Просмотра статьи «по диагонали» вполне хватило, чтобы понять, что она не производит такого ужасающего эффекта, как обложка – это добротная работа человека, знающего своё дело, но совершенно точно заинтересованного в поддержке определённой стороны. Той самой стороны, у которой на «В» фамилия, на «Д» его зовут… Комментарии от этого самого «Д» на страницах также имелись, как и комментарии Барбары.

– Только это всё равно не объясняет, почему вы не хотите меня убить… – произнесла я, откладывая газету.

– Кое-кто по-прежнему хочет, – прошептала Джен и мотнула головой в сторону распахнутой двери.

В коридоре чихнул Кроу.

– Умение прощать, Кристина, – это способность, доступная не каждому. Неумение простить того, кто этого достоин – глупость, на которую способен любой, – плавно произнесла Барбара, расставляя акценты на нужных словах. – Твоя вина состоит лишь в том, что ты не человек, остальная её часть лежит не на тебе, – леди замолчала, а потом улыбнулась. – И давай не будем больше об этом! Сегодня день, когда ты пришла в себя, пусть он таким и запомниться. Да, и горячий шоколад, наверное, уже остыл.

После небольшого завтрака в тот день меня вытащили из постели и заставили разрабатывать крылья. Зарядка для демоно-ангелов-чайников? Какая прелесть!

Через полтора часа такой «тренировки» мне удалось втянуть крылья в… куда-то. Горб на спине у меня при этом не появлялся, только саднило кожу. Впрочем, процесс втягивания мне хватило ума не наблюдать в зеркало. Вряд ли он бы мне понравился…

«Ну вот, а ты боялась…» – не смогла удержаться от дружеского подкола Джен. Я умоляла её не произносить окончание этой фразы, чтобы не демонстрировать нашу безнравственность. Мисс Мейер сказала, что, по её мнению, безнравственно постоянно толпиться в комнате у пациента, и выпроводила всех, включая хозяйку поместья.

В обед ко мне прокралась Джен и застала меня за изучением своего нового отражения в зеркале. Теперь у меня были красновато-рыжие волосы. Впрочем, ставшие непривычно яркими зелёные глаза вызывали гораздо большее недовольство. Покрасить волосы проще и дешевле, чем купить, а потом каждый день снимать-надевать линзы.

– Теперь ты стала похожей на Армана, такого, каким он был, когда впервые появился в этом доме… – глубокомысленно протянула Джен и уселась на пустую кровать.

– Что? – переспросила я у подруги, отворачиваясь от большого зеркала в раме, стоящего в комнате.

– То! Однажды это случайно сказала Барбара, пока ты была в отключке…

– Вот как… – лучше будет, если я сделаю вид, будто не придала этому значения.

И тут на пороге опять появилась мисс Мейер, на этот раз с подносом в руках. Увидев Дженнифер в моей «палате», она была недовольна. В её понимании я была ещё слишком слаба, чтобы принимать гостей так много и часто.

Прошёл день, а за ним ещё один. Меня закормили и залечили, в связи с чем я чувствовала себя вялой, как овощ. Зато Джен была довольно оживлённой, что хоть немного давало мне возможность забыть о том, чем я теперь стала и как с этим жить дальше.

– Эй, демонический ангелочек, ты всерьёз вздумала сносить Винду? – если, конечно, она сама мне об этом и не напоминала. – Я тут пару дней назад в «Сайлент Хилл»[51] дулась. Ты мне все сэйвы потрёшь! – Джен пыталась выхватить у меня компьютер, пронюхав о моём намерении переустановить систему.

Мы с ней опять заседали в моей «палате», оказавшейся одной из хозяйских спален на втором этаже. Нужно выбираться из этого «лазарета», да поскорее, а то совсем потеряю форму от «овощного» образа жизни.

– Придётся сносить, он жутко тормозит. Ох, и намучалась я с ним за две ночи!

– А вот нечего было в меня Виндовз запихивать! У меня, может, к нему индивидуальная непереносимость… – разочарованно вставил бедолага Мак.

– Нечего всё на меня валить! Ты сам сказал, что Винда повредилась, когда ты за меня переживал, – обиделась я на свой комп. – Злой ты, пропью я тебя!

На самом деле всё было не так плохо, как казалось. Жизнь налаживалась. Барбара часто ко мне захаживала, а Джен – при любой возможности. Мисс Мейер честно пыталась с нами бороться, но, судя по всему, просто устала. Теперь на наши посиделки она смотрела сквозь пальцы.

Но одна вещь не давала мне покоя: разговор моих родных из того воспоминания. Они говорили о Ван Райане и каком-то смутном предложении от него. Ситуация усугублялась тем, что Ван Райан ни разу не появился в поместье со дня нападения Всадников. И разговоров о нём никто не заводил. Я долго крепилась и не задавала вопросов, дабы не вызывать лишних эмоций, но сейчас был подходящий момент, а рядом – подходящий человек.

– Джен, скажи, пожалуйста, ты не помнишь, когда точно Ван Райан покинул поместье и обещал ли он ещё вернуться?

На лице подруги расплылась широкая коварная улыбка, от которой у меня чуть не приключилась икота.

– Наконец-то, ты сама завела эту тему, – обнажая зубы в улыбке, заговорила она.

– Не поняла, – точнее, поняла и начала догадываться, куда она клонит, но предпочла отпираться до последнего.

