— Я думаю, на сегодня достаточно, — глухо проговорил маг. — Наверное, не стоило взваливать на тебя свои беды.

Чуть сильнее сжал мою руку и повел за собой, к выходу. А меня захлестнула вина. Он доверился мне, открыл себя, так почему же я не могу?! Почему все время верю демону? Казалось, эмоции не дают дышать. Мне надо было высказаться, объяснить ему, дать понять, что он важен, что…

— Прости меня! За те слова в ресторане, за недоверие, за… — запнулась и сглотнула. — Лайзел, я так несправедлива к тебе.

— В твоих поступках нет вины, — он мягко улыбнулся, нежно коснулся виска.

От этого легкого и в то же время какого-то родного действа на душе стало теплее. Теперь мы с ним еще ближе, нежели раньше. Ведь нас связывает куда большее, чем просто привязанность и любовь. Мы с ним похожи…

Я проснулась от ласковых поцелуев, в родных крепких мужских объятиях. Так осторожно, так приятно и волшебно. Ни с кем у меня не было столь близкой душевной связи. Спросонок усмехнувшись, игриво прикрыла лицо кончиком одеяла, словно смущаясь столь пристальному вниманию и в то же время сопротивляясь наступившему утру.

Лайзел тихо засмеялся, стягивая с меня одеяло. Теперь он видит мою улыбку. Скрещиваю руки на груди и закусываю губу, чтобы самой не рассмеяться в ответ. Он придвигается, целует и я отвечаю, сама обвивая его шею.

На мгновение маг отстранился, заглядывая в мои глаза, наверное, блестящие сейчас от счастья.

— Ты знаешь, как я люблю тебя? — игриво спрашивает.

Сердце пропустило удар. Смеяться тут же перехотелось. Как можно говорить такое в столь шутливом тоне?

— Я тоже люблю тебя! — лихорадочно выдыхаю, впиваясь в его губы, с жадностью, словно желая испить из него всю душу. Никогда и ни к кому я такого не испытывала! Только обманывала себя, думая, что уже любила…

С неохотой Лайзел отпускает мои вспухшие губы и шепчет:

— Будем завтракать здесь или все-таки спустимся в столовую?

Серьезно задумалась над этим вроде, как простым вопросом. Мне не хотелось прекращать это сказочное утро. Но почему-то постеснялась признаться и робко проговорила:

— В столовой…

Я слабо представляла, как можно есть в постели. Да и показываться перед слугами в таком виде было неловко.

— Как пожелаешь, — Лайзел нежно поцеловал в макушку и поднялся с постели.

И я нисколечко не пожалела о своем выборе спуститься. Завтрак получился очень романтичным, не таким, как обычно. Маг настоял на том, чтобы блюда подали в гостиную, а не в столовую. Сам разжег камин, усадил меня в кресло, как маленькую и укутал ноги пледом, чтобы мне было уютно дожидаться приготовлений. В это мгновение я повествовала себя самой счастливой, смотря на красное пламя — единственную яркую здесь точку.

В гостиной царил полумрак, отчего хотелось закрыть глаза и блаженно замурчать, как довольная сытая кошка. Приятная теплая атмосфера, рядом любимый мужчина. Стоит сзади, умело сжимая мои плечи и делая легкий массаж. Все-таки не выдерживаю, начинаю тихо урчать, прикрыв глаза.

— Нет-нет, не стоит спать, соня, завтрак подан! — весело шепчет на ухо Лайзел. Его дыхание приятно обжигает, заставляя откликнуться на зов и встать.

Лайзел легонько махнул лакею, тем самым давая понять, что в его услугах больше не нуждается и сам галантно отодвинул кресло, дожидаясь пока сяду за небольшой круглый столик.

Вновь его теплая улыбка. Сегодня он лично хотел поухаживать за мной. Это очень льстило моему женскому самолюбию. Так приятно мне еще никогда не делал.

Он зажег свечи, разлил красное вино. Немного дерзко пить с утра, но сегодня можно было себе позволить. Какое-то время мы ели в тишине, пока Лайзел вдруг не стал слишком серьезен. Отложил столовые приборы и внимательно на меня посмотрел.

— Что-то не так? — я насторожилась.

— Пожалуй, я должен был предложить тебе это давно, но не знал, стоит ли… — он опустил взгляд, складывая руки в замок.

Я молчала и терпеливо ждала, слыша, как сердце предательски выдает мое волнение.

— Я… — он так и не решался поднять глаза, рассматривая свою тарелку. — Когда умерла Лисси, я хотел попрощаться с ней.

Внутри все замерло. Я и не дышала вовсе, внимательно вслушиваясь в каждое его слово. Неужели он хочет предложить мне то, о чем я думаю? Стараюсь не размышлять над этим, чтобы не разочароваться, но не могу. Я готова сама выкрикнуть то, что так сильно хочет сказать маг, но сдерживаюсь. Как же долго он молчит!

— Я призвал ее из мира мертвых, — наконец выдал, решаясь скользнуть по мне взглядом.

Видимо хотел увидеть мою реакцию. Боялся гнева и непонимания? Ведь мог давно успокоить меня, дав лишь попрощаться с сестрой. Но почему-то я совершенно не злилась. Я была ошеломлена, ведь услышала то, о чем думала, но до конца не верила. Выходит, это все-таки возможно! Сердце радостно забилось. Энни…

— Душу умершего можно призвать, при условии, что человек только недавно покинул этот мир. Заклятие очень опасное, но я не могу лишать тебя такой радости, ведь сам знаю, каково это. Как тяжело утратить родного человека, не получив прощения… — на мгновение он замолчал, а после измученно прошептал: — Прости, что так долго решался предложить тебе это. Я не знал, как ты отреагируешь, но был уверен, что захочешь попрощаться с ней.

— О, Лайзел! — я кинулась к нему, падая на колени и обнимая. — Спасибо.

Отчаянно прижалась, просто уже не сдерживая слезы облегчения и радости.

— Динара, не стоит… — обескуражено зашептал, пытаясь поднять меня на ноги.

Встала. Вытерла слезы. Я смогу увидеть Энни? Смогу поговорить? Мне все еще казалось это невероятным. Да, когда-то читала о таком в одной из книг Лайзела, но никогда всерьез не задумывалась над этим. И сейчас… я бы все отдала бы, лишь бы только Энни простила меня.

— Но это очень трудно, — неохотно признался маг, а я лишь послушно кивнула в ответ.

Мне все равно! Не важна сложность — главное шанс увидеть сестру.

— Это еще не все, Динара, — голос Лайзела снова тих.

Он медленно поднялся, взял меня за руку и притянул к себе, зарываясь лицом в мои волосы.

Молчит. Долго. Будто бы вечность, прежде чем я слышу его тихие слова:

— Никогда неизвестно каким будет дух.

— О чем ты? — я не смогла сдержать удивления. Показалось, душа разлетелась на маленькие осколки. Значит, если даже я потрачу все свои силы на призыв, это не даст гарантии, что Энни вспомнит меня?

— Тот, кто умер не своей смертью, особенно насильственной, может явиться в этот мир злом, не помнящий никого и желающий только мести, — Кафраз осторожно отступил, заглядывая в глаза, но не разжимая пальцы моей руки.

— Ты точно хочешь пойти на риск?

Уверено кивнула. Я буду ненавидеть себя до конца жизни, если упущу такой шанс.

Духов следует вызывать в темное время суток, поэтому мы с Лайзелом дождались, когда солнце полностью скроется за горизонтом, а на его место взойдет луна. Сегодня она была как никогда яркой, словно бы волшебный шар гадалки. Когда-то давно я такие видела в соседнем селе, на ярмарке. Там торговал кочевой народ, среди которых оказалась загадочная женщина, обвешанная золотом и амулетами. Она сидела за круглым столом, устеленным цветастыми платками и водила руками по магическому шару, заглядывая в него. Каждый желающий за монетку мог узнать свое будущее. Я тоже загорелась столь необычным занятием и захотела подойти к гадалке, но бабушка остановила меня. Сказала, что иногда лучше не знать, что тебя ждет, тогда будет легче пережить навалившиеся трудности. Я не стала спорить, ведь всегда доверяла ей во всем, тем более, если это касалось магии.

Кафраз предупредил меня, чтобы я заранее подготовила слова, которые собираюсь говорить. Потусторонних существ лучше не задерживать в нашем мире. И задавать вопросы, если таковы имеются, стоит лаконичные, чтобы ответы были: «Да» или «Нет». Духи немногословны и нервозны, поэтому нужно быть с ними острожной. Впрочем, я не собиралась ничего спрашивать у Энни. Мне нужно было от нее только прощение.