Я прошел через его кабинет и открыл облицованную сталью дверь в морг. Останки Лео Броджеста лежали под ярким светом на металлическом столе. Силькокс зондировал череп. Красивый абрис последнего был единственным подтверждением того, что при жизни Лео имел приятную наружность. Кесли и молодой следователь Первис стояли в тени у стены. Я подошел к столу.

— В него стреляли? — спросил я.

Силькокс оторвался от работы.

— Да, я подтвердил это.

Он взял пулю и протянул мне на открытой ладони. Похоже, оружие было двадцать второго калибра,

— А в каком месте она вошла в череп?

— Вряд ли она вошла в него. След пули виден в нижней части черепа. И вряд ли выстрел оказался фатальным.

Блестящим концом зонда он показал мне метку от пули на черепе.

—- Тогда чем же его убили?

— Вот этим.

Он показал мне светлый треугольник, который, звякнув, лег на стол. На первый взгляд он напоминал наконечник индейской стрелы. Когда я взял его в руки и рассмотрел, то увидел, что это отломанный кончик, лезвия ножа.

— Я обнаружил его между ребер,— сказал врач.— Видимо, кончик ножа обломился, когда нож выдергивали.

— Удар ножа пришелся в спину или в грудь?

— Думаю, что в грудь.

— Могла его нанести женщина?

— А почему бы и нет? Как вы думаете, Первис?

Молодой следователь вышел из тени и встал на ярком свету между мной и врачом.

Я думаю, что лучше поговорить об этом потом.

Он повернулся ко мне.

— Мне бы не хотелось обижать вас, мистер Арчер, но вы не имеете права находиться здесь. Вы видели вывеску на двери? Здесь можно находиться только по разрешению властей, а этого разрешения у вас нет.

Я подумал, что это, возможно, лишь излишняя осторожность молодого работника.

— Так дайте мне это разрешение.

— Я не могу вам его дать.

— А кто вам запрещает?

— Мне отдал такой приказ шериф.

— А кто дал ему такой приказ?

Молодой человек смутился и покраснел.

— Вам лучше уйти отсюда, мистер.

Я посмотрел на него, потом на Кесли. Тот казался ошарашенным,

— Черт возьми, ведь я же обнаружил это тело! — сказал я.

— Но у вас нет разрешения властей.

Первис опустил руку на кобуру пистолета. Я плохо его знал и не был уверен в том, что он не применит оружия. Пришлось сдержать гнев и досаду, нахлынувшие на меня,

Кесли последовал за мной в коридор.

— Я очень сожалею о случившемся, Арчер.

— И вы ничем не можете мне помочь?

Глаза его чуть сузились, а взгляд стал твердым, хотя губы продолжали улыбаться.

— О вас позаботился кто-то извне. А Лесная служба обязывает меня следовать букве закона.

— Так что же гласит буква закона?

— Вы сами хорошо это знаете. Когда начинают действовать местные власти, лучше всего постараться уважать их.

— Что же они собираются делать? Похоронить это дело еще на пятнадцать лет?

— Без моей помощи им этого не сделать. Но главная моя обязанность — расследовать причины пожара.

— Но убийства и пожар тесно связаны между собой. Вы прекрасно это знаете.

— Конечно. Не стоит напоминать мне об этом.

Он повернулся и пошел к мертвецу и к тем, у кого было разрешение властей.

Когда я вышел на улицу, дождь лил еще сильнее. Бурные потоки воды бежали по улицам, устремляясь к морю.

Чем ближе я подъезжал к холмам, тем больше было воды. Дорога, вьющаяся по каньону миссис Броджест, напоминала мне поездку по мелкой, но бурной речке. Не доезжая до ранчо, я расслышал шум ручья за домом. Возле дома стояла черная машина Брайана Килпатрика. На переднем сиденье я увидел интересную блондинку. Подойдя ближе, я узнал в ней невесту Килпатрика.

— Как вы чувствуете себя сегодня?

С помощью электромоторчика она открыла окно и посмотрела на меня.

— Разве мы с вами знакомы?

— В субботу ночью мы встретились в доме Килпатрика. ,

— В самом деле? Должно быть, я была здорово пьяна.

Губы ее растянулись в улыбке, которая должна была означать извинение. Похоже, ей очень нелегко далось и это.

— Да, вы были пьяны. Кроме того, вы были брюнеткой.

— Я надела парик. Я их меняю в зависимости от настроения. Говорят, я очень непосредственна.

—- Охотно верю. А какое у вас сегодня настроение?

— Честно говоря, я напугана,— ответила она.— Я боюсь этой воды -и еще той грязи, которая разлилась вокруг дома Брайана. У него во дворе целые тонны грязи. Вот я и сижу в машине, но и здесь мне не очень-то уютно,

— А что делает Брайан?

— По его словам, у него тут какое-то дело,

— К Джин Броджест?

— Да, кажется, он упоминал это имя. Какая-то женщина позвонила ему, и он сразу же помчался сюда.

Она добавила, поглядев в сторону дома:

— Пожалуйста, попросите его поторопиться.

Я вошел в дом без стука и осторожно закрыл за собой входную дверь. В доме тоже был слышен шум ручья, и он заглушал мои шаги. В гостиной никого не было. Через приоткрытую двери я увидел, что в кабинете горит свет. Я подошел поближе и услышал голос Джин:

— Мне все это не нравится. Если миссис Броджест понадобились эти вещи, она попросила бы меня привезти их.

Брайан тихо ответил:

— Я уверен, что она не хотела вас беспокоить.

— Но я все равно беспокоюсь. Зачем ей в больнице деловые бумаги и оружие?

.— Наверное, она хочет, чтобы все это было в сохранности, если с ней что-либо случится.

— Не собирается же она застрелиться? — возбужденно проговорила Джин.

— Искренне надеюсь, что нет,

— Тогда зачем ей оружие?

— Она не сказала. Я просто стараюсь выполнить ее просьбу. Кроме того, она — мой деловой партнер,

— Я все-таки не могу разрешить вам...

— Но она только что звонила мне!

— Тогда я сама позвоню ей.

— Я не дам вам сделать это!

Его тон становился угрожающим. Затем послышалось шарканье ног и женский крик. Я вошел в комнату. Джин, бледная, лежала навзничь на диване и тяжело дышала. Над ней стоял Килпатрик с телефонной трубкой в руке.

— Отойдите-ка от нее,— сказал я.

Он двинулся ко мне, словно собираясь ударить меня. Мне очень хотелось, чтобы он попытался это сделать, и он,- видимо, понял это. Краска сбежала с его лица, выявляя лопнувшие сосуды, принявшие вид свежих ссадин. Он сконфуженно улыбнулся, но не сумел погасить ненависть в глазах.

— Мы с Джин немного поспорили. Ничего серьезного.

Она встала, оправляя юбку.

— По-моему, это очень серьезно. Он толкнул меня... Он хочет взять кое-какие вещи моей свекрови.

Джин показала на черный портфель, стоявший около стола. Я поднял его.

— Я хочу забрать это,— заявил Брайан.— Там мои бумаги.

— В свое время вы сможете получить их.

Он попытался было выхватить у меня портфель. Я отступил в сторону, а затем встретил его плечом. Наступая, я припер его к стене. Килпатрик прижался спиной к стене и стал похож на человека, висящего на гвозде. Я обыскал его, но, не найдя оружия, отступил.

На лице его появилось выражение полной опустошенности, которое так удивило меня вчера. Дело не выгорело, и он собрался уходить.

— Я вернусь с шерифом,— пригрозил он.

— Это было бы неплохо. Он очень заинтересуется вашими делами с миссис Броджест.

— Она — лучшая моя приятельница, если хотите знать. Я многие годы соблюдал ее интересы.

— А она назвала это разорением.

Брайан очень удивился.

— Она так и сказала?

— Да, она употребила именно это слово. Как вы на это смотрите?

Килпатрик все еще стоял у стены. Его- рыжеватые вьющиеся волосы взмокли от пота, стекавшего по высокому веснушчатому лбу. Он смахнул его рукой.

— Могу сказать, что я очень разочарован в Элизабет,— сказал он.— Я думал, что она умнее и благодарнее. Но ведь это вообще характерно для женщин...

Он бросил на меня взгляд, словно прикидывал, не сможем ли мы объединиться на антифеминистической почве.

— Да, она неблагодарна,— согласился я.— Неблагодарна за то, что вы шантажировали ее и обманом завладели всей ее землей. Женщины вообще ужасно неблагодарные существа.