– Ну, ты же с ним того-этого? – Джен, сидящая рядом, выразительно зашевелила бровями вверх-вниз, намекая на некий «глубокий» подтекст.

Вздохнув так, будто бы мне уже надоели подобные вопросы, и устало помотав головой, я ответила:

– Я с ним ни «того» и ни «этого»!

Дженнифер такой ответ не удовлетворил.

– Но ведь что-то всё-таки было?

– Говорю же, ничего не было! О, Господи, Джен, пощади меня! Если б ты только знала, какое дознание мне устроила Бри из-за той кутерьмы со статьями!

– Только не говори мне, что ты тут столько времени потратила впустую?

– Э… – у меня нервно задёргался глаз.

– Ты просто так взяла и пропустила такого мужчину?

– Он – не мужчина! – взвинчено бросила я, даже сама понимая, что несу полную чушь. Обдумав сказанное и изучив мою эмоциональную реакцию, Джен фыркнула, не в состоянии побороть невольный смех.

– А кто же он?

– Я имела в виду, что не воспринимаю его, как мужчину, и, вообще, он – не человек!

– Ха-ха-ха! Чья бы корова мычала!

От смеха подруги я отчётливо ощутила нахлынувший на меня стыд. Действительно, кто бы говорил о человечности…

А Джен тем временем продолжала, точно фотограф или художник, расхваливающий недавно встретившуюся и заинтриговавшую её модель:

– Нет, ты только подумай, какой прекрасный экземпляр: рост, пропорции, осанка, плечи, волосы – никогда не думала, что у мужчины могут быть такие красивые длинные волосы! А лицо – не слащав, но и не слишком брутален, м-м-м…

«…или как гурман, отведавший новое диковинное блюдо», – добавил голос разума. Только послевкусие у этого блюда не очень.

– Джен? – с широко раскрытыми от ужаса глаза я взирала на неё.

– Да? – она невинно взглянула на меня.

– Ты это к чему?

– Да ладно, все мы пускали слюни по Бальтазару[52] и Гэри Олдмэну в роли Дракулы!

– Угу, только встречались мы не с ними, а с простыми парнями, – улыбнулась я. Правда, у меня был ещё Маршал…

– Но это не мешает простым парням хотеть Анжелину Джоли, – авторитетно заключила Дженнифер.

– Принцип: «Если не можешь иметь того, кого хочешь – научись хотеть того, кого имеешь!» в действии… – согласно закивала головой я с очень серьёзным выражением лица.

Джен снова засмеялась. Я, трясясь от хохота, уткнулась головой подруге в плечо. И это далеко не самый откровенный из всех наших разговоров за долгие годы дружбы. А разговор о произошедших недавно не самых приятных событиях мы единогласно решили оставить на потом.

– Надеюсь, я не помешал, – раздался третий голос, и он не спрашивал, а ставил нас перед фактом.

Мы с Дженнифер резко повернули головы в направлении входной двери.

– Ван Райан? – я была слегка ошарашена, и ещё больше меня волновало, какую часть разговора он успел застать. – И давно ты здесь?

– С фразы про Анжелину Джоли, – формально-вежливая улыбка в сочетании с непроницаемым выражением лица и сдержанная поза – всё, как всегда. Но мне почему-то показалось, что слышал он намного больше.

– Здравствуй мистер Др… Ван Райан, короче, – поприветствовала его Джен. – Ну и имечко у тебя – язык сломаешь! Надо будет придумать сокращённую форму…

Он лишь чуть вскинул бровь в ответ на её фамильярность, продолжая стоять в дверях. Я думаю, Джен просто искренне пыталась разрядить повисшее напряжение.

– Так, значит, тебя вполне можно называть просто Ди[53], – подмигнула мне подруга. – Благо твоё происхождение к этому прозвищу очень подходит. А как же быть с фамилией? Ди Ван… О, ДиВан! Всё, с этого дня у тебя появился официальный ник, между прочим…

– Мисс Микел, хватит! – отрезал тот.

Перечить ему никто не решился по понятным причинам. Будучи прекрасно об этом осведомлённым, он перешёл сразу к делу. – Очень хорошо, что вы обе тут. Мне необходимо вам передать некоторые документы, и прошу вас внимательно ознакомиться с их содержанием.

Я молча вытянула руку в ожидании. Драйден подошёл сначала к Джен и передал ей два конверта. Та, вопросительно глядя на визитёра, приняла их. Настала моя очередь. Я неуверенно ухватилась за край предназначенной мне корреспонденции и случайно заметила… С одной стороны конверт сжимали мои пальцы, с другой – его.

– Ван Райан, у тебя что-то с руками?

Я так подумала из-за того, что его руки скрывали плотные чёрные перчатки. Материал похож на кожу дракона, разве что обработка другая и чешуя срезана. Шеф отдёрнул руку и отступил на шаг назад. Ничего объяснять он не собирался. Моему недоумению не было предела.

– У вас двадцать четыре часа на то, чтобы дать ответ, – произнёс директор Бюро и безразлично повернулся к выходу.

– А разве это вежливо – не отвечать на прямой вопрос? – спросила я, чувствуя какой-то подвох.

– На него может ответить мисс Микел, – с этими словами он вышел прочь, даже не удостоив меня взглядом.

Я застыла, по-настоящему ничего не понимая.