Есть, наверное, сотни разных «можно» и тысячи разных «если бы», но именно сейчас, пожевывая кусок чужого сыра из чужого холодильника на чужой кухне, я понял, что в тот вечер, когда у нас с Виком впервые всё зашло далеко, он не зря так настойчиво шутил про «отсосать». Почему-то эта мысль очень прочно засела у меня в голове и абсолютно не испытывала ни малейшего желания покидать черепную коробку.

      Как ни крути, самый короткий путь от точки «А» до точки «Б» — прямая. И придумывать велосипед совсем не хотелось. Зачем пытаться искать сложные пути, когда можно пойти в ночной клуб и буквально за пару часов заработать себе на билет? И этот вариант, укореняясь в моей голове, казался мне все лучше и лучше. Если подумать, ничего особенного нет в том, чтобы взять в рот у пары-тройки парней. Это же для дела. Не думаю, что это слишком по-шлюшечьи. Вообще, еще поспорить можно, кто шлюха больше: тот, кто заплатив деньги, сует незнакомому человеку в рот свой член, только бы получить удовольствие, или тот, кто закрывает глаза на мораль и соглашается на подобное только потому, что ему необходимо немного заработать.

      Решено. Сегодня же ночью отправлюсь претворять свой план в жизнь. И, получается, уже завтра к вечеру смогу снова окунуться в атмосферу той далекой и яркой первой жизни… Вдохнуть воздух, который в детстве казался самым родным и особенным. Пройтись по улочкам, на которых не раз сбивал колени в кровь. Увидеть мать, отца… Сколько лет я уже не был дома, в редких разговорах так и кормя родителей обещаниями приехать? Получается, целых четыре года…

      Но, оглядываясь назад, понимаю — это было необходимо. Мне нужно было это время. Нужно было пройти все ступени до конца, чтобы понять, что дальше только захламленный чердак, и подниматься выше смысла нет.

      А еще мне очень интересно, что я почувствую, если снова увижу Антона… Я не заходил на его страничку уже больше года и даже не знаю теперь, чем он живет. Да и, не решил ли он вообще свалить из нашего города, так и не поняв, зачем вернулся в него, отучившись. А, может, он не просто остался, а сейчас у него вообще подрастает так похожий на папу блондинистый карапуз с серо-голубыми глазами?

      Как бы то ни было, одно я знаю точно: что бы ни взбрело мне в голову, на поводу у своих демонов я больше не пойду. Глупые детки выросли. Вместе с ними выросли рамки и запреты. И нельзя больше плыть по течению и надеяться, что сюжет из книжных сказок сможет повториться в реальности.

      Глубоко вздохнув, я поднялся со стула. При мысли об Антоне сердце до сих пор тоскливо отзывалось щемящей болью. Даже столько времени спустя. Наверное, в этом и заключается первая любовь. Светлая грусть.

      Ладно. На погрустить об утраченном у меня будет еще целая жизнь. Даже три, если не повезет снова облажаться… А сейчас надо думать о насущном. И первое в списке: свалить из этой квартиры, пока Вадим не решил вернуться.

      Я убрал остатки сыра в холодильник, сложил свою импровизированную кровать, обулся, и, с чувством выполненного долга кивнув своему отражению в зеркале, уверенно открыл замок.

      А вот дальше что-то пошло явно не так. Замок поддался легко, только дверь открываться при этом не желала. Похоже, Вадим какого-то черта запер меня не на один, а сразу на два замка. И если с первым никаких проблем не возникло, то второй нужно открывать ключом. И где, блядь, я этот ключ должен искать?

      Пошарив взглядом по немногочисленным поверхностям, а после заглянув во все ящики, которые нашел, я понял — ключей в квартире нет. Только не понял — какого хрена? Что Вадим хотел мне доказать этим поступком? Бред какой-то. Пришлось разуваться и снова плестись обратно в комнату. И не знаю, что меня сейчас злило больше всего: то, что я оказался против воли запертым в чужой квартире, или то, что мой план уехать домой снова срывается.

      Мне казалось, что этот день тянется бесконечно. Заняться в чужой квартире было нечем, а под рукой не было даже телефона, с которым можно было бы скоротать время. К тому же, оказалось, что еды этот заботливый хозяин мне тоже не оставил, так что пришлось растягивать на весь день последние два яйца и остатки сыра.

      Я прислушивался к каждому шороху, доносящемуся из подъезда, и после каждого был готов сорваться с места и начать объяснять вернувшемуся хозяину квартиры, как поступать не стоит. И было большое желание подкрепить эти объяснения железными аргументами в виде двух кулаков. Но каждый раз эти шорохи и звуки шагов проносились мимо, а Вадим так и не объявлялся.

      Чем сильнее сгущались за окном сумерки, тем больше меня накрывала паника, что он вообще не придет. Просто возьмет и пропадет, как Вик, на несколько дней. А я так и останусь сидеть в этой квартире заложником, без еды и связи с миром.

      Я даже выглянул в окно, чтобы прикинуть, смогу ли в случае чего покинуть эту гостеприимную квартиру через него. Но высота, которую я, переехав жить на этот этаж, так любил за открывающийся вид, говорила мне, что единственный вариант покинуть квартиру таким способом — только быть долбанутым на всю голову.

      Так, вдох-выдох… Всё в порядке. Как с Виком не будет. Он вернется.

      В любом случае, всегда можно будет выдолбить дверь молотком, который попался мне на глаза в одном из ящиков, пока я искал ключи. А, значит, паниковать не стоит. Так или иначе, я отсюда выберусь.

      Когда мои размышления добрались уже до мысли затопить соседей, чтобы они сами прибежали выбивать эту чертову дверь, в тишине квартиры послышался звук открывающегося замка. Я вскочил с места и побежал в прихожку. От внезапного облегчения, что Вадим все-таки пришел, смешанного с переживаниями последних нескольких часов, на меня навалилась дикая усталость. Бить бывшего соседа и выяснять кто прав, кто виноват, больше не хотелось. Хотелось просто забрать свои пожитки и свалить отсюда, чтобы больше никогда не возвращаться.

      — О, ты меня даже встречаешь? — ехидно пропел Вадим, бросив на меня насмешливый взгляд.

      — Уже давно стемнело. Где тебя носило? — не смог удержаться от вопроса.

      — Да ты никак соскучился по мне? — продолжил издеваться мужчина. — То-то же. А то вчера строил из себя недотрогу…

      — Очень смешно. — огрызнулся я, снова подхватывая свой пустой рюкзак и намереваясь, наконец, свалить из этой камеры.

      — Далеко собрался? — жестко схватил меня за локоть Вадим, но тут же, опомнившись, ослабил хватку и натянул на лицо приветливую улыбку. — Я пожрать принес. Пошли.