредъявления querela non numeratae pecuniae было ограничено краткимсроком, при Юстиниане — двухгодичным.
Возможность противопоставить иску из stipulatio возражение excausa и тем заставит истца доказывать эту causa иными средствами,разумеется, в корень подорвала значение stipulatio как сделкиабстрактной и тем лишила ее значительных преимуществ в обороте.
Таким образом, ясная и чистая юридическая фигура классическойstipulatio в праве абсолютной монархии во многих отношенияхзатуманивается и обесценивается.
Сложные формы stipulatio. Уже чуть не смомента своего первого появления stipulatio стала употребляться нетолько в тех случаях, когда договор должен связать двух лиц —одного кредитора с одним должником, но и в более сложныхотношениях, когда на той или другой стороне выступают несколькоучастников требования или долга. Такое соучастие в обязательствеможет иметь различноезначение и вылиться в различные формы.
1. Соучастие корреальное. Могут быть случаи,когда по тем или иным соображениям несколько лиц желают выступить вкачестве сокредиторов, однако, так, чтобы каждый из них имел всеправа самостоятельного кредитора — мог получать платеж, предъявлятьиск и т. д., — и чтобы платеж одному погашал требованиевсех, предъявление иска одним лишало иска других. Например, двабрата ведут нераздельное хозяйство; я обращаюсь к ним с просьбойдать мне взаймы; они согласны, но предвидят, что ко временинаступления срока платежа кому — нибудь из них придется по деламуехать, но кому именно — еще не знают; ввиду этого они желали бывыступить в качестве сокредиторов в описанном смысле. Равнымобразом, возможно подобное же желание и со стороны несколькихдолжников: в нашем примере братья просят у меня взаймы, и ясогласен, но лишь с тем условием, чтобы я мог взыскивать долг слюбого из них.
В случаях подобного рода стали прибегать к следующему способузаключения stipulatio. Если желают несколько лиц выступить вкачестве сокредиторов, то все они поочередно один за другимпроизносят вопрос: « Centum mihi dare spondes?», « Eosdem centum mihi dare spondes?»(«Обещаешьмне отдать 100?», «Эти же 100 обещаешь мне отдать?»), причемдолжник отвечает им всем сразу « Utrique vestrum dare spondeo»(«Каждому из васобещаю отдать»). Если, напротив, несколько лиц выступают на сторонедолжника, то кредитор предлагает каждому из них, но без перерыва,один из тот — же вопрос: « Maevi, quinque aureos dare spondes?», «Sei, eosdemquinque aureos dare spondes?»(«Мэвий, обещаешь дать пятьзолотых?», «Сай, обещаешь дать эти же пять золотых?»), и тогда обаони отвечают: « Spondeo», « Spondeo»(pr. In. 3. 16). По терминологииисточников, в первом случае мы будем иметь двух correi (совместнопривлекаемые к ответственности, conreus) stipulandiили correi credendi, во втором — correi promittendiили correi debendi. Отсюда и название такогообязательства корреальным; оно будет активно— корреальным в первом случае и пассивно— корреальным во втором.
В результате такой stipulatio явится обязательство с несколькимисоучастниками, но с одним предметом: если будет уплачено одному(кредитору) или одним (из должников), все обязательство погашается;равным образом, погашает (консумирует) все обязательство и иск(litiscontestatio), предъявленный одним кредитором или противодного из должников.
Stipulatio была первым способом для установления такогосоучастия. Но затем оно было признано и в целом ряде другихслучаев: оно могло быть установлено и в контрактах иного рода(консенсуальных и т. д.), оно возникало в случаях совместногоделикта (несколько воров), оно устанавливалось иногда самим законом(например, несколько соопекунов). Но во многих из только чтоуказанных случаев обязательство всех, погашаясь платежом, непогашалось простым предъявлением иска против одного(litiscontestatio консумирующего значения не имела). Ввиду этого откорреальности с консумирующим действием иска стали отличатьобязательства без этого действия под именем обязательств солидарных(все отвечают in solidum— на все).
2. Соучастие акцессорное. В случаях только чторассмотренных мы имели такой вид соучастия, когда все сокредиторыили все содолжники занимали равноедруг с другом положение. Но возможны итакие отношения, при которых одно лицо желает выступить вобязательстве в качестве главного, присоединив другое лишь вкачестве дополнительного, подсобногосоучастника. Втаких случаях право или обязанность этого другого будет только accessorium(дополнением) к праву илиобязанности первого. Отношения этого рода также нашли себе первоеюридическое выражение в форме stipulatio.
а) Adstipulatio. Если указанное отношение мыимеем на стороне кредитора, то оно выливается в форму adstipulatio:сначала предлагает вопрос и получает ответ главный кредитор(stipulator), потом предлагает тот же вопрос кредитор добавочный —adstipulator — и получает второй ответ от должника («Centum mihidare spondes? — Spondeo»; «Eosdem centum mihi darespondes? — Spondeo»). На основании этого второго ответаadstipulator является для должника таким же кредитором, как иstipulator: он может получать платеж, предъявлять иск и дажепрощать долг. Но он присоединен только в интересах кредитора ипотому полученное или взысканное он должен передать этомупоследнему (Gai. III. 110 и сл.).
Главной причиной, вызвавшей появление adstipulatio в истории,была недопустимость в легисакционном процессе представительства;если кредитор предвидел, что ко времени взыскания он лично не будетв состоянии предъявить иск, он должен был заранее приготовить себезаместителя, сделав его вторым, добавочным кредитором. Ввиду того,что тогда договор поручения (mandatum) еще не имел исковой силы, lex Aquiliaво второй своей главе устанавливалаответственность добавочного кредитора (adstipulator),злоупотребившего своим положением в ущерб кредитору (Gai. III.215); здесь — то мы и имеем первое упоминание о stipulatio. Сдопущением процессуального представительства эта функцияadstipulatio отпала, и в эпоху Гая она употребляется главнымобразом только для случаев обещания post mortem creditoris, чтоневозможно было для стипуляции простой (Gai. III. 117).