И Вадим, стянув с себя ботинки, уверенной походкой, даже не дожидаясь ответа с моей стороны, отправился на кухню. А я метался в сомнениях еще с минуту. Вот ведь, дверь открыта, лети из клетки на долгожданную свободу. Но черт… Кто бы знал, насколько сильно мне сейчас хотелось есть.
И, здраво рассудив, что если я, и правда, собираюсь претворять свой план в жизнь, то те две сотки, что до сих пор у меня лежали, нужно тратить не на еду, а оставить для похода в клуб. Идти туда без единой копейки по меньшей мере глупо.
Так что, глубоко вздохнув, я в очередной раз кинул свой рюкзак на пол и пошел на кухню.
На столе уже стояли две тарелки, на которые было выложено по шаурме. На миг даже кольнула обида, что я так долго боролся с собой и решал как поступить, а Вадим при этом даже не сомневался, что я не уйду.
— Чего залип? Садись есть. — как всегда в приказном тоне пригласил он за стол.
Я сел на облюбованный мной еще вчера стул и молча принялся за поедание ужина. В конце концов, вести с ним тут великосветские беседы я не обязан. Поем и свалю.
— Какой-то ты неразговорчивый сегодня, Макс. Плохой день?
— Разве этот день вообще мог бы оказаться хорошим?
— А что случилось? — участливо посмотрел на меня Вадим, всем своим видом выражая полную готовность «выслушать и помочь». Да он издевается что ли?
— Серьезно? Ты не знаешь, что случилось? Как думаешь, может, случилось то, что меня на целый день заперли хуй знает где и хуй знает на сколько?
— Как много он у тебя знает, — ответил, подперев голову рукой, и не сводя с меня масляного взгляда.
— Очень смешно, Вадим. — рыкнул я, еще больше раздражаясь от чересчур спокойного поведения мужчины. — У меня вообще-то дела были, а ты как последняя скотина поступил.
— Ой, да какие там у тебя дела? — взгляд серых глаз стал жестче, а лицо разрезала злая усмешка. — Будильник ты не ставил, значит на работу тебе не надо. Сидел вчера как неприкаянный на нашей лавке, значит с ебарем своим поссорился или разбежался, и возвращаться не планировал. А квартиру свою тебе уже все равно не вернуть, там жильцы новые. Так какие такие очень важные дела ты себе навыдумывал?
— Мне деньги надо было идти зарабатывать! — в сердцах выпалил я, хотя, по сути, днем мне никакой заработок не светил, наоборот, время для моих планов подошло только сейчас. Но поведение Вадима просто выводило из себя. — А из-за тебя я все проебал.
— И сколько ты там должен был получить? — спросил брюнет, сверля меня насмешливым взглядом.
— Сколько надо, столько и должен был. — обиделся я, вставая со стула и намереваясь уйти. Достал. Слишком много язвительности и сарказма. И ни одной причины, почему я должен это терпеть.
— Да подожди ты, истеричка. — Вадим не хватал меня за руки, пытаясь остановить, но почему-то сталь в его голосе заставила меня замереть на месте словно вкопанного. — Давай так: ты остаешься у меня еще на один день, и завтра я тебе даю столько, сколько тебе нужно. В пределах разумного, конечно. Ну так, сколько тебе там обещали?
У меня чуть не вырвался нервный смешок. Обещаниями в моих планах и не пахло. И теперь меня очень подмывало согласиться. Можно получить всё, что хочешь, при этом не переступая через себя и не заставляя делать что-то противное собственной природе. Вадим — не самый, конечно, приятный человек в этом мире, но его предложение казалось сейчас более, чем просто соблазнительным.
Билет до дома наверняка стоит не больше трех тысяч. Собственно, примерно столько я и планировал сегодня «заработать»…
— Пятёру.
— Ну, пятёру, так пятёру, — усмехнулся Вадим.
На миг в голове пролетела мысль, что, раз он так легко согласился, можно было просить и больше, но потом она так же легко улетучилась, как и появилась. Плевать, сколько можно было бы из него выжать. Главное, что я смогу уехать домой. Остальное не важно. Теперь уже нет.
Что ж, раз тяжелый труд мне сегодня не грозит, можно расслабиться и настраиваться на последние сутки, которые мне предстоит провести в Москве. Надеюсь, Вадим завтра так же поздно вернется домой, где бы он там ни шлялся, и мне не придется купаться в его надменном взгляде и язвительных словах весь день. Одно не понятно: ему-то нахрена, чтобы я у него оставался? Впрочем… у всех свои заёбы. Главное, чтоб он завтра меня не киданул. Остальное фигня. Переживём.
Остаток вечера прошел относительно спокойно. Помимо пошлых шуточек и недвусмысленных намеков, активных действий хозяин квартиры не предпринимал. Единственной его выходкой был момент, когда после фразы: «А это чтобы ты не передумал, но, если что, чтоб знал, где искать», — он запихнул ключи от двери прямиком себе в трусы. Я на это лишь фыркнул и, не удостоив этот сдвиг по фазе ответом, уже привычно расстелил себе спальное место подальше от кровати и выключил свет.
— Чего ты выкобениваешься-то? — спустя время услышал я тихий вопрос, прозвучавший подозрительно близко.
— М? — нахмурившись, повернулся я на звук голоса, заставившего меня вернуться в реальность от самой границы в мир сновидений. В темноте было видно плохо, но судя по чернеющему силуэту, Вадим сидел на корточках прямо передо мной. — Ты чего не спишь?
— Потому что задолбал ты меня. — хрипло ответил Вадим. — Мысли о тебе задолбали. Образы эти ебучие в голове. И игнор твой вот где уже! — рука его едва различимо взлетела в темноте и, не уверен, но похоже он ударил пальцами по шее, пытаясь показать что-то вроде жеста «по горло».
Я не успел даже подумать, что можно ответить на подобное заявление от абсолютно чужого человека, который, к тому же, не вызывал к себе никаких чувств, кроме желания держаться от него подальше, как черная тень взметнулась, и вот, я уже оказался плотно прижат к полу чужим, далеко не легким телом, выбраться из-под которого не представлялось возможным. Как я ни пытался скинуть с себя эту тяжесть, результат был нулевым.