Кивнув, парень быстро ретировался, а уже через пару минут на моем столе стояла новенькая бутылка с янтарной жидкостью и чистый стакан. Ну не идеальная ли компания?

      В голову начало давать довольно быстро. Только после пары выпитых стаканов я вспомнил, что так ничего сегодня и не съел, так что алкоголь бил по мозгам гораздо уверенней. К тому же, со временем бар начал стремительно наполняться народом, отчего становилось все более душно, и что снова играло в пользу команды вискаря.

      Я не знаю, сколько в итоге выпил, без понятия на каком моменте остановился, и что вообще происходило вокруг. Вот в тусклом свете слабо бликует жидкость в шестигранном стакане, и я зачарованно долго на нее смотрю. Вот я пытаюсь добраться до заветной двери с заглавной буквой «М», но внезапно обнаруживаю себя среди бешено скачущих на танцполе тел. Вот за мой столик подсаживается длинноволосая, вылившая на себя пару флаконов духов, блондинка, а в следующее мгновение ее уже нет. Вот официант что-то настойчиво у меня спрашивает, а вот я уже открываю глаза и вижу потолок своей квартиры.

      Заторможенно поднимаюсь с кровати и усиленно пытаюсь выудить из памяти картинку, которая бы хоть более или менее рассказала мне о вчерашнем вечере. Сколько я вчера выпил? Тело вялое и абсолютно не хочет поддаваться командам, но голова при этом не гудит. Значит, может, не так и много? С другой стороны, может, мне просто попался хороший алкоголь, ведь с малого количества память так не отшибает. И, блядь… если я смог выпить столько, чтоб ее так отшибло, как я смог в таком состоянии через половину города добраться до своего дома? Хотя… такси ведь никто не отменял? Вряд ли я мог пробухать вчера все деньги. Значит, на такси вполне могло хватить. Кстати, о деньгах…

      — Скажите мне, что я не проебался в очередной раз, — кинул я в пустоту своей квартиры и с опаской подошел к валяющимся посреди комнаты джинсам, в кармане которых я видел вчера деньги в последний раз.

      Пусто. Так, блядь, и знал.

      Разве можно быть таким мудаком? Столько времени не бухал, а тут второй раз как вернулся к этому занятию и уже в жизни происходит какой-то пиздец: сначала Валек, блин, теперь вот эта дебильная тяга бухнуть вне тесноты своей квартиры.

      Ну и куда они делись? Реально потратил десятку за один вечер? Не дай Бог, если я еще и угощал там всех направо и налево. Хотя, может, купюры просто выпали из кармана в такси? Если это такси вообще было…

      — Бля-а-адь… — я сполз по стене вниз и какое-то время просто тупо просидел на полу. Вспоминай. Вспомина-ай же!

      Как ни силился я напрячь мозг, воспоминания даже обрывками не хотели посещать мою голову. Единственный вариант: попытаться восстановить — раз уж не с помощью своей памяти, то по памяти других — события прошедшего вечера.

      Оставив на некоторое время в покое свою и без того измученную память, я занялся чем-то вроде уборки — если распихивание ногой валяющихся на полу предметов под тумбу, за шкаф и под кровать, вообще можно окрестить этим словом. Но уборка пролетела слишком быстро, и стрелки часов за это время почти не сдвинулись с места, так что пришлось заняться еще и готовкой, а потом мытьем посуды и даже стиркой. И вуаля — мои старания были вознаграждены: стрелка часов показывала начало седьмого. А значит настала пора посетить тот бар снова.

      Уже привычным маршрутом я отправился в этот Бермудский треугольник. Только пропадали в котором не корабли, а память посетителей.

      Войдя внутрь, сразу выцепил взглядом вчерашнего официанта. Похоже, мне несказанно повезло, что сегодня снова его смена, ведь это единственный человек, которого я встретил тут будучи еще трезвым. Но, судя по всему, этой встрече рад был только я, потому что официант, только завидев меня, тут же развернулся на сто восемьдесят и собрался со скоростью «Сапсана» умчаться от барной стойки, на которую до этого расслабленно опирался, в неизвестном направлении. Эй, мы так не договаривались!

      — Я так и зна-ал! — жалобно протянул он, разворачиваясь ко мне лицом и косясь на мою руку, сдавившую его плечо и не позволившую ему улизнуть.

      — Что? — туплю, абсолютно не уловив причину его разочарования.

      — Что вернетесь, знал. — буркнул парень, смотря на меня исподлобья. — Конечно, как пьяные, так разбрасываются деньгами! А как протрезвеют, сразу возвращается бравшая на вечер отгул жаба и начинает душить.

      — Погоди. Разбрасываются… Значит, я реально вчера весь десярик здесь просадил?

      — Какой десярик? — взгляд как на самого буйного из подопечных психушки. — На три тысячи счет всего был…

      — Тьфу ты! А чего пугать-то тогда? Три это не смертельно. С чего ты вообще решил, что я за ними вдруг вернусь?

      — Не за ними. — официант отвел глаза, словно все еще до конца для себя не решил, стоит ли мне рассказывать всё.

      — Никитос! Не пудри мозг человеку… — надавил на парня стоящий за стойкой бармен, присутствия которого до этого я и не заметил.

      — Ладно… — вздохнув, ответил мужчине официант, не решаясь вступать с ним в спор. А потом снова перевел взгляд на меня. — Чаевые вы мне оставили. Щедрые. А при условии, что раньше я вас тут не видел, а после вчерашнего вы вдруг снова пришли, получается, вы одумались и вернулись за ними…

      — Щедрые, это сколько?

      — Две тысячи.

      Я присвистнул. Ну да, неслабо так, при счете всего в три тысячи, отдать еще две за обслуживание, которого я даже не помню. Так. Ладно. Допустим оно того стоило. Но это пятерка. А куда я умудрился деть еще столько же?

      — Не напрягайся, Никитос, — попытался я улыбнуться напряженно смотрящему на меня парню, специально называя его так же, как к нему обращался бармен. — Дал, значит дал. Забирать не буду. — официант облегченно выдохнул, на глазах становясь веселее. — Последний вопрос: когда я отсюда ушел?

      — Ушел — это сильно сказано, — усмехнулся парень. Чувствовалось, что после моего обещания он говорит более расслабленно и открыто. Думаю, если бы я сейчас спросил его, кто убил Кеннеди, он бы с радостью рассказал мне и это. На миг стало даже немного грустно… ведь тогда, уже в почти забытой мною жизни, я сам отказался от возможности стать обычным студентом, который мог бы вот так же просто и искренне радоваться таким мелочам… — Вы чуток перебрали и на своих двоих передвигаться выходило как-то не особо. Так что вам повезло, что выступление на тот момент как раз закончилось, и Вик собирался домой. Он вас по пути и прихватил